Чтение онлайн

После церемонии инициации должен был состояться прием, и никто не собирался его отменять. Но и я не хотела отсутствовать на своем «выпускном балу». До мероприятия была еще половина дня, которую можно было провести максимально продуктивно. Я вежливо выпроводила Бикену Раи, Киэру и Боуна, которые пожелали остаться со мной до сборов на прием, распустила волосы, смыла с себя серебряную пудру и сняла макияж, переоделась в кораллово-розовое платье с капюшоном и вышла в бистро на обед.

Удивительно, но я стала собранней и уверенней, как и хотела. Просто перестала думать о том, что не стоило моего внимания: смотрела на дверь и думала о ней, разглядывая детали, шла в бистро и рассматривала столики и декор, заказывала обед и с удовольствием пролистала все меню, убеждаясь, что теперь могу уверенно читать и понимать тэсанийские иероглифы. Как филолог я мысленно провела экспресс-анализ их языка: в тэсанийской письменности существовали символы, которые обозначали неделимые цельные понятия, которые на русском звучали бы в нескольких словах или даже предложениях, например: идентификационные символы, блюда, названия мест и традиций, растений и животных, некоторые состояния, чувства – их можно было отнести к типу иероглифов. Но в большинстве случаев это были символы-буквы и символы-слоги, из которых складывались слова, словно собираешь мозаику. Поражало и радовало, что мне не приходилось задумываться, как собрать слово из символов, палец сам находил из перечня иероглифов нужные.

Спустя какое-то время внутренняя пружина ослабла, напряжение отпустило, я стала готовиться к приему, включив мультипанель и отыскав видео недавних мероприятий такого рода. Однако неприятный осадок периодически напоминал о себе неожиданным холодком в животе.

Какой нежной, трогательной, красивой она шла по проходу в Круг признания…

Райэл не помнил, в какой раз пересматривал церемонию инициации землянки, но глаз отвести от этой голографии не мог. Он сожалел, что вовремя не успел на церемонию: капсула оздоровления почему-то дала сбой и разбудила его позже, чем было рассчитано, а появляться после начала мероприятия было дурным тоном.

Ему хотелось быть там, видеть, слышать и ощущать Киру живой. Он разглядывал ее губы, линию подбородка, шею… высокую грудь, тонкую талию, округлые бедра… Губы ломило от желания вновь поцеловать землянку. Какой сладкой она была, какой мягкой и податливой… Какой хрупкой и безоружной в тот момент, когда он сломил ее сопротивление безумным поцелуем. Райэл сам не понимал, как допустил это без ее согласия, но, когда девушка ответила, потерял всякий контроль. Кира была сердита, поражена и растеряна одновременно. Он и сам не смог объяснить ей в тот момент, что значил его поступок.

Два дня ушло на борьбу с мыслями о Кире. От замешательства Райэл улетел в жилище семьи в горах Эйрука и отключился в капсуле оздоровления. Он давно не выполнял эту процедуру, а слабость периодически давала о себе знать. Программа сообщила, что на полное восстановление уйдет не более двадцати трех часов, но активировала процесс пробуждения лишь после начала церемонии инициации – спустя пятьдесят семь. Но и тогда Кира снилась ему. А после пробуждения Райэл был озадачен своей глубокой задумчивостью об этой странной Тэсе и не отходил от мультипанели, раз за разом повторяя голографическую запись церемонии инициации.

Он слышал, что она выбрала Мувэйн, и с сожалением вспомнил ее угрозы исчезнуть на другом конце материка, лишь бы подальше от него. Что не давало ему покоя? Почему он не мог быть с ней более дружелюбным, хотя никогда не желал ей зла? Почему она задевала его всякий раз, когда нарушала элементарные правила этики в то время, как другие найденные в период адаптации и обучения вели себя и того хуже? Чего стоило унимать кровожадность мусси! И почему он не мог быть к ней ближе, чем Гиэ, Нэйя, Вэлн, даже строгая и закрытая Бикена Раи? И как нарушала его внутреннее равновесие дружба землянки с сиером Грэйном! Он и Маэрту запретил приближаться к ней. С какой стати всё это?!

Кира взяла имя его рода. Теперь она была не только в его мыслях, но и принадлежала к его роду. Сознательно ли она это сделала? И зачем? Неужели тоже испытывала к нему влечение?

Влечение! – это вызвало горячую пульсацию в животе, и Райэл замер взглядом на моменте, когда Кира потеряла сознание. На этой секунде картинка сменилась, и трансляция церемонии продолжилась еще несколько минут, но признанную Тэсу больше не показали.

Райэл уронил голову на спинку кресла, в котором сидел уже несколько часов после выхода из капсулы, и набрал коммуникатор Нэйи.

– Райэл, жаль, что ты отсутствовал,– сразу начала Нэйя.– Инициация прошла почти великолепно…

– Что с Кирой?– прервал он ее без лишних церемоний.

– Ты не смотрел мой отчет?– удивилась коллега.– Я указала, что Кира немного ослабла из-за адаптации без нанорегуляторов. Сегодня в ее биохимии присутствовали еще и показатели эмоционально-психической перегрузки…

– Я спросил, что с ней?!– напрягая голос, повторил Райэл.

Нэйя слегка растерялась от такого тона, но спокойно ответила:

– Сейчас все в порядке. Симптомов больше не наблюдается. Она готовится к приему… А ты как? Куда ты пропал?

– Благодарю, Нэйя. Я прибуду на прием.

Райэл оборвал связь и закрыл глаза. Кажется, силы в теле после долгого сна в капсуле восстанавливались, но все еще не хватало собранности и внутреннего равновесия. Что-то царапало его изнутри.

Он поднялся, остановил картинку голографии на той секунде, где Кира была заснята крупным планом, и несколько минут рассматривал каждую черточку на ее красивом лице, представляя, как проводит пальцем по нежной коже щеки, губ…

Мягкий сигнал оповещения о приходе гостя отвлек Райэла не сразу, лишь когда дверь самостоятельно открыли и легкие шаги послышались в холле жилища. Райэл хмуро отключил мультипанель и широкими шагами вышел навстречу непрошенным гостям.

– Ниэса, что ты здесь делаешь?!– удивленно спросил Райэл, приветствуя сестру жестом и поправляя на себе сорочку, сбившуюся от долгого сидения полулежа.

– Райэл!– ахнула Ниэса, не завершив приветственный жест, и попятилась назад к двери, а там замерла с восторженным изумлением в глазах.