Поступь битвы

— Должна предупредить: угроза окончательно определилась.

— О чём вы?

— Прорыв к Большому Узору враждебных сил, который я предсказывала, совсем близок.

— Насколько близок, Высшая?

— Осталось не более двух третей хин-цикла. С точностью до нескольких юлов.

— Место прорыва?

— Район тринадцатого подсектора, вот здесь.

— Это точно?

— Вероятность более пятнадцати из шестнадцати.

— Но… это почти катастрофа! Весь этот район с соседними подсекторами — неосвоенная периферия. У нас там нет ничего для дальнего удара и манёвра. Нет кораблей. Нет Владеющих! Одна чрезмерно удалённая полуавтономная база, рассчитанная на постоянное проживание не более семи тысяч виирай — и, кажется, всё. За оставшееся время можно собрать в подсекторе ударный флот, но без опоры на колонии, поселения и крупные, специально оборудованные базы…

— Знаю.

— Момент! Я вспомнила: именно с вашей подачи был подписан приказ о создании в этом подсекторе тренинг-базы мобильной пехоты. Когда-то это удивило меня достаточно, чтобы запомниться. Но зачем, Высшая? Если вы знали…

— Именно потому, что знала. А знание горчит на языке — вам ли забывать об этом, Первая? Прежде я этого не говорила, но по меркам врага я не Высшая, а всего лишь перспективная начинающая. Скорее могучая, чем искусная.

— Вы?!

— Да, я. Молчать больше нельзя, всё равно правда скоро выплывет наружу. Среди тех, кто рвётся к Большому Узору, есть… существа… намного старше и опытнее меня. В том числе и продвинувшиеся намного дальше в искусстве предсказаний. В высоком пси есть области, в которых я почти бессильна, но которые в совершенстве освоены избранными чужаками. Я говорю это, потому что врага нельзя недооценивать. У нас есть свои преимущества, но…

— Вы что, поставили тринадцатый подсектор под удар нарочно?

— Именно так, адмирал. Я просчитала ситуацию от и до… насколько могла. Только одно успокаивает меня теперь: сделать больше было не в моих силах. Поэтому, хотя вам очень хочется перебросить в обречённый подсектор хотя бы пару истребительных звеньев под командой опытных Владеющих боевой ветви, делать этого нельзя.

— Но…

— Нет. Это — из решений, которые не обсуждаются. Если так вам будет легче, я приказываювам бездействовать. Или вы хотите рассеять в Бездне четыреста хин-циклов подготовки?

— Нет.

— Тогда вы будете молчать и оставите тринадцатый подсектор в покое — до срока.

— Но неужели нельзя…

— Можно, Первая. Я ничем не отличалась бы от лидеров нашего врага, если бы не дала обречённым шанс. Малый шанс, почти не влияющий на общий расклад… но всё-таки существующий. Это я тоже просчитала заранее.

— И что вы сделаете?

— Не я, а вы, Первая. Вы. И героических усилий от вас не потребуется.

— Что надо сделать?

Лик Высшей раскололо пополам редчайшее чудо: бледная улыбка.

— Всего лишь немного изменить лист назначений последнего выпуска Школы, — продолжая улыбаться, ответила она.

Сарина ждала этого дня все пятьсот двенадцать юл-циклов, минувших со дня поступления. Как и все остальные. Когда устало, когда с предвкушением, когда с ужасом — но ждала. И вот, устав прятаться в тумане вероятностей, этот цикл вошёл в точку Момента.

Последний цикл. Юл-цикл Выпуска. Который, по извечному двуединству всех ликов Вселенной, одновременно и самый первый цикл. Выпускник, получивший своё первое назначение, больше уже не ученик, а полноправный Владеющий. Или Владеющая.

«Патруль, — подумала Сарина. — Патруль пространства. Пусть меня направят в самое сердце моих чаяний. Я достаточно трудилась для этого. Видят Высшие, достаточно!»

— Фагра Виги Менор.

— Я!

— Распишитесь здесь. Так. Получите.

Раздались тихий писк считывателя и удовлетворённый смешок Фагра.

— Что там у тебя? Дашь взглянуть?

Сарина поморщилась.

С самого поступления в Школу, все два минувших хин-цикла, она старательно сдерживала себя в отношении некоторых учеников. Прежде всего Фагра. Во-первых, о сдержанности просил отец. Во-вторых, раздражение можно (и нужно) было уменьшать с помощью анализа. Последний Сарина также провела давным-давно. Всё поняла, разложила по категориям, снова собрала в действующую модель. Анализ помог. Но не сказать, чтобы радикально.

Она и сама происходила не из отбросов. В сущности Сарина была едва ли не единственной на курсе, кто мог поглядеть на отпрыска ген-линии Менор свысока. (Велика честь: смотреть на этогосверху вниз!) Но всё же Фагра раздражал её. Не в последнюю очередь потому, что открыто проявлять раздражение в его адрес было… неразумно. Это было бы слишком по-детски: шипеть на кого-то лишь потому, что у него «неправильный» характер и противоположная твоей схема общения.

Увы, не встречая отпора, Фагра оплёл паутиной обязательств практически весь курс. Некоторые, наиболее податливые, теперь исполняли совершенно идиотскую — с точки зрения Сарины, конечно, — роль: плясали на ниточках молодого и потому неумелого манипулятора, подавая ему реплики, как в древности прислуга подавала господам вино.