Чтение онлайн

– Маша? Аня? Лада? – кивнул на телефон головой Герман

–Юстина. – дожёвывая десерт произнёс братец.

Гера расхохотался. Да уж, Гешка за двоих старается.

–Ну что, пора? Ты не передумал? – Герман опять стал серьёзен. – Мутно немного это всё.

–Да брось ты, такие бабки платят! Не в киллеры же зовут, – Геша весело заржал над своей шуткой.

Герман и Георг Манн, девятнадцатилетние близнецы, были очень похожи. И если хотели, отличить их не мог даже отец. Лишь мама различала по каким-то только ей видимым признакам. В повседневной жизни их порой и за братьев не сразу признавали.

Шебутной Гешка вечно в красной футболке или ярко-красной куртке, добродушный балабол, способный своей улыбкой растопить сердце самой суровой кассирше. И серьёзный, собранный, старший брат Герман. Порой хотелось сказать- Герман Артурович. В стиле одежды Герман не поддерживал брата, предпочитая приглушённые синие и зелёные тона. Конечно, у него тоже была сногсшибательная улыбка, но появлялась на его губах она гораздо реже.

Парни вышли на улицу. До места встречи было рукой подать, поэтому, накинув капюшоны, братья резво побежали к нужному адресу. Снег скользил под ногами, ветер гулял под просторной курткой, норовя сорвать с головы капюшон. Перебежать дорогу и во двор. Всего-то. У самой кромки тротуара, перед пешеходным переходом, Герман схватил Гешку за рукав.

– Что? –крикнул брат, обернувшись. Машин не было и Гешка хотел быстро перебежать дорогу. Герман держал его за руку и сам не знал, чего ждёт. Казалось, время замерло. Но брат нетерпеливо выдернул рукав и со словами: «Идём уже», шагнул на дорогу.

Откуда она взялась он не понял. Геша увидел, как с той стороны дороги отпрыгнул мужик с портфелем и шлёпнулся задом в снег. Потом он перевёл взгляд на центр проезжей части и застыл, глядя на вращающееся с бешеной скоростью нечто белого цвета. Если бы не брат…

Из оцепенения его вывел рёв гудков. Машина, это был белый ниссан, прекратила свои фуэте на снегу и приткнулась носом в бордюр. Геша почувствовал, что снова может дышать и повернулся к Герману. За спиной брата не было, Геша похолодел. Но тут он услышал его голос и увидел, что Гера помогает водителю выбраться. «Никто не пострадал. Никто не пострадал. Никто не пострадал.» Как мантру повторял в голове Гешка, только чтобы не представлять чуть не случившийся ужас.

В кабинет, где собралась вся компания, они зашли последними.

–Здрасьте, – сказали братья хором и прошли на два свободных кресла.

Все сидели вокруг большого круглого стола. Удобные мягкие кресла, очень пушистый бежевый ковёр, огромное окно в обрамлении элегантных портьер. Весь интерьер говорил о том, что здесь проходят важные и дорогостоящие переговоры.

Кирилл щёлкнул пультом и красивая мелодия, звучавшая в кабинете, исчезла.

– Вот и все в сборе. Меня вы знаете. Чуть позже вы познакомитесь друг с другом. В общих чертах, вы представляете, чем мы будет заниматься. Я расскажу о схеме нашей работы, о графике, о требованиях. Вы прошли очень жёсткий отбор. Не буду скрывать, вы нам подходите. Поэтому не хотелось бы, чтобы из-за каких-то недоразумений, нам пришлось расстаться с кем-то из вас.

Кирилл обвёл сидящих внимательным взглядом. Все, кроме Константина, смотрели прямо на него. Костя же заинтересовался чем-то на столе, по крайней мере, его взгляд упирался в стол.

– Нам предстоит серьёзная научная экспедиция. Поэтому физическая подготовка

будет занимать значительную часть времени. Помимо этого, у каждого из вас будут свои индивидуальные задания. Обсуждать их друг с другом вы не имеете права. Заняты вы будете по двенадцать часов ежедневно, кроме воскресения.

За столом кто-то охнул. Киреев не повёл бровью и продолжил.

–Каждый получит пакет документов, который обязан будет изучить и исполнить все рекомендации. Опять же, обсуждению друг с другом это не подлежит.

Братья Манн переглянулись и хмыкнули. Кирилл чуть улыбнулся:

–Вас это не касается, – и уточнил, – по отношению друг к другу. Всем даётся три дня для прохождения медицинского осмотра. Вопросы.

Герман задумался. Вопросов кружилось в голове множество. Но он не спешил их задавать. Осмотрелся, странная команда, конечно. На них что ли будут ставить эксперимент, судя по контингенту. Ухмыльнулся. Вот бабуля, лет шестьдесят, толстуха, что она может делать-то? Или девица, мышь серая, немногим старше его. Ну ладно, не мышь. Глаза красивые. Но какая-то напуганная, что ли. Самоуверенный качок. Герман знал таких. Считают, что сила –главная составляющая человека, а любая умственная деятельность -удел слабых.

Вопросов так никто и не задал. Кирилл улыбнулся:

–Раз всё понятно, давайте знакомиться. Начнём с дам. – и он одарил шикарной улыбкой ту, что Герман посчитал бабушкой.

– Тамара Михайловна Пышкина, – кокетливо сказала она, – актриса.

– Леся. – чуть слышно произнесла девица, потом прокашлялась и, глядя прямо на Кирилла, добавила – Олеся, – сделав ударение на о. За что заслужила добродушную ухмылку Киреева.

Качок оказался Романом. Прежде чем назвать имя, он встал из-за стола, чуть наклонил голову, обвёл всех взглядом, при этом сжимая и разжимая кулаки, всё вместе вызывало ощущение скрытой агрессии. Неуютно стало всем. Кроме Кирилла. Он с лёгкой улыбкой, но очень внимательно наблюдал за качком. Так энтомолог смотрит на изучаемую букашку.

– Рома я. – вдруг щедро улыбнулся качок. И уселся обратно в кресло.

Лёгкий ветерок прошёлся по кабинету. Показалось, что лучики солнца пробились сквозь снежную завесу.

– Георг и Герман Манн, – представил себя и брата Геша. Рома хмыкнул, но ничего не сказал.

Справа от Германа сидел угрюмый мужчина. Коротко стриженный брюнет с трёхдневной щетиной.

– Авдеев. Константин, – отрывисто сказал он и повернул голову к худому, нескладному мужику справа от него, как бы передавая эстафету.

–Василий Чарков, – быстро произнёс мужик. – Эколог, – зачем-то добавил он и смутился под направленными на него взглядами.

– Ну, вот и познакомились, – Кирилл встал из-за стола.

В этот момент открылась дверь, и симпатичная девушка вкатила тележку, на которой было всё сервировано к чаю. Переставив чайник, тарелочки с канапе и маленькими печенюшками, блюдце с изящно нарезанным лимоном и вазочку с шоколадными конфетами на стол, расставив чашки тонюсенького фарфора перед гостями, девушка также безмолвно покинула кабинет.