Чтение онлайн

– Но это невозможно. Самоубийство! Турбулентность швырнет нас о землю.

– Не связывайся с диспетчером, пока не подлетим совсем близко, потом пошлешь сигнал бедствия и сядешь, ясно? И не болтай, что это невозможно! Вообще поменьше болтай и побольше делай. А не подчинишься – это и будет настоящее самоубийство.

Второй пилот вернулся в кабину и склонился над креслом первого. Выслушав, первый пилот обернулся и посмотрел через плечо на Пола – тот вынул пистолет и демонстративно дослал патрон в патронник. Потом Мастерсон положил руку на подлокотник так, что кисть свесилась и дуло смотрело вниз. Самолет резко накренился на левое крыло и лег на курс северо-северо-запад, направляясь к побережью.

– Летим обратно, в шторм? – спросил Рейни.

– Да. Не хочешь ли сойти? Они вон хотят. – Пол рассеянно кивнул в сторону пилотской кабины.

– Сойду, и куда потом?

Пол улыбнулся.

– Помолись за нас, Рейни. За нас и за каждого из наших парней в Новом Орлеане.

– Я никогда не перестаю молиться, Пол. Никогда, и похоже, сейчас мои молитвы дошли по назначению.

– Надо было остаться.

Рейни кивнул, соглашаясь, и проворчал что-то насчет крепости задним умом. Тем временем Пол еще раз набрал номер Пиплза. Еще ни разу Рейни не видел Пола таким подавленным.

Если они благополучно приземлятся, то это будет Божьим знаком, решил Рейни Ли. И тогда он, Рейни, исполнит свой долг. Он надеялся, что Пол не встанет у него на пути. В противном случае придется переступить через него. И через любого, кто встанет между ним и Мартином Флетчером. Ибо Бог предназначил Флетчера для Рейни.

Лаура любила дождь. В дождь мир преображается, словно попадаешь в волшебную страну, полную журчания, шорохов и шума ветра. Ей нравился глухой перестук капель по доскам палубы над головой и по бесчисленным штормфалам, вцепившимся металлическими зубьями в алюминиевые мачты. Но сейчас ветер обрушивался на них стеной и безумно завывал в переплетении снастей. Пытаясь успокоиться, Лаура выпила два стаканчика красного вина. Вуди, в белых итальянских брюках и рубашке из мятого калифорнийского шелка, сидел на кушетке. Кобура на его плече выглядела неуместно. Взгляд холодных, задумчиво прищуренных глаз агента казался еще более отстраненным, чем всегда.

– Вы играете в гольф или в теннис? – спросил его Рейд.

– В гольф, время от времени. И езжу верхом. Неплохая тренировка.

– Наверное, профессия телохранителя довольно скучная, – сказала Лаура.

– Не то чтобы скучная. Обычно работа спокойная, но покой всегда предвещает...

– Бурю, – закончил за него Рейд и рассмеялся. – Верно подмечено.

Лаура тоже улыбнулась.

– Будем надеяться, что буре придет конец и нам станет так же покойно, как было раньше, – сказала она. – Любопытно, что творится сейчас в Майами?

– А вы чем занимались раньше? – спросил охранника Рейд.

– Так, всем помаленьку, – последовал ответ.

– А где приобрели навыки костолома? В школе или раньше? Поделитесь, что происходит в душе, когда причиняешь боль другому человеку.

– Я никому не причиняю боли, пока какой-нибудь подонок не поднимет руку на тех, кого я охраняю, – сказал Вуди. – Придет день, и вы еще порадуетесь, что я такой, какой есть. Благодаря людям вроде меня люди вроде вас могут спать спокойно.

– Пойду проведаю детей, – сказала Лаура. – Рейд, Вудроу, не хотите ли по стаканчику вина?

– Звучит заманчиво, – отозвался Рейд. – Но мне сначала надо выгулять Волка, а заодно передать еще кофе охранникам снаружи.

Вуди поднялся:

– Лучше я это сделаю.

– Да ну, глупости. Дождь вымочит вашу замечательную рубашку. Я сам схожу.

– Вас все равно не пустят на берег, – сказал Вуди и сел на место. – Приказ Мастерсона.

Рейд удивленно поднял брови.

– Какой марки ваш пистолет? – спросил он, резко меняя тему.

– "Глок".

– Можно взглянуть? Никогда не видел «глок» вблизи. Вообще от пистолетов мне как-то не по себе. Слишком узкопрофессиональное оружие. Годится только для стрельбы в людей, хочу я сказать.

– Ну, пока среди людей не перевелись любители пострелять, мое оружие останется при мне. – Вуди достал пистолет и посмотрел на Рейда.

– Мир без оружия стал бы лучше, – сказала Лаура.

Вуди вытащил обойму и патрон из патронника, потом, рукояткой вперед, подал оружие Рейду. Тот взял пистолет и прицелился в стену, а затем вернул хозяину.

– Любопытно. Насколько я помню, пистолет должен быть тяжелее. Вы держите пулю прямо в стволе? А это не опасно?

– Не в стволе, а в патроннике. Мы носим оружие так, чтобы его можно было применить в любой момент. Иногда доля секунды решает, умрешь ты или останешься в живых.

– А где предохранитель? – спросил Рейд.

– Предохранителя как такового здесь вообще нет. Как у револьвера с...

– Пожалуйста, – резко перебила Лаура, – давайте уберем оружие. По мне, так вовсе нет нужды все время держать курок на взводе. Пол никогда не вошел бы с заряженным пистолетом.

– Я не про то, – сказал Рейд. – Нисколько не сомневаюсь, Вуди знает, что делает. Но стены здесь тонкие. Случись стрельба... Могут пострадать дети или кто-нибудь другой.

Лаура повернулась и ушла в ванную.

– Не волнуйтесь, – сказал Вуди и вставил обойму на место. Лишний патрон он убрал в карман.

Рейд налил кофе в два пластмассовых стаканчика и закрыл их крышечками, потом надел свой макинтош.

– Волк! – позвал он. Собака вскочила и бросилась к Рейду. Он прицепил к ошейнику поводок и вышел, держа стаканчики в правой руке.

Как только Рейд оказался за дверью, Вуди вытащил из кобуры пистолет и, стараясь не шуметь, передернул затвор. Затем вынул обойму и вставил в нее патрон, вынутый по просьбе Лауры. Вуди усмехнулся. Ох уж эти штатские!

Узкие снопы света с «Гаттераса» освещали агентов, которые стояли с зонтами на пристани. Рейд набросил капюшон и перелез на пирс. Охранники подошли к нему. Волк обнюхал их и замахал хвостом. Пес приседал под резким ветром, а вот дождь, похоже, ничуть его не смущал. Рейд оглянулся и увидел Вуди. Агент стоял у кормовой двери с телефоном в руках.

– Эй, ребята! – крикнул Вуди. – Торн объявил повышенную готовность.

– Почему? – крикнул Элтон Вэнс.

– Откуда мне знать! Хочешь – спроси у него сам!