Чтение онлайн

Словарик. Упражнения. Короткий текст – переведите на стародатский: «У нашего конунга большая дружина. Кормчего зовут Торстейн. У кормчего есть круглый щит и шлем. Торстейн купил свой меч у кузнеца в городе Бирка. Торстейн носит шерстяные штаны, две рубахи, плащ и меховую шапку».

По большому счету современный ребенок с помощью такого учебника освоит архаичное наречие за месяц, главное – усидчивость и ежедневные занятия. Остается заставить Славика не отлынивать – должен понимать, что аргусу без багажа серьезных знаний будет крайне трудно работать. Трюггви с Кетилем, пока гостили в Питере, за несколько дней успели нахвататься достаточно русских слов, чтобы построить простейшую фразу – потрясающая коммуникабельность, современным человеком практически утерянная.

Незадолго до полуночи пришло письмо из Франции – краткий ответ на дневной запрос, сопровождавшийся видеозаписями, сделанными Алёной. Файлы переданы специалистам для изучения, благодарим за бесценную информацию. О результатах вы будете извещены в первую очередь. Настоятельно рекомендуем не подвергать себя ненужному риску. Большое спасибо.

– Пожалуйста, – шепотом сказала Алёна. – Но лучше бы вы поторопились, ребята, а то мне как-то неуютно знать, что за Дверью бродит незнамо какая нечисть…

Утро началось безмятежно. Славик беспробудно дрых – была у него способность спать по четырнадцать часов подряд, зато потом он мог бегать-прыгать двое суток почти не уставая. Пускай отдыхает, его прямое участие в делах пока не требуется.

Алёна, так и не преодолевшая лондонской привычки к обязательному легкому завтраку – тосты, свежие овощи и кофе, – подкрепилась, взглянула в Интернете на прогноз погоды (минус семь, мокрый снег) и отправилась по магазинам. До Дома книги на Невском идти прогулочным шагом четверть часа, придется потратить время на доскональное обследование отдела иностранной литературы. Потом на трамвае к Сенному рынку – купить парной свинины и зелени.

Город постепенно отходил от новогоднего угара и двух недель праздничного безделья. Мусор убрали, возле подземного перехода у Гостиного двора опять толкутся бабульки, продающие варежки и шерстяные носки, большинство офисов и магазинов в центре работают. На Садовой привычные пробки.

Заспанный Славик, в потрепанных трениках и старой тельняшке, встретил подругу на пороге квартиры, пробубнил что-то малоразборчивое вроде «Зачем самой тяжести таскать?» и утащил пакеты на кухню. Грохнул тарелками, едва не своротив стопку чистой посуды с буфета. Обычное утреннее состояние, лунатик лунатиком.

– Башка трещит, – пожаловался он. – Будто с перепою. Где пачка с кофе, найти не могу?

– Прямо перед тобой, на столе возле сахарницы. Турка на плите. Знаешь ли, пересып еще вреднее недосыпания, теперь весь день будешь ходить как сомнамбула.

– Ерунда, очухаюсь. Что, в первый раз? Понять не могу, что меня разбудило. Вибрация какая-то. Будто танк под окнами проехал… Вот, опять!

Алена взглянула поверх очков озадаченно. В доме тишина, только включенный ноутбук едва слышно пощелкивает и шуршит.

– Вибрация? Тебе не чудится?

– Нет. Я… Опаньки, я что-то похожее уже чувствовал! Конечно, церковь Нотр-Дам де Шанз! Это наша Дверь. Погоди, проверю.

Шаркающей походкой Славик добрался до гостиной, нашарил ключ, вернулся в прихожую. Спустя полминуты он ворвался на кухню с вытаращенными глазами. Сонливость как рукой сняло.

– Там… Там!.. Звиздец!

– Что такое? – Алёна медленно встала с диванчика. – Да что?..

– Сама посмотри! – тонко выкрикнул Славик и потянулся за ай-фоном. Быстро нашел в списке контактов номер Ивана.

Створка Двери отошла больше чем наполовину, можно было прекрасно рассмотреть пространство той стороны. Раньше. Ибо в настоящий момент знакомая полянка с валунами, соснами, боярышником и васильками-лютиками отсутствовала. Дверной проем сверху донизу заполнила непроглядная маслянистая пелена, будто черный полиэтилен натянули. По поверхности изредка пробегала мелкая рябь.

– Алло? Ваня? – до Алёны донесся заполошный голос Славика. Кричал в голос. – Да, я это! Дверь сломалась! Не могу тише! Как сломалась? Да откуда я знаю?!

– Выдохни, – филологесса решительно отобрала у Славика коммуникатор. – Дай-ка я поговорю, все равно от твоих воплей никакого толка. Иван? Здравствуйте, можете называть меня Алёной.

– Добрый день, – из динамика ай-фона донесся невозмутимо-деловитый голос. – Простите, но я решительно ничего не понял. У вас какие-то затруднения… кхм… с объектом?

– Совершенно верно.

– Опишите.

– Очень странное явление. После открытия Двери на той стороне ничего нет.

– То есть как? Где вы сейчас находитесь? Дома? Прекрасно. Можете включить на аппарате режим видеозвонка? Я хотел бы взглянуть… А вы пока расскажите, что видите.

Алёна, стараясь подбирать правильные слова, начала объяснения. В проеме сплошная чернота, будто нефтью залито. Необычные запахи? Нет. Славик ощущал легкую вибрацию, явно порожденную «червоточиной». Направить камеру телефона? Так видно?

– Ага, ага, – сказал Иван, получив картинку несколько секунд спустя. – Понятно. Возьмите какой-нибудь предмет, к примеру нож, и коснитесь этой субстанции. Не бойтесь, ничего опасного.

На тумбочке под зеркалом в прихожей лежала авторучка. Тонкий пластиковый корпус больше чем наполовину исчез в слабо колыхавшейся мгле, не встретив преграды. Вытащить ручку обратно оказалось столь же легко.

– Теперь коснитесь рукой, – скомандовал Иван. – И скажите, что почувствовали.

Алёна опасливо поднесла ладонь к пелене, чуть дотронулась, сразу отдернула руку – пальцы слегка кольнуло, похоже на статическое электричество. Появился слабый аромат озона.

– Отставить панику, – выслушав, сказал Иван. – Закройте Дверь и забудьте. Это может продолжаться от двадцати четырех часов до двух-трех суток.