Чтение онлайн

– Помогите! – закричала Куинси, хотя и знала, что Жанель уже не помочь. – Помогите! Пожалуйста!

Остальные все так же стояли на террасе. Эйми обвилась вокруг Родни, подол ее ночной рубашки хлопал на ветру. Бетц, сама того не сознавая, стала всхлипывать, то громче, то тише. На них с Жанель смотрел один лишь Крейг. Куинси чувствовала себя так, словно он заглядывает ей в самую душу. Словно ему известны все ее ужасные секреты.

Она смотрела на него и видела в его глазах новый сполох страха.

– Куинси! Беги!

Но она не могла. Не могла, когда у нее на руках умирала Жанель. И не смогла, когда почувствовала, что рядом появился кто-то еще. Нечто мерзкое и отвратительное, сочащееся злобой. Не успела она повернуться и посмотреть, как он уже набросился на нее, запустил в волосы пальцы, схватил и резко рванул на себя. По телу ринулась боль, ее силой развернули, она увидела то же, что и другие.

Смутная фигура.

Занесенный нож.

Серебристая вспышка.

С головокружительной скоростью, почти одновременно, последовали три удара. Плечо дважды пронзили две стрелы обжигающей боли. Прорвали кожу и мышцы. Царапнули по кости.

Куинси не закричала. Было слишком больно. Из нее кричала ее невыносимая мука.

Она повалилась набок, Жанель скатилась с ее колен. Они лежали рядом на земле, Куинси смотрела в помертвевшие глаза подруги. На траву между ними лилась кровь, растопляя иней. От нее шел пар.

Он по-прежнему был рядом. Куинси слышала его ровное дыхание. К волосам опять прикоснулась рука. Но на этот раз не дернула, а погладила.

– Ну ничего, ничего, – произнес он.

Куинси видела его лишь краем глаза, все такой же смутной тенью, ожидая еще одного, последнего удара ножа. Но он двинулся дальше.

Мимо нее.

Мимо того, что когда-то было Жанелью.

К «Сосновому коттеджу».

Это было последнее, что видела Куинси, перед тем как ее без остатка затопили боль, страх и тоска. Взор заволокло черными тучами, закрывшими собой весь мир. Она закрыла глаза, приветствуя забвение, и отдалась во власть тьмы.

Джона умоляет позволить ему пойти со мной в квартиру, но я ему не разрешаю. Он говорит, что это опасно, и это действительно так. Вместе с тем, его присутствие только еще больше осложнит ситуацию. Этот вопрос должны решить я и Сэм.

Или Тина.

Или кто она там, мать ее.

Я переступаю порог, снова соблюдая осторожность. И снова надеюсь, что ее нет.

Но она здесь. В прихожей я слышу, как в ванной льется вода. Сэм стоит под душем. Я подхожу к двери, замираю и стою так до тех пор, пока не начинаю что-то слышать. Кашель. Она прочищает измученное сигаретным дымом горло. Вода продолжает литься.

Я бросаюсь в ее комнату, где в углу все так же прислонился к стенке рюкзак. Открыть его я не могу, у меня слишком дрожат руки.

Я делаю несколько глубоких вдохов, отчаянно жаждая «Ксанакса», хотя и знаю, что мне нужна ясная голова. Но моя зависимость все же побеждает и выталкивает меня на кухню, чтобы я бросила в рот одну таблетку. Затем я хватаю бутылку виноградной газировки и пью до тех пор, пока она не проскальзывает по пищеводу вниз.

Вооружившись должным образом, я возвращаюсь в комнату Сэм. Теперь мои руки мне подчиняются, и рюкзак легко открывается. Я копаюсь в нем, вытаскиваю ворованную одежду, черные футболки, поношенные лифчики и трусы. Потом появляется бутылка бурбона – новая, даже еще не откупоренная. Она с глухим стуком падает на пол и катится к моим коленям.

Наконец я нащупываю то, что спрятано на самом дне. Щетка для волос, дезодорант, пустой пузырек из-под лекарств. Смотрю на этикетку. «Золпидем». Не «Анитрофилин».

Нахожу «Айфон», позаимствованный Сэм из моего потайного ящичка. Тот самый, что я украла в кафе. Он выключен, скорее всего, сел аккумулятор.

В самом низу пальцы натыкаются на холодные глянцевые страницы. Журнал.

Я выдергиваю его, переворачиваю и смотрю на обложку. Номер «Тайм», потрепанный, со скрепленными степлером страницами, которые вот-вот отвалятся. На обложке ветхий мотель, окруженный полицейскими машинами и небольшими сосенками, увитыми испанским мхом. Заголовок, выбитый красными буквами поперек шиферно-серого неба, гласит: Ужас в отеле.

Тот самый номер «Тайм», который я жадно читала в детстве, трясясь под одеялом, со страхом ожидая кошмарных снов. Я быстро листаю страницы и нахожу ту, которая в детстве так меня пугала. Это еще одна фотография, сделанная в номере мотеля. В открытую дверь виднеется белое пятно – прикрытая простыней жертва.

Рядом с ней узкой колонкой начинается текст:

Сначала ты думаешь, что такое случается только в кино. Что в реальной жизни быть не может. И уж в любом случае не с тобой. Но это случилось. Сначала в студенческом женском клубе в Индиане. Потом в мотеле во Флориде.

Отрывок отзывается в моей голове чем-то знакомым. Как поцелуй дежавю. Не из детства, хотя я тогда наверняка его читала. Это недавнее воспоминание.

Точно те же слова сказала мне Сэм в первую ночь своего пребывания здесь. Разговор по душам. Бутылка бурбона, переходящая из рук в руки. Ее искренний монолог о событиях в «Найтлайт Инн».

На самом деле оказавшийся куском дерьма, слово в слово содранным с журнальной статьи.

Я запихиваю вещи Сэм обратно в рюкзак. Все, кроме журнала, способного стать оружием против нее, и украденного «Айфона», который можно использовать против меня.

Журнал скатываю в трубочку и зажимаю под мышкой, телефон сую за пазуху и фиксирую лямкой лифчика.

Убедившись, что комната выглядит так же, как раньше, я бегу на кухню, хватаю виноградную газировку и сажусь за ноутбук. Открываю его рывком, захожу на «Ютьюб» и вбиваю в поисковой строке «Интервью с Самантой Бойд». В ответ получаю сразу несколько ссылок на различные версии единственного интервью, которое Сэм дала тележурналистам. Все они выложены фриками, которые ведут сайты о реальных убийствах.