Чтение онлайн

По большому счету археологическая экспедиция в моем лице была скорее любопытным, чем полезным занятием. Сооружение не являлось базой войск Содружества. Единственный шанс что-то найти из нужной мне информации имелся в отыскании временного командного пункта КСС в этой операции. Но чем и как закончилась операция, мне было неизвестно, командный пункт мог просто организованно эвакуироваться. Возвращаясь на «Бурундук», я прихватил лишь наиболее сохранившуюся винтовку и батареи, пусть Шила порадуется. Гранаты, кроме приклеенной к лямке рюкзака, я оставил около первого найденного погибшим бойца КСС. На обратном пути я пытался найти систему охраны периметра, но ничего похожего не попалось. Скорее всего, маскировка оказалась на уровне, не помогла даже моя броня, а может, искал я не в тех местах.

Экипаж с нетерпением ждал меня и моего рассказа. Я же пребывал в раздумьях относительно того, о чем из виденного стоило рассказывать. Кроме того, я так и не выяснил, кто напал на нас с Шилой в первый раз, сценарий с системой охраны являлся лишь предположением. Немного подумав, я решил рассказать друзьям почти всю правду, умолчав лишь о задачах КСС, роль которых в этой заварушке мне и самому осталась неясна. Мой рассказ слушали в полной тишине, даже эмоциональная Шила не перебила меня ни разу. Я же старался максимально передать свои впечатления. Принесенная мной винтовка пошла по «рукам». Изделие возможно многовековой давности выглядело весьма неплохо. Очевидно, что им пользовались, но содержали в порядке. Шила рвалась опробовать устройство, и ее разочарование оказалось велико, когда я ей рассказал, что устройство будет действовать только в моих руках. Видимо, изначально она не поверила в мои объяснения относительно винтовки, посчитав их нежеланием платить за оружие лишние деньги. За неимением возможности испытать винтовку самостоятельно друзья попросили меня продемонстрировать его в действии. Поставив винтовку на максимум, я сделал два выстрела в сторону развалин. При изменении мощности менялся не размер, а цвет плазменного сгустка.

Я не слишком интересовался принципом действия этого оружия. Знаю, что плазма выстреливалась в коконе какого-то нестабильного поля. По этой причине эффективная дистанция стрельбы плазменной винтовки особенно в вакууме оказалась относительно лазера весьма скромной. Впрочем, оружие имело и свои достоинства. Плазменные сгустки не страшились пыльного воздуха и различных рассеивающих сред. В пределах эффективной дистанции на него не действовали законы баллистики. И, в отличие от обессилевшей пули и рассеянного лазерного импульса освобожденная плазма не становилась неопасной, она, как и положено, взрывалась, выжигая все, что оказывалось рядом.

Два моих выстрела выплавили две огромных воронки в песке. Я уже знал, что местный «бетон» не слишком ее боится, других же целей в пустыне не наблюдалось. Пересказав друзьям еще раз некоторые моменты, я решил поспать, завтра предстоял очередной марш-бросок по катакомбам и подземельям. Шила, наверное, чувствовала себя не очень хорошо, а может, я устал больше, чем думал, так что я успел заснуть, не увидев перед сном ее чудесных эльфийских ушек.

На следующий день Шила все же пыталась пойти со мной. Как оказалось, она привела свой скафандр в порядок, правда, столько броневых секций в запасе не нашлось, так что собранная комплектация могла называться боевой лишь с натяжкой. Брать Шилу с собой я отказался, мотивируя отказ так и не опознанной причиной и средствами нападения. Пришлось пообещать, что уделю этому внимание, очень уж хотелось ей увидеть остатки подземного бункера. Краппс в очередной раз благоразумно промолчал, не выказав желания пойти со мной.

Как и обещал Шиле, поход я начал с очередного изучения места нападения на мою подругу. На этот раз я, не прячась, осмотрел все вокруг. Как я и ожидал, результата не появилось. И вот она развилка. Я сверился с картой в памяти брони. Общий рисунок бункера нельзя было назвать правильным, осмотренной оказалась совсем небольшая его часть, но часть эта давала некоторые намеки на симметрию. Для подтверждения догадки я пошел во второй пологий тоннель. Практически на том же расстоянии начались ответвления в ангары. Первые два ответвления привели меня к нетронутым запертым дверям-шестеренкам. Собственно, ломиться туда я и не собирался, ангары вполне могли оказаться как пустыми, так и набитыми техникой союзников, но меня они интересовали мало. Даже при условии работоспособности этой техники, поднять ее на поверхность при неактивной системе подъемников казалось делом нереальным. Для подтверждения симметричности подземного сооружения я решил прогуляться до конца основного тоннеля.

К сожалению, проход, как и в соседнем тоннеле, оказался добросовестно взорван. Под завалом не наблюдалось каких-либо обломков, а тоннель не носил следов перестрелки. По этой причине время на него тратить не хотелось. Оставался проход, поднимающийся наверх. Он мог вести и на поверхность, но, судя по симметрии сооружения, оставалась вероятность попасть к какому-то логическому центру симметрии сооружения. Проход заканчивался стандартной дверью, взломать которую я бы не смог. И все же, лазейка в эту «страну чудес» нашлась, и оказалась она не слишком отличной от кроличьей норы. Где-то на середине прохода в стене зияла большая дыра, а вырванный с мясом каких-то коммуникаций огромный кусок «бетона» валялся неподалеку. Следов боя тут не наблюдалось, и я поначалу прошел мимо. На обратном пути я все же заглянул в дыру. Оказалось, что любопытство мое стоило награды.

Дыра вела в какую-то шахту, ведущую вдоль туннеля. Судя по всему, шахта предназначалась для прокладки коммуникаций и какой-то системы снабжения. Стены, с потолком оказались сплошь увешаны кабелями и другими проводниками света, тепла или еще бог знает чего, а пол служил основой монорельсовой трассе. Дыра, скорее всего, оказалась результатом взрыва порядочной секции таких носителей.

Шахта оказалась не такой уж и узкой, так что я смог пройти по ней, всего лишь ссутулившись. Хитрая шахта упиралась в какую-то комнату, закрытую от шахты практически ажурной обрешеткой, явно не несущей силовых функций. Из комнаты с подобием распределительного щита на стене и небольшим перроном имелся выход в нужный мне тоннель, располагавшийся метрах в пятнадцати от двери.

Тоннель привел к лифтовой площадке. Лифты явно не предназначались для транспортировки громоздкой техники. Этаж, где я оказался, конечным не являлся, рядом с несколькими лифтовыми секциями шли спирально уходящие вниз и вверх проходы, видимо, аналоги лестниц. По логике вещей, нижний этаж должен иметь максимальную защищенность, хотя моя логика не являлась эталоном для строителей комплекса. После некоторых размышлений, я решил осваивать глубины базы.

Виток шел за витком, оставляя в душе некоторое недовольство на счет обратного пути. А окончания этой винтовой лестницы пока не наблюдалось. Отмахав по карте брони метров с полтораста, я, наконец, покинул лестницу и вышел к лифтовой площадке, где меня ждали двери-шестеренки. К моему облегчению, закрытой оказалась всего одна. Но это говорило скорее о том, что ее даже не открывали. В остальных открытых помещениях просматривались конструкции автоматизированной складской системы. Что хранилось в данной супер-кладовке, оставалось только догадываться. Осмотренные мной складские пакгаузы оказались сквозными, с другой стороны они оканчивались такими же дверями, выходившими на совершенно аналогичную лифтовую площадку. Но и с той стороны дверь запечатанного ангара тоже оказалась закрытой.

– Однозначно, что-то там осталось, – подумал я. – Вот только либо имущество оказалось ненужным, либо утащить его не успели. В любом случае, я бы его осмотрел.

Возвращался я через соседний с закрытым пакгауз. В нем складская система оказалась нарушена. Местами оборудование оказалось демонтированным, а кое-где просто разломанным, открывая пространство для своеобразной дороги. Причина обнаружилась чуть позднее. Стена закупоренного пакгауза носила явные следы подрыва, у расчищенного пролома, уткнувшись в складские секции, уныло стояли довольно примитивные транспортные средства. Следов боя не наблюдалось.

К моей радости внутри пакгауза, как и везде в уцелевших тоннелях базы, функционировало аварийное освещение. И это помещение пустым не было. Примерно в двадцати метрах от меня хорошо просматривалась чем-то заполненная складская система. При ближайшем рассмотрении это оказались пластиковые или очень похожие на пластиковые контейнеры. В свете моих прожекторов они имели различные оттенки слоновой кости и выглядели обычными ящиками, но свете аварийного освещения казались натуральными гробами в каком-то постапокалиптическом склепе. Я решил открыть один из контейнеров.