Последний мятеж

Он толкнул дверь и вошел в хижину. В нос ударил застарелый запах неопрятного человеческого жилья. Вар-ка молча опустился на лавку у стола – вот и все, он пришел…

Старик сидел напротив, положив на стол сцепленные руки с по-старчески вздутыми венами на кистях. Из-за бороды и волос его лица почти не было видно – только глаза – молодые, умные и… наполненные болью.

– Ты все-таки добрался… Вар-ка!

– Здравствуй…

Они долго молча смотрели друг на друга. Казалось, время остановилось. Да и было ли оно здесь?

Не ясно, о чем думал старик, а Вар-ка не думал ни о чем. Он чувствовал, ощущал, смаковал и впитывал в себя осознание странного и удивительно важного события, касающегося только его одного. Свершилось нечто, свершилось в тот момент, когда он переступил порог этой хижины-развалюхи. Он сидит не в полупустой комнате с единственным окном без стекол, он висит в какой-то точке пространства-времени, где кончаются все пути… или наоборот, откуда они начинаются. Строго говоря, может быть, именно так все оно и было на самом деле.

Молчание нарушил старик:

– Что ж, это должно было случиться. Почему-то я знал, что так будет.

Вар-ка встряхнулся: «Это же…»

– Ведь я не ошибся? Да? Ведь это же ты, Рахама? Я же вырос, путаясь у тебя под ногами! Что с тобой случилось? Мне же всегда хотелось вернуться…

Седые заросли шевельнулись – кажется, старик усмехнулся:

– Наверное, когда-то я был тем человеком, о котором ты говоришь. Во всяком случае, я тебя помню.

– А все остальные? Поселок…

– Я покинул то место, когда прошла… Нет, не считал, но после тебя сменилась, наверное, сотня поколений – вряд ли меньше. Ты наверняка о чем-то таком догадывался. Ведь догадывался?

– Пожалуй… Амулет?

– Я не расстался с ним. Но осталось уже немного.

– В конце концов ты ушел…

– Если тебя посадить на большую раскаленную сковородку, то ты будешь метаться, пока не найдешь самый холодный край. Но и там жжет.

– И ты отправился, как и я, к вершине Великой горы – на границу миров?

– Ее называют по-всякому.

– Почему же ты не умер, раз было так тяжело? Ты ведь мог?

– А почему ты не остался жить там, где тебе было хорошо? Ведь мог?

– Не знаю…

– А я знаю! Но это – лишнее для тебя… пока.

Туман межвременья то наплывал, сужая видимое пространство до нескольких метров, то отступал, обнажая каменистые склоны. Неровно шумел ручей внизу. Этого места не было ни в одном из бесчисленного множества параллельных миров. И тем не менее оно было – где-то между ними. Два человека сидели у стены кособокого домика из дикого камня и говорили.

– Акурра? Его уже нет. Странно, что ты знаешь это имя. Хотя что-то такое было еще там, в Поселке.

– Вы тогда ругались с шаманом Лесных людей, который отказался от своего амулета. Он-то и помянул Акурру. Это был ваш учитель или наставник, если я правильно понял. Он-то и дал вам эти камушки.

– Что тебе до этого?

– Потом я попал в реальность, которую мы называем «мир Николая» – по имени моего… двойника. Там известен этот амулет. И есть легенды, что он дает бессмертие в обмен на невозможность делать зло людям. Только никто не знает, как им пользоваться, как его… включать, инициировать, заводить. В общем, легенды есть, есть сами камешки, но они не действуют. Люди того мира предложили нам разгадать эту загадку. По-видимому, они считают, что если амулет станет действовать у них, то их мир наконец перестанет быть таким жестоким. Мы с Колей и Женькой вновь отправились на границу миров. В той реальности она расположена на вершине безымянной сопки с отметкой 1242 м. Это очень глухое место, и людей поблизости нет. А на вершине когда-то работали геологи, они оставили после себя всякий мусор и деревянный вагончик, в котором можно жить.

– Николай – это твой двойник? Да, такое бывает в параллельных мирах. Жаль, что я так и не встретил своего… А кто такой Женька?

– Ты знал его, но, конечно, забыл. Это тот самый мальчишка, с которым мы ушли из Поселка. Тогда его звали Зик-ка. Когда началась заваруха, он не дал воинам прикончить меня на месте – начал расстреливать их из пращи. С тех пор он вырос, сам стал великим воином и сменил имя. Сейчас он связался с девчонкой и, кажется, надолго застрял в одном из миров. А мы с Колей продолжаем бродить по иным реальностям, пытаясь узнать тайну амулетов. В одной из них я взял твой след и пришел сюда.

– У этих амулетов нет тайны, но ты уверен, что они помогут людям того мира?

– Нет, конечно. Я вообще плохо понимаю, что это такое и зачем. Честно говоря, мне хотелось просто вернуться в Поселок и спросить у тебя!

Старик издал несколько клекочущих звуков, которые, вероятно, обозначали смех:

– Просто вернуться и спросить! Замечательно! Просто вернуться!

– Не смейся: я вернулся, и это было совсем невесело. На месте Поселка работали археологи. Остатки наших домов были в одном из самых древних культурных слоев. Ты знаешь, кто такие археологи?

– Видишь ли, мальчик, в разных мирах я успел побывать колдуном, пророком, профессором, нищим, президентом, рабом, писцом, жрецом и так далее. Уж будь добр, подбирай слова попроще, чтобы я мог уследить за полетом твоей мысли!

– Не сердись, шаман! Это ты тут как рыба в воде, а я так и не научился ориентироваться в этой мешанине миров. Брожу почти вслепую.

– Ага, вслепую! Но сюда-то добрался? Неужели не понимаешь, что вернуться в свое время нельзя? В место можно, а во время – нельзя, так не бывает!

– Конечно: время течет, как река…

– Оно течет, как вода в реке, – быстро на перекатах и медленно в заводях. Это очень удобно: позанимался с женщиной ТАМ, потом сходил СЮДА пообедать, вернулся, а ТАМ у тебя уже куча внуков… вот-вот помрет от старости! Каково? Впрочем, шучу я – почти шучу.

– Да, мы с Колей называем это «временным скачком» на границе. Он может быть большим, как в нашей реальности, или совсем маленьким, как в мире Николая.

– Что ж, ты неплохо продвинулся со своими друзьями. Могу добавить, что этот скачок далеко не всегда бывает постоянным.