Посох
Шрифт:
– Коля, – сказала она, – нейронной сети придется обнаружить закономерности и корреляции между большими данными, но я чувствую: машина справится.
– О, если получится, представляю, какая квантовая угроза нависнет над шпионскими шифрами! – добродушно шутил Николай.
Вика отозвалась:
– Думаю, квантовая криптография имеет безграничный потенциал.
Компьютер приступил к поиску секретного ключа, необходимого для шифрования и дешифрования текста. Вычисления производились с помощью свойства суперпозиции, то есть рассматривались все варианты одновременно. За короткий промежуток времени криптографический код был взломан.
Удивленный Бессонов углубился в чтение и, чем дальше читал расшифрованные файлы, тем больше не верил своим глазам. Перед ним дневник Михеева. Сокрытие информации производилось с помощью линейного шифрования. Шифр взломан, неприглядная правда этого жулика всплыла. Оказывается, мерзавец пытался вести свою игру! Нож Малюты ему был нужен, чтобы путешествовать во времени, браслет – для немедленного исчезновения с места преступления, посох – как оружие борьбы сторон, плакетка оказалась закодированной в XVI веке информацией о нахождении тайника с неким предметом, обладающим особой силой влиять на демонов.
«Зачем ему этот «некий предмет»?» —задумался следователь. Уж не изгнать ли Велеса собирался Михеев? А какой мотив? Самому стать повелителем или завладеть всеми сокровищами мира? Странно. Образованный человек, а занялся язычеством, сатанизмом и всяким вздором. Из дневника Бориса стало ясно, что он упорно искал тайник, но так и не обнаружил, и плакетку не разгадал. Для Бессонова стало очевидно: если языческий бог Велес действительно состоит на службе дьявола, то этот предмет найти необходимо, без него заточить демона в железный ящик не получится.
Николай поделился сомнениями с Викой, та высказала предположение, что, возможно, Михеева волнует христианское спасение, то есть избавление от греха и его последствий – смерти и ада.
– Захотел стать бессмертным? – отпустил ироничное замечание Бессонов.
– Спасти душу! Если конечно он чистосердечно раскаивается по поводу совершенного зла, – неуверенно предположила Вика.
– В сущности, такие люди, как Михеев, никогда по-настоящему не раскаиваются, – выразил профессиональное мнение следователь.
Плакетка – зацепка. Следователь чрезмерно уповал на квантовый компьютер. Вика слегка остудила пыл друга. Квантовые компьютеры действительно быстры и эффективны, но только для решения конкретных аналитических задач. Квантовые алгоритмы являются вероятностными, так что результат (раскрытие тайны плакетки) можно и не получить.
– А-а-а, – лукаво поддразнивал Бессонов, – я-то думал, что твой компьютер всесильный, решает любую головоломку.
Попробовали на практике. Отсканировали и загрузили в компьютер изображение с плакетки и потребовали преобразовать картинку в текстовое описание. Получили результат: «Компьютерная игра. Локация подземелье. Монах спускается в преисподнюю, он должен пройти семь уровней, которые становятся все сложнее, пока не дойдет до потайной комнаты и не найдет спрятанный предмет за ограниченное время».
Впечатлений от общения с квантовым миром Бессонову на сегодня хватало с лихвой. Такую ахинею, по его мнению, может высосать из пальца даже школьник.
– Где это подземелье? Что за предмет там скрыт? – следователь терялся в догадках.
– Всюду клин, – улыбнулась Вика. – Увлекательное предстоит тебе, Коля, занятие: разгадать тайну, которой полтысячи лет.
– Вот видишь, Вика! Машине далеко до человека. Твой компьютер оперирует алгоритмами, а человек умеет мыслить рационально, абстрактно, интуитивно… Мы постигаем мир с помощью чувств и эмоций, нас посещает творческое озарение, догадка наконец…
– Коля, к чему ты клонишь?
– Нужна консультация специалиста.
– О, многие специалисты уже достигли своего максимального уровня некомпетентности!
– Милая, профессионал всегда знает больше любителя. Я ничем не рискую.
Начальник отдела полиции в Москве, которого Бессонов хорошо знал, выслушав коллегу, порекомендовал исторического консультанта. Есть такой Фаркин Илья Сергеевич. Он знает все до мелочей об эпохе древней Руси. Признанный эксперт по антиквариату. Его неоднократно привлекали к следственной работе. Очень компетентен. Работает в антикварном магазине «Антик».
В магазине «Антик» звякнул колокольчик, из подсобки появился юркий человек лет шестидесяти с волнистой зачесанной назад прической и лукавым выражением лица. Одет он был в серую рубаху, серые брюки и жилетку из золотистой парчи, на ногах тапочки. Эдакий божий одуванчик. Все стены магазинчика увешены темными иконами, неясными жанровыми картинами на религиозную тематику и утварью – в основном поблекшая металлическая посуда и бронзовые подсвечники.
Продавец поправил на носу старомодное пенсне и выразил свое почтение покупателю:
– Только в нашем магазине вы приобретете редкую вещь, настоящий антиквариат! Вот, взгляните: солонка позолоченная, XVIII век, редкий экземпляр!
Бессонов обглядел солонку:
– Вообще-то, мне вас, Илья Сергеевич, рекомендовал друг. Меня зовут Николай Валерьевич. Нужна консультация по старинному предмету.
– О! Вам сказали, что я исторический консультант. Вы пришли по адресу. Интерпретация исторического материала – мой профиль. Иногда меня привлекают даже к созданию компьютерных игр: производителю нужна достоверность.
– Да-да, – Николай неуверенно кашлянул, прикидывая, стоит ли связываться с продавцом. – Мне говорили, что вы специализируетесь на воспроизведении древнего события.
– И не только! Я всегда точно определяю историческую эпоху и регион.
– Хорошо… Что вы можете сказать об этом предмете?
Бессонов достал из кармана пиджака плакетку и положил перед Фаркиным. Эксперт взял раритет, повертел в руках и перевел изумленный взгляд на посетителя:
– Любопытная вещь. XVI век, эпоха Ивана Грозного.