Последний сезон дождей

ОСИНСКАЯ ОЛЕСЯ

ПОСЛЕДНИЙ СЕЗОН ДОЖДЕЙ

Вступление:

Рассказ писался для конкурса, однако не попал туда, потому что я сроки затянула, и по размеру в заданные рамки не влезла. Задание было - написать рассказ по заданной картинке. Поэтому советую ее посмотреть сначала: http://samlib.ru/img/o/osinskaja_o/posledhiy_sezon_dozhdey/55.jpg

18 октября. День 1.

Непрерывный ливень, длящийся уже неделю, будто живой то мягко ластился к оконному стеклу, то с силой бил мощными струями по раме, то обманчиво отступал, чтобы вернуться через несколько секунд…

“А ведь только середина дня”, - раздраженно подумала Сашка, глядя из серого полумрака своей комнаты на полосатую серо-синюю мглу за окном. Темноту комнаты на мгновение прорезали тяжелые лучи света, ослепляя девушку - во дворе разворачивалась машина.
– “Неужели Макс?”

На стекле повисли мокрые разводы с желтоватыми отблесками. Девушка зябко повела плечами, медленно и бездумно провела пальцем по холодному стеклу, будто пытаясь остановить бегущие дорожки, и едва слышно выдохнула:

– Ненавижу сезон дождей…

***

Сашка быстро выскочила в коридор. Посомневавшись немного, заставила таки себя включить свет, на всякий случай натянула длинные до локтей рабочие перчатки и пошла открывать дверь. Помогла гостю снять плащ, забрала мокрый зонтик, приглашающе махнула рукой в сторону полутемной кухни.

– Ты так рано…

– Да, хотел тебя увидеть, - просто ответил Макс, усаживаясь за стол.
– И не только…

Мужчина открыл портфель, достал тоненькую папку и чуть подвинул ее в сторону Сашки.

Девушка отшатнулась. Вернулась глазами к дорогому кожаному портфелю, затем прошлась по фигуре, затянутой в черную форму, остановилась на руках в таких же как у нее перчатках… папка… работа… С силой сжала губы, пытаясь не сорваться на грубость. Сашку раздражало все - и его ухоженность, и уверенный взгляд, и даже аккуратно причесанные волосы. Девушка глубоко вдохнула, заставляя себя успокоиться, принесла две небьющиеся жестяные чашки, прямо туда бросила по ложке заварки, залила кипятком и подвинула одну своему гостю. “А Макс бы наверняка заварил его в чайнике. Макс все делает лучше, все делает правильно!”, - вдруг подумалось, и приступ непонятной злости на себя и гостя вспыхнул с новой силой.

Сашка отошла к окну, полминуты бездумно смотрела сквозь серую рваную пелену, затем не выдержала и на мгновение бросила взгляд на папку. И снова уставилась в окно.

– Не могу. Сам знаешь, мне сейчас нельзя работать, - выдохнула Сашка, с болезненным упорством глядя из полумрака кухни на мокрые разводы серо-синей вечерней мглы.
– Только хуже сделаю…

– Девочка сирота… “Новая жизнь”.

“Новая жизнь?..” - Сашка обернулась, на мгновение встретилась глазами с Максом. Редкое заболевание… неосознанный способ самоубийства. Человек засыпает, уходя в собственный выдуманный мир, где нет проблем, живы близкие и царит счастье… и не просыпается. Сколько бы в больнице не поддерживали пациента, он тихо угасает, по каплям теряя жизнь. Взрослые умирают за месяц. Дети быстрее… Умирают счастливыми…

– Нет, - оборвала гостя на полуслове девушка, резко отворачиваясь к синему провалу окна. Опустила голову, пряча глаза от собственного отражения.
– Не надо. Ты же знаешь… у меня… - “критические дни” чуть не вырвалась дежурная дурацкая шутка. Сашка замолчала. Уж лучше бы и правда критические дни.

– Да, знаю. У тебя “сезон дождей”.

– Вот именно!
– внезапно сорвался голос на визгливую, истеричную ноту.
– Ненавижу сезон дождей…

Захотелось вдруг выбежать из комнаты, грохнув дверью. Грохнув так, чтобы тоненько и противно зазвенели стекла, хлопнули в ответ форточки, впуская холод и уличную сырость, затаилась очередная нелепая обида на весь мир в целом и на Макса за компанию… и чтобы кто-то глубоко внутри с болезненным удовлетворением признал, что всегда может быть еще хуже. Сашка медленно вдохнула и выдохнула. “Не надо. Пожалуйста. Не лезь ко мне”, - мысленно попросила она, поднимая глаза и встречаясь в окне с отражением гостя.
– “Нет, лучше говори! Говори о чем угодно. Не уходи. Не оставляй меня одну”.

Гулко и назойливо, словно капли за стеклом, продолжали стучать слова.

– …Танечке почти восемь. Родилась в 20ХХ… 24 октября… Живет в детском доме. С рождения. Родители погибли, - Макс запнулся, пытаясь увидеть реакцию подруги.
– Понимаешь, что это значит? Вряд ли совпадение…

Сашка глубоко вздохнула, подавив желание заткнуть уши. Поежилась, обняла себя за плечи и принялась раскачиваться из стороны в сторону. Зачем он напоминает? Зачем? Перестань!

В мозгу мелькнула неясная надежда - а вдруг… - и тут же мысль погасла, оставшись лишь болезненным напоминанием. Так не бывает. Слишком маленький срок, всего два месяца, никакие чудеса современной медицины не спасли бы ребенка Инны.

– Замолчи! Замолчи же!

Повисла тягостная тишина. Зато бесконечный монотонный дождь будто почуял передышку в разговоре и припустил с новой силой. Ничего… Она извинится. Потом. Она это знает. И он знает. Осталось всего две недели. Сезон дождей пройдет. Пройдет и эта ежегодная депрессия. И пацанка Сашка снова превратится в Александру Николаевну, обновит стрижку, сделает маникюр и наденет платье. Заварит чай как положено, купит торт, или даже испечет сама и позовет Макса в гости. И будет смеяться над шутками… А Макс вернет ей ножи, вилки и нормальные стеклянные чашки. Потом.

– … я не смог установить Контакт…

Девушка медленно, словно нехотя, отошла от окна и села обратно за стол. Холодные пальцы робко обхватили жестяные бока кружки, нос забил горький запах.

– Ты. Лучший. Псионик. Города, - чеканя слова, произнесла она.
– И ты не установил Контакт?

– Не смог. Она не пустила меня, - Макс поймал взгляд Сашки.
– Поэтому и нужна твоя помощь. Она сирота. Какие мечты у нее могут быть? О семье, доме? О маме? Ты - женщина. Может, она пустит тебя.

Макс знал, куда бить. Девушка снова вздохнула, мысленно признавая, что проиграла. Вскочила со стула, чуть не бегом направилась к двери, на ходу подбирая валяющуюся на стуле помятую курточку.

– Поехали. Поехали прямо сейчас…

***

Визгливо пискнув тормозами на мокром асфальте, машина притормозила возле ворот больницы. Из сторожевой будки высунулся плотный краснощекий охранник, рявкнул что-то насчет пропуска. Затем разглядел знак на дверце и мигом отшатнулся.