Чтение онлайн

– Ты еще здесь? – удивленно спросил гоблин, выдвигаясь из-за стойки.

Я бросил взгляд на дверь. Экипаж лже-«Скорой» мог уже и покинуть свое транспортное средство и двинуться сюда пешком. Так сказать, руками довершить то, что не удалось сделать колесами. Пререкательство с гоблином было бы недопустимой тратой только что выигранного времени. Поэтому я просто показал парню краешек своего муровского удостоверения и скромно повторил свою просьбу:

– В туалет. Мне бы. Пройти.

– По коридору налево, последняя дверь, – сумрачно проговорил гоблин, тут же задвигаясь обратно за стойку. Проходя в коридор, я еще успел услышать за спиной раздраженное бормотанье: «Так и норовят, сволочи, поссать на халяву!»

Глупый гоблин между тем был в корне не прав.

На исполнение нормального человеческого желания остановиться, оглянуться и облегчиться времени тоже не оставалось. Здешний туалет был для меня средством, а не целью. Через его окно я надеялся выбраться наружу и немножко запутать своих преследователей…

Замысел мой удался ровно наполовину: выбрался наружу я элементарно, но и экипаж машины боевой не дремал. Стоило мне сделать всего с полсотни шагов, как в просвете боковой улочки мелькнул знакомый белый профиль «Скорой». Проклятье! Я попытался вжаться в стену, надеясь остаться незамеченным, но стенка, как назло, была желтой, а мой элегантный костюм – черным. Нужно было быть слепцом Гомером, чтобы не разглядеть черное на желтом. И, можете быть уверены, со зреньем у ребятишек из «Скорой» все было в лучшем виде.

– Вот он! – послышался радостный крик. Победно взревел мотор микроавтобуса, а мне вновь пришлось лихорадочно удирать в неизвестном направлении. Хотя нет, в хорошо известном: всего метров тридцать отделяло меня от светло-красной коробки недостроенного билдинга на улице Казакова. Про эту архитектурную достопримечательность я уже слышал по радио дня три назад и тогда еще посмеялся… Господи, да вот же оно, спасение, нежданно-негаданно! Как я раньше не догадался? Ходу, ходу, Яков Семенович, еще один рывок, рывочек! Поглядим, выйдет ли у нас аттракцион «Охотники на мамонтов»? В городах такие штуки удаются редко и требуют подготовки, а тут все сделали без тебя, только пользуйся, не зевай…

Недостроенный билдинг на улице Казакова принадлежал известному датскому концерну «Оле-Лукойе». Это сооружение было третьим по счету и последним по времени возведения. Два других здания концерна – зеленая остроконечная башня на Юго-Западе и серо-стальная громада на Чистопрудном – были уже готовы. Билдинг на Юго-Западе строили французы, глыбу на Чистопрудном возводили турки, а вот здание на Казакова доверили нашим. Погнались, как тот поп, за дешевизной. Сейчас здесь не было ни души: забастовка. Строители требовали прибавки у своих датских нанимателей, а пока дружно покинули недостроенный билдинг. Мол, знай наших!

Я взбежал на пандус, обернулся к наезжавшей «Скорой» и рукой, свободной от «дипломата», натянул нос своим преследователям.

– Козлы-ы-ы! – заорал я, надсаживаясь. Крик вышел полузадушенным после быстрого бега, но и этого вполне хватило. Теперь мне оставалось только стремительно отбегать под громадный свод первого этажа, искренне надеясь, что погоня не станет спешиваться и влетит за мной по пандусу на первый этаж.

Так и есть: влетели! Я услышал за спиной мощное «кррра-а-ак!», осторожно обернулся, стараясь сохранить равновесие, и увидел вместо «Скорой» только огромную дыру в полу и столб пыли.

Собственно говоря, здесь и пола-то не было. Строители сделали временный настил, чтобы самим не упасть в бетонный колодец подвала, и на этом временно успокоились. Спор с датчанами об оплате возник аккурат в тот момент, когда полы надлежало крыть. Вместо этого мастера обстоятельно покрыли хозяев билдинга всеми словами, которые знали, и под гордые разговоры про инфляцию без боя оголили фронт работ. Я помню, что комментатор «Эха столицы» еще выражал удивление, что билдинг на улице Казакова вообще пока стоит – при нашей-то, привычке начинать строительство с крыши и где-то на уровне первого этажа требовать на магарыч. Шутка непатриотичная, ко смешная.

Вот и дошутились.

Я очень медленно приблизился к краю пролома и глянул вниз. Глубина бетонного подвала была весьма приличной. «Скорая», как видно, зацепилась за балку, кувыркнулась в воздухе и упала боком. Никто в машине не подавал признаков жизни. Навряд ли у экипажа микроавтобуса были пристегнуты ремни безопасности. И – главное! – навряд ли бы это помогло, даже если ремни были в порядке. Конструкторы страхуют машины от столкновения, но не от падения в бетонные подвалы. Се ля ви.

Может быть, кто-нибудь из экипажа фальшивой «Скорой» был еще жив, однако у меня не было никакого желания это проверять. С жизнями расстались те, кто намеревался отнять жизнь мою. Причем неоднократно. Мы в расчете. Минздрав предупреждал.

Я, прижимаясь к стеночке, обогнул дыру в полу, неторопливо спустился по пандусу вниз. Почистился, отдышался и прибыл на остановку 78-го ровнехонько ко времени его прибытия. Моя дорога домой – автобус, метро, пешком – больше не была омрачена неприятными происшествиями. По пути я задавал себе только один вопрос: почему? По какой такой причине меня сегодня атаковали уже трижды и кому это, черт возьми, понадобилось?

Версий было несколько. По одной из них кто-то мстил мне за удачную операцию на улице Айвазовского. По другой кому-то не понравились мои походы на шестой этаж к электронным досье. Наконец, главной причиной моих бед могло оказаться задание генерал-полковника Сухарева.

Сначала я отбросил вторую версию как самую неубедительную. Если бы кого-то всерьез беспокоило наследство Полуэктова на шестом этаже, то гораздо проще было бы устроить погром там. Тем более что, кроме Якова Штерна и программиста Мишеля, никто бы особенно не огорчился такому исходу. Вероятно, комендант и обрадовался бы: можно убирать обломки компьютеров и складывать здесь, наконец, старые стулья и жестяные ведра.

Мое внимание к издательству «Тетрис» тоже едва ли могло бы привести к фатальным последствиям. Я не откопал решительно ничего, за что наше время могли открутить голову. Мелочи не в счет: идеальных контор не бывает, да и быть не может. В наших-то условиях.

Стало быть, это «перехватчики» мстят за собратьев, отправленных вчера в канализацию на улице имени Рогова. В принципе не так уж трудно опознать в сантехническом Робин Гуде Якова Семеновича Штерна. Кто-то случайно мог бы догадаться, а упущенный тираж «Великолепной Анны» – достаточный повод, чтобы превратить детектива Штерна в кровавую лепешку…

Честно говоря, эта первая и такая очевидная версия меня тоже не очень-то устроила. Конечно, и на Айвазовского, и на Казакова присутствовали микроавтобусы, замаскированные под фургончик «Мосгаза» и под «Скорую помощь». Более того: при желании в этом можно было бы увидеть один и тот же почерк, тоже своего рода единство стиля. И все-таки для «перехватчиков» способ мести был чересчур замысловат. Уж тем-то наверняка наплевать, в каком виде будет обнаружен труп Якова Семеновича Штерна и кто что может подумать. Напротив – маскировка под обычный несчастный случай на проезжей части была бы невыгодна для таких «неуловимых мстителей». Те бы скорее предпочли широкую рекламу своей расправы… М-да, и тут выходит у меня не слишком убедительно.