Чтение онлайн

— Чаще всего о нем рассказывают лесные бродяги и охотники и лишь иногда — дворфы, которые, как и я, сражаются в Сопротивлении и забираются далеко на север. Говорят, что племена гномов боятся его до смерти. Они считают его призраком. Некоторые верят, что Уолкер Бо живет на земле уже не одну сотню лет, что он такой же, как друиды из легенд. — Стефф подмигнул Пару. — Но если он твой дядя, значит, это всего лишь разговоры.

Пар кивнул:

— Не помню, чтобы кто-нибудь считал, что дядя живет дольше, чем любой нормальный человек.

— Один парень клялся, что твой дядя разговаривает с животными и они его понимают. Он будто бы видел, как Уолкер Бо разговаривал с болотным котом величиной с быка вот так же, как я сейчас разговариваю с тобой.

— То же самое говорят и о Коглине, — вмешался в разговор заинтересовавшийся Колл. — У Коглина был кот по кличке Шепоточек, так тот везде ходил с ним. Этот кот оберегал его внучку Кимбер. Ее фамилия тоже Бо, ведь так, Пар?

Пар кивнул, вспомнив, что дядя почему-то взял фамилию матери.

— Рассказывают одну историю… — Стефф умолк, вспоминая. — Я слышал ее от одного охотника, а он знает дальние районы Анара лучше других и, думаю, знаком с Уолкером Бо, хотя никогда в этом не признается. Так вот, он рассказывал, что какое-то чудовище, порождение древней магии, вышло из Рейвенсхорна, перебралось в Темный Предел, поселилось там и стало уничтожать все живое. Уолкер Бо нашел его и сразился с ним. После этого чудовище убежало туда, откуда пришло. Такая вот примерно история. — Стефф почесал подбородок. — Заставляет призадуматься, не так ли? — Он протянул ладони к огню. — Вот почему он пугает меня, — похоже, не существует ничего, что могло бы испугать его. Говорят, он появляется и исчезает как призрак — только что был, и вот его уже нет. Интересно, устрашат ли его порождения Тьмы, если он с ними встретится? Думаю, что нет.

— По-моему, лучше спросить об этом у него самого, — предложил Колл, лукаво улыбаясь. Стефф засмеялся.

— Может быть, может быть… — согласился он. — Наверное, это сделаешь именно ты! — все так же улыбаясь, продолжал он. — А кстати, горец не рассказывал вам, как мы познакомились?

Братья покачали головами, и, несмотря на протесты Моргана, Стефф начал рассказывать:

— Примерно десять месяцев назад Морган рыбачил на Радужном озере у устья Серебряной реки, внезапный шквал перевернул лодку, и ему пришлось возвращаться на берег вплавь. Он промок, замерз и безуспешно пытался развести костер, вот тогда-то я на него случайно и наткнулся и дал ему сухую одежду. Не пожалей я его, он мог бы и помереть, бедняга, — закончил Стефф. — Мы с ним поговорили о том о сем, обменялись мнениями, и он отправился в Кальхавен, чтобы проверить, так ли обстоят дела в стране дворфов, как я ему рассказал. — Стефф весело посмотрел на Моргана. — Потом он часто возвращался к нам, помогал бабушке и тетушке, и Сопротивлению тоже. Его совесть не позволила ему оставаться в стороне.

— Бога ради! — взмолился Морган. Стефф взорвался хохотом, расколовшим ночную тишину:

— Ладно, ладно, гордый принц плоскогорья! Поговорим о чем-нибудь другом! — Он встал и посмотрел на Пара. — Например, о незнакомце, давшем тебе кольцо. Я знаю несколько групп повстанцев, примыкающих к Движению, сейчас довольно незначительных. Дворфы предлагали им объединиться, но они раздумывают, стоит ли это делать. Беда в том, что группы слабо между собой связаны. А на твоем кольце… На нем изображение ястреба?

Пар изумленно выпрямился:

— Совершенно верно. Ты знаешь, чье оно?

— И знаю и не знаю. Как я уже сказал, мятежники в Южной Земле еще совсем недавно представляли собой разрозненные группы, но все, похоже, меняется. Говорят, что среди них появился человек, объединяющий отряды, и что он настоящий лидер, которого им прежде так не хватало. Вожак не называет себя по имени, а использует эмблему ястреба.

— Должно быть, это он и есть, — уверенно произнес Пар. — Нам он тоже не назвал свое имя.

— В наши дни многие держат имена в секрете. Но, судя по тому, как он организовал ваше спасение от Ищеек, можно думать, что это тот самый человек, — поддержал его Стефф. — Говорят, он пользуется любой возможностью насолить Федерации.

— Да, той ночью он выглядел внушительно, — согласился Пар.

Они порассуждали еще немного о незнакомце, об отрядах повстанцев в Южных и Восточных Землях и о том, что край Четырех Земель, лежащий под пятой Федерации, напоминает открытую рану. Об Уолкере Бо друзья больше не говорили, и Пар был этим доволен.

Он давно уже составил мнение о дяде. Для него не имело значения, что думают о нем другие, в том числе и Стефф, для Пара его дядя оставался таким же, каким был во времена его детства.

Разговор постепенно угасал, прерываемый зевками уставших собеседников, и один за другим они начали заворачиваться в одеяла. Пока все не заснули, Пар решил подбросить еще дров в костер и отправился на поиски хвороста. Он подбирал ветки старого кедра, обломанные зимними ветрами, как вдруг столкнулся лицом к лицу с Тил. Она будто бы материализовалась прямо из воздуха. Ее глаза внимательно смотрели на него из-под маски.

— Ты мог бы показать мне свою магию? — тихо спросила она.

Пар замер. Он не слышал ее голоса, ни разу с тех пор, как впервые столкнулся с ней у бабушки Элизы. И ему уже стало казаться, что она вообще не может говорить. Она безмолвно следовала за ними, будто собака Стеффа, преданная хозяину, не задающая вопросов и всегда настороженная. Девушка просидела с ними весь сегодняшний вечер и не произнесла ни слова, но слушала очень внимательно. А теперь вдруг заговорила.

— Ты можешь создать какое-нибудь видение? — настаивала она. Голос у нее оказался низким и хриплым. — Всего одно или два, чтобы я могла посмотреть? Мне очень этого хочется.

До сих пор он не видел, какого цвета у нее глаза. Оказывается, они были ярко-голубые, такие же, как небо над горами, — чистые и глубокие. Его поразила их яркость, и внезапно вспомнилось, что под капюшоном волосы у нее цвета меда.

— А что тебе хотелось бы увидеть? — спросил он.

На мгновение она задумалась:

— Кальхавен, каким он был во времена Алланона.

Он хотел сказать ей, что точно не знает, как выглядел Кальхавен много лет назад, но передумал.

— Я попытаюсь, — сказал он.