Посредник
Шрифт:
— Он ведь из ЦРУ, верно?
— Ну да, он заместитель директора по оперативной части. А почему ты спрашиваешь?
— Он хочет со мной встретиться. Срочно. Сказал, случилось что-то неладное. Без гебя ему не разобраться.
— Ты виделась с ним в Лэнгли?
— Нет, он не хочет, чтобы о встрече знали. Мы встретились у автомобиля ЦРУ неподалеку от Приливного Бассейна. Говорили, пока ехали.
— Что именно произошло, он не объяснил?
— Нет. Сказал только, что больше не может никому доверять. Одному тебе. Ему нужно с тобой встретиться. Где, когда — назначай сам. Куинн, ты можешь на него положиться?
Куинн задумался. Если тут замешан и Дэвид Вайнтрауб, тогда и лучшему из людей — грош цена.
— Да, — сказал Куинн. — Я могу на него положиться.
И он назвал место и время встречи.
Глава 18
Саманта Сомервилл прилетела в Монтпилиер регулярным рейсом из Бостона на следующий день вечером. Ее сопровождал Данкан Маккрей: именно через него заместитель директора ЦРУ по оперативной части и передал просьбу о встрече.
В аэропорту они взяли напрокат автомобиль — вездеход «додж-рем» — и переночевали в мотеле по соседству. Памятуя совет Куинна, оба запаслись в Вашингтоне одеждой потеплее.
Заместитель директора задерживался в Лэнгли ввиду важного совещания, на котором обязательно должен был присутствовать. Прибытие его ожидалось утром, незадолго до назначенного Куинном часа.
В 7.00 совершил посадку десятиместный реактивный самолет, принадлежность которого Саманта установить не смогла. Маккрей пояснил, что самолет используется разведывательным управлением для нужд служебной связи. Надпись на фюзеляже — название компании по фрахту — сделана для отвода глаз.
Замести гель директора спустился по трапу с чемоданчиком в руке и сдержанно, но любезно их приветствовал. Одет он был по-зимнему: меховая куртка с капюшоном, стеганые брюки, ботинки на толстой подошве. Не теряя ни минуты, он забрался на заднее сиденье — и «додж» тронулся с места. Машину вел Маккрей. Саманта подсказывала ему дорогу, сверяясь с картой.
По автостраде 2, миновав небольшой городок Ист-Монтпилиер, они выбрались на дорогу к Плэйнфилду. За Плэйнмонтским кладбищем, недалеко or ворот Годдардовского колледжа, река Уинуски круто поворачивает к югу. На участке между дорогой и берегом реки, напоминающим полумесяц, высились могучие деревья, все в снегу. Летом сюда наезжают туристы, и столы для пикников стоят на полянах круглый год. Поблизости — обширная площадка для транспорта. Здесь Куинн и назначил свидание в 8.00 утра.
Саманта увидела его первая, как только «додж» притормозил у обочины. Куинн появился из-за дерева в двадцати ярдах от них. Не дожидаясь, пока ее спутники выберутся из машины, Саманта выскочила навстречу, подбежала к нему и порывисто обняла за шею.
— У тебя все хорошо, детка?
— Отлично. О, Куинн! Слава тебе, Господи, — ты жив и здоров!
Куинн, не отвечая, всматривался в приезжих. Саманта почувствовала, как все мускулы его напряглись.
— Кого ты привезла с собой? — спросил он тихо.
— Ах я, разиня… — Она обернулась к «доджу». — Ты ведь помнишь Данкана Маккрея? Он-то и связал меня с мистером Вайнтраубом.
Маккрей, застенчиво улыбаясь, уже подходил к ним.
— Здравствуйте, мистер Куинн, — робко произнес он.
Держался он, как всегда, почтительно, чуть ли не заискивающе. Однако дуло автоматического «кольта» сорок пятого калибра было нацелено на Куинна с Самантой без малейшей церемонии.
Из боковой дверцы «доджа» выбрался второй пассажир. «Кольт» он вручил Маккрею еще в машине, а сам вооружился извлеченной из чемоданчика складной винтовкой.
— Кто это такой? — спросил Куинн.
— Дэвид Вайнтрауб, — упавшим голосом проговорила Саманта. — Боже мой, Куинн, что же я натворила!
— Дорогая, тебя попросту одурачили.
«Это я, я дал маху», — думал Куинн. Он клял себя на чем свет стоит. Ему даже в голову не пришло спросить Саманту по телефону, знает ли она Дэвида Вайнтрауба в лицо. Саманту дважды вызывали для отчета на заседание кризисного комитета. Куинн и мысли не допускал, что Вайнтрауб мог оба раза отсутствовать. Склонный держаться в тени заместитель директора ЦРУ, занятый секретной деятельностью, избегал появляться в Вашингтоне без особой на то надобности. По опыту Куинн знал слишком хорошо, насколько опасно для здоровья во время сражения принимать желаемое за действительное.
Коренастый приезжий, сделавшийся от напяленной на него теплой одежды почти квадратным, встал рядом с Маккреем.
— Вот мы и снова повстречались, сержант Куинн!
Куинн пожал плечами. Приезжий постучал по сломанной переносице.
— Твоя работа, гнида. Но ты мне за это поплатишься.
Куинн напряг память. Перед мысленным взором его встала просека в джунглях и распятый на земле вьетнамский крестьянин — вернее, то, что от него осталось…
— Вспомнил, — коротко сказал он.
— Ну и отлично, — повеселел Мосс. — А теперь давай пошевеливайся. Где ты тут расположился?
— В горах, в бревенчатой хижине.
— Я слышал, пописываешь? Надо бы взглянуть. Не вздумай только рыпаться, Куинн. Данкан если не тебя, то девчонку так и так подстрелит. А ты от меня не уйдешь.
Он навел на Куинна ствол винтовки. Нет, до деревьев не добежать.
— Иди-ка ты в задницу, — невозмутимо посоветовал Куинн.
В ответ Мосс довольно закрякал, свистя носом.
— Ты, Куинн, должно быть, мозги себе отморозил. Слушай, что сейчас будет. Мы спустимся к реке все вместе. Там нам никто не помешает: кричи — не докричишься. Тебя, Куинн, мы привяжем к дереву. Зрелище будет занятное: налюбуешься вдоволь. Девчонка часа два помучается и каждую секунду будет молить небо умереть поскорей. Ну что, поедем — нет?
Куинн подумал о несчастном вьетнамце: все суставы его были раздроблены пулями. Всхлипывая, он невнятно бормотал: «Я крестьянин, я простой крестьянин, я ничего не знаю…» До Куинна не сразу дошло, что пузатый крепыш, ведший допрос, давным-давно уже в этом не сомневается… Тогда-то он единственным метким ударом и отправил этого недомерка на больничную койку.
Будь он один, стоило бы испробовать последний шанс — умереть достойно, с пулей в сердце… Но Саманта…
Куинн молча кивнул.
Маккрей развел их по сторонам, поочередно надел на обоих наручники. Потом забрался в автомобиль Куинна, посадив его рядом. Мосс поехал в «додже» с Самантой, которую втолкнули на заднее сиденье.