Чтение онлайн

— Ну, тебе не угодишь, — усмехнулся Майер. — Могу сказать одно: все хуже, чем мы думали.

— Тоже мне удивил, — буркнул Дорнер, — когда это я от тебя хорошие новости слышал. Ладно, не темни, рассказывай.

— Ну, тогда основных новости две. Во-первых, в совете явно окопался крот, причем он находиться в верхних эшелонах, ибо о плане десанта на базу чужаков знало всего лишь десяток человек. И, тем не менее, запоздай наши корабли на пару дней — от базы осталась бы только груда развалин. Квадройды были в курсе наших планов и уже почти закончили эвакуацию. Например, от их станции на орбите осталась лишь пустая оболочка, — выгребли все. Так что можно сказать, что нам повезло.

— Даже так? — удивился командор.

— Именно, — кивнул Арнольд. — Слушь, ты бы хоть кофе гостью предложил что ли.

— «Пищекомб» там, — Марк мотнул головой в сторону небольшого столика в дальнем углу кабинета, на котором примостилась белая сфера пищевого комбайна.

— Опять молекулярные смеси глотать, — притворно вздохнул Майер, направляясь к аппарату. — Хотя бы секретаршу себе завел, о жене уж не говорю.

— Да все некогда, — отмахнулся Дорнер.

— Ты о ком? О жене или секретарше? — покосился на него Арнольд.

— О жене конечно. Кибер-секретаря уже неделю как прислали, но этот уродец мне не нравиться. Даже на человека толком не похож, так — пластиковая кукла. Может, одолжишь свою Галочку?

Майер молча показал другу фигуру из трех пальцев и, усевшись обратно в кресло, с шумом отхлебнул из кружки дымящегося кофе.

— Жадина, — буркнул командор улыбаясь.

— Не жадный, а бережливый, — поправил его Арнольд. — К тому же жена мне голову окрутит, если я заберу у нее такую помощницу.

— Да уж, Ника это может, — рассмеялся Дорнер. — Она у тебя шустрая.

Командор поднялся с кресла и, подойдя к окну, распахнул одну створку. Присев на широкий подоконник он достал из нагрудного кармана форменной рубашки тонкую серебристую пачку сигарет и, закурив одну, повернулся к комиссару.

— С первой новостью все понятно. Надеюсь, крота быстро возьмете?

Майер покачал головой.

— Не уверен. Мы конечно начали проверку, но ведем ее в тихом режиме, чтобы не спугнуть. Да и рыба больно уж крупная.

— Насколько? — нахмурился хозяин кабинета.

— Очень крупная, Марк, очень. Если это тот о ком мы думаем, то… впрочем, не будем об этом. В конце концов, это пока лишь догадки.

— Ясно, а что со второй новостью?

— Ну, тут все проще и одновременно сложнее, — Майер задумчиво покатал кружку между ладонями и, тяжело вздохнув, поставив ее на стол. — Наши предположения о том, что чужакам помогает кто-то из Анклава — полностью подтвердились.

— «Сайрус»?

— Не только.

— Вот даже как? — командор удивленно посмотрел на своего собеседника. — И кто еще?

— А вот это уже интересно, — Арнольд загадочно улыбнулся. — Давай назовем их, — он пощелкал пальцами, подбирая слова, — некой группой влиятельных лиц заинтересованных в данном сотрудничестве.

Марк поморщился.

— Размытая формулировочка. Однако как я понимаю эти «лица» не принадлежат какому-то конкретному государству Анклава.

Комиссар кивнул.

— Известно кто?

— Пока только предположения, — покачал головой Майер. — «Сайрус», по сути, единственное звено в цепи о котором мы твердо знаем, остальное все догадки аналитиков. Однако косвенных подтверждений существований данной группы набралось предостаточно.

— Да уж. «Кому война, а кому мать родна» — древняя поговорка актуальности своей не теряет, — хмыкнул хозяин кабинета. — А люди, напавшие на наших ребят?

— Просто наемники, служившие чужакам. Большинство из тех, кого мы взяли живыми, отбросы еще те.

— Ясно, — Дорнер отправил докуренную сигарету в корзину утилизатора и достал следующую. Бросив быстрый взгляд на саркастически смотревшего в его сторону Майера, он виновато улыбнулся и развел руками. — Чертова привычка. Никак не могу отвыкнуть.

— Просто не хочешь, — ухмыльнулся комиссар. — С нашей-то медициной…

— Ты прав, — не стал отрицать командор, — как-нибудь обязательно брошу.

— Уже лет тридцать обещаешь.

— Ну, я регулярно пытаюсь. Как-то даже пару ней не курил.

— Герой. Медальку выписать?

— Можно. Только побольше и поблестяще, — рассмеялся Дорнер. — Что-то еще есть интересного?

— Да как сказать, — Арнольд задумчиво поскреб пальцами подбородок, — наши спецы еще работают. Однако уже понятно, что захваченная база — это обыкновенная шахта по добыче и переработке какой-то руды. Интересный надо сказать минерал. Наши мозголомы считают, что квадройды применяют его в качестве одного из элементов топлива для своих кораблей.

— Вот как. Получается, мы сражались с отважными заправщиками? — хмыкнул Марк, выпуская в открытое окно струйку дыма.

— Скорее уж с надсмотрщиками, хотя ребята в тяжелых скафандрах — аналог нашего десанта. По словам наемников, их специально оставили для последующей зачистки базы.

— Боялись, что мы увидим, как они используют людей?

— Скорее всего. Однако, по сути, рабский труд у цивилизации достигшей такого уровня развития, — Майер покачал головой. — Бред какой-то.

— Ну почему, — командор отправил недокуренную сигарету вслед за первой и, встав с подоконника, направился к «пищекомбу». — В некоторых мирах Анклава до сих пор используют людей в качестве дешёвой рабочей силы, так как это порою выгодно работодателям по ряду каких-либо причин. Так и наши чужаки поступили. Смысл тащить с собой машины, которые, кстати, имеют свойство ломаться, когда под боком есть возобновляемый трудовой ресурс. Пара рейдов по окраинам и вот у тебя работники, которые будут трудиться только за пищу и надежду на выживание. Ну а коли сдохнет пара десятков или даже сотен инопланетян, — важность не велика.

— Аж коробит от таких рассуждений, — поморщился Майер. — Хотя, по всей вероятности, ты прав…

— Естественно прав, — пожал плечами Дорнер. — В Анклаве есть люди, которые даже своих соотечественников готовы использовать подобным образом, а уж чужаков бы выжимали на полную катушку, — бизнес и ничего более. Знаешь, Арни, как бы это не абсурдно не звучало, но я считаю, что общего у нас с чужаками куда больше, чем отличий.

— Это-то меня и беспокоит.

— Меня тоже, — кивнул командор. — Уж лучше бы это была какая-нибудь форма жизни, с которой было бы сложно установить тесный контакт, чтобы у некоторых деятелей не возникал соблазн воспользоваться им в своих целях. Хотя, судя по твоим словам, именно это уже происходит.