Потерянный взвод
Шрифт:
И вот сейчас, широко открыв рот и держась рукой за скользкий, отполированный водой валун, Стольников дышал и успокаивался. Когда глаза привыкли к солнечному свету, а дыхание выровнялось, еще лежа щекой на холодном камне, капитан осмотрелся.
Он находился на краю горного озера, у подножия уходящих ввысь скал. Насколько далеко уходили эти скалы, он мог лишь представлять, поскольку его от мира отделяла полоса водопада. Вода шумно падала в озеро, взбивая серую гладь в молочную пену, и в узкий просвет между лентой воды и каменной стеной светило, ослепляя, солнце.
«Что за черт? — думал Стольников, выбираясь на камень. Отвязав от пояса веревку, он завязал на ее конце два узла. Там, под землей, должны понять, что все в порядке. — Откуда здесь водопад?»
По его подсчетам, до ближайших гор было не менее десяти километров. Но группа шла на север, а горы на юге.
Вытянув нож и перехватив его лезвием к себе, капитан вышел из-за водопада и, морщась от водной взвеси, прижался спиной к каменной стене. Еще минуту назад он хотел выбраться и осмотреться, чтобы исключить сюрпризы. Но в этот момент в расщелине, из которой совсем недавно появился он, показалась голова.
«К черту, потом! — решил он. — Сейчас главное, чтобы все вышли!»
Схватив за плечи Ермоловича, он вытянул его на воздух. Отплевываясь и кашляя, тот вцепился в капитана и рассмеялся.
— Мы живы, командир?!
— Пока да.
К поясу Ермоловича тоже была привязана веревка, но отпускать ее сержант не торопился. Схватив ее за конец, он тащил ее до тех пор, пока не появился груз. Прыгнув в воду, капитан помог поднять его на камни. Это были три разгрузочных жилета, три автомата и снайперская винтовка. Свалив все доставленное на берегу, Ермолович отвязал первую веревку и на два узла прихватил ее со второй, что показалась из воды. Груз был закреплен меж ними.
— Умно, — похвалил Стольников, вытряхивая из ствольной коробки своего автомата воду и надевая тяжелый от воды жилет. — Принимай группу, я поднимусь выше.
Веревка уползла в расщелину, как змея.
Труднее всего оказалось с раненым Масловым. То приходя в сознание, то снова теряя его, он был мало пригоден для перемещений под водой. После того как пещеру оставили Баскаков, Лоскутов, Жулин и Мамаев, Пловцов решил транспортировать его.
— Ты потерпишь, парень? — спросил он, почти уткнувшись носом в лицо Маслова. — Нужно потерпеть. Просто набери воздуха и успокойся. Ребята знают, что делать. Они вытянут тебя. Все будет хорошо, лады?
Маслов попытался улыбнуться, но у него не получилось. Он еще меньше Пловцова верил в благополучие этого мероприятия.
— Я пойду за ним и буду проталкивать, — решительно заявил, спускаясь в воду, Айдаров.
— Ты останешься здесь, — приказал штурман.
— А если он застрянет в проходе?! — возразил снайпер. — Он ум…
Штурман зажал его рот рукой и прижался щекой к его щеке.
— Ему как раз твоих прогнозов не хватает сейчас, очень не хватает… Если он застрянет, погибнете вы оба! — зашептал он на ухо Айдарову. — Поэтому делай, что я тебе говорю!
А ничего особенного Айдарову делать не нужно было. Всего-то пронырнуть семь метров под водой, появиться на воздухе и доложить Стольникову, что сейчас «пойдет» раненый Маслов.
Когда четыре подряд рывка веревки убедили штурмана, что снаружи готовы, он спрыгнул в воду и стянул к себе Маслова.
— Ты просто не вырубайся, хорошо?.. Впрочем, лучше вырубись.
На голову Маслову надели «сферу» Мамаева. Тянуть разведчика придется головой вперед, руки ему привязали к поясу, чтобы он не зацепился ими за выступы. «Черт знает, за что там зацепиться можно, но помогать себе руками он все равно не сможет!» — решил Пловцов.
Дернув за веревку, он почувствовал с другой стороны сильную тягу и силой толкнул Маслова в водный коридор…
— Ну вот, — скрывая тревогу, пробормотал Крикунов, глядя, как Ключников опускается в воду и наматывает на руку веревку. — Все будет нормально, Ключик, ты, главное, не гоношись.
— Я не умею плавать, ты понимаешь? — Ключников покусывал губу, и пальцы его слегка дрожали.
— Старик, я тоже не умею плавать, — рассмеявшись, воскликнул штурман. — Я же тебе говорил полчаса назад! И что? Посмотри на меня! Неужели ты хуже?
— Возможно, не хуже. Но мне лучше нож и троих чехов с ножами, чем такое мероприятие…
— Да не ссы ты! — подогрел атмосферу Крикунов. — Сейчас тебя наши примут!
После того как Ключников торпедой ушел в светящийся тоннель, Крик поднял осторожный взгляд на штурмана.
— Товарищ старший лейтенант, может, вы сейчас?..
— Почему?
— Ну, вы же плавать… не очень хорошо умеете?
Старлей присел на корточки перед бассейном.
— Я мастер спорта по скоростному плаванию в ластах.
— В смысле?
— В прямом. Чемпион Европы.
— Так чего же вы Ключу заливали?!
Пловцов прилег рядом с водой.
— Как же его еще было успокоить?
Крикунов некоторое время разглядывал лицо старшего лейтенанта, а потом не выдержал и расхохотался. Но вскоре поостыл, и на лицо его легла тень подозрения.
— А почему первым не пошли?..
— А ты почему первым не пошел?
— Ну так… — Крикунов подумал. — Он же командир?..
— Вот именно. Счастливого плавания, наутилус…
Ключников так и не показался на поверхности. Поняв, что боец застрял в проходе, Стольников бросил автомат и прыгнул в воду. Через какое-то мгновение он, ощущая дикую, с детства ненавистную резь в носу, открыл глаза и осмотрелся. Мириады пузырьков, словно прилипнув к нему, сопровождали каждое его движение.
Ключников, застряв между камней и уже наглотавшись воды, спокойно и равнодушно смотрел в потолок тоннеля. Руки его безмятежно парили, взгляд из полуоткрытых век был спокоен и ясен. Не раздумывая ни секунды, капитан схватил бойца за шиворот и резко дернул на себя. Толчками продвигаясь в тому месту, где вода кипела от падения с высоты, Стольников боролся со смертью за двоих.