Чтение онлайн

Уходивший вернулся:

– Девчонка сказала правду, – он задыхался. – Они идут! Что будем делать?

– Что хочешь. Я глуп, несомненно, – обратился Отрава к Джейм и шагнул, оказавшись между ней и дверью, – но не настолько и не в этом, милая.

– Проклятие, тогда сделай что-нибудь! Я не хочу в одну ночь потерять вас обоих… о боже. – Она резко побледнела. – Отрава, м-м-мне кажется, что я только что убила тебя.

– Что, скажи на милость, это значит? – Он выглядел озадаченным.

Она объяснила. К ее изумлению, он рассмеялся:

– Зря ты ломала голову. Нет, все с твоим Сумеречным Вором гораздо проще и лежит под самым носом, леди.

– Что ты имеешь в виду… и почему называешь меня так?

– Знаешь ли, мне нравится, да и тебе идет. Кроме того, это же наименьший из твоих титулов.

– Что?

– Не хочешь ли ты сказать, что не знала? – Он наконец удивился. – Никто тебе не говорил? Как странно.

– Погоди минуту, – запротестовала Джейм. – Но как ты все это узнал? Что, у меня на лбу написано: «Я высокорожденная»?

– И ты могла бы принять мою душу. Все шаниры каким-то боком происходят от высокорожденных, но хранители душ, такие как ты и Иштар, должны быть чистокровными. К тому же кто из кенциров, даже высокорожденных, наделен твоими талантами и умениями? Для такой умной девочки ты чрезвычайно несведуща. Как жаль, что у меня не будет возможности заняться твоим образованием.

С треском вылетела дверь зала Гильдии. Раздались крики. Множество ног затопали по переходам, множество голосов вопили в страстной жажде крови.

– Знаешь, – Отрава с улыбкой повернулся к Джейм, – я не совсем так представлял нашу последнюю встречу, что-то она не очень для нас характерна. Прощай, моя дорогая госпожа. Помни меня.

Он обнял и поцеловал ее. Через внезапную вспышку боли Джейм услышала щелчок за спиной, потом Отрава оттолкнул девушку. Стены рядом с камином не было, Джейм по инерции влетела в нишу, ударившись обо что-то, потом панель вновь опустилась – девушка оказалась в узком проходе.

Из комнаты снаружи донесся скрежет – ломали входную дверь.

Джейм царапала стену, не замечая заноз, сознавая всю безнадежность. Лучик света упал на ее плечо. Она подтянулась и стала глядеть в узкое потайное окошко.

Они уже были в комнате, стояли полукругом почти перед ней, задние напирали, жертва была загнана в угол. Но хотя нападающих было многим больше, она внушала им страх. В этот краткий миг оцепенения и тишины Джейм слышала дыхание Отравы, прижавшегося к стене с другой стороны. Потом он засмеялся, словно услышал одному ему понятную шутку, и все набросились на него.

У него были нож и Сенета, виртуозное мастерство и дикая жестокость. Через минуту несколько трупов лежали у его ног, а живые ошеломленно отступили. Джейм снова услышала его короткий смешок.

– Псы, – мягко сказал он, надвигаясь на них, отводя их взгляды от секретной панели. – Ну как, сладка ли смерть? Идите, шакалы, лижите кровь.

Что-то пошевелилось на полу позади него. Джейм видела, как рука упавшего вора украдкой нащупывает нож мертвого соседа. Она закричала, но слишком поздно. Мужчина вскочил, схватил Отраву сзади рукой за горло и погрузил нож ему под ребра. Отрава встряхнулся и освободился. Молниеносным движением – даже Джейм его не заметила – он сломал нападавшему шею. Потом презрительно выдернул нож. Полилась кровь. Вздох пронесся по комнате. Все ждали, когда же он упадет, а он вновь наступал, шаг, другой, потом опустился на колено, зажав рану рукой. Взглянул на потайное оконце и улыбнулся. А потом все навалились на него.

Его били долго, и не было человека, не приложившего руку, ногу или клинок к агонизирующему телу, но Джейм слышала неровное дыхание Отравы, как свое собственное, еще долго после того, как оно должно было прерваться. И когда его поволокли к выходу, он все еще дышал. Человек, потерявший душу, умирает очень, очень тяжело; тем более кенцир.

Джейм сидела на полу, прислонившись к стене. Боль напомнила о себе, и девушка очнулась. Словно в тумане, подняла она руку к лицу, затем протянула ее к лучу, падающему из смотрового отверстия. Кончики пальцев матово блестели.

Она все еще глядела на свою руку, когда что-то проскользнуло между ней и ее лицом. С криком ужаса Джейм отпрянула. Чужие пальцы едва не коснулись ее щеки. «Никакой воды не хватит, если имя было неверным», – пронеслась в голове дикая мысль. Джейм вскочила. Он вновь выследил ее, и теперь она одна во мраке с Сумеречным Вором.

Джейм побежала. Потайные проходы вились по всему Дворцу, образуя лабиринт в лабиринте, огибая почти каждую комнату. Темноту прорезали тонкие лучи из многочисленных секретных глазков. Джейм мчалась очертя голову, а сзади ее настигала молчаливая чернота, поглощающая каждое пятнышко света на своем пути. Это не Башня Демонов, и преследует ее не глупый Тулигса, которого так просто было провести. Как бы его не звали, тварь хочет схватить ее и очень близка к исполнению задуманного его хозяином. Джейм прибавила ходу, обогнула угол – и врезалась в стену.

Оглушенная, смотрела она на нависшую темную фигуру в ореоле света из потайных щелей.

И тут, далеко, кто-то закричал.

Сумеречный Вор оцепенел, его рука застыла в дюйме от лица Джейм, потом – невероятно! – он ушел. Ему, плоскому, не надо было разворачиваться. Она слышала, как он быстро продвигается по коридорам.

Какой-то инстинкт поднял ее на ноги и послал вслед за ним. Добыча стала охотником, и оба шли на звук ужасающего, не прерывающегося ни на миг крика. О Трое, кто же может издавать такой жуткий вопль, ни разу не прервавшись, чтобы набрать в грудь воздуха?

На полу в конце коридора лежало кольцо света, моментально погасшее, лишь только Сумеречный Вор прошел сквозь него. Крик, теперь совсем близкий, перешел в отвратительное бульканье. Джейм нащупала мягкую, податливую поверхность – изнанку висящего на стене гобелена. Она отдернула его и вступила в личный рабочий кабинет Свят-Халвы.

Сирдан сидел за столом, его искривленные руки вцепились в края столешницы. Голова была запрокинута, а глаза открыты широко-широко. Глаза? Их не было – черные дыры под кустистыми бровями вглядывались в великую тьму. Тонкое шипение все еще прорывалось сквозь стиснутые зубы. Хилая грудь под тяжелой цепью – символом власти – еще вздымалась, пока со слабым хрустом не стали распадаться ребра. А возвратившаяся тень Сирдана улеглась, становясь чернее, на страницы раскрытой перед ним Книги в Бледном Переплете.