После света
Шрифт:
Зеркала в гробницах были разных странных форм и размеров, но, как и большинство других древностей, обнаруженных на Хармони, они были сделаны из того же повсеместно распространенного зеленого кварца, который древние инопланетные колонисты использовали для создания почти всего. Вещь была практически неразрушимой. Насколько эксперты могли сказать, он был почти полностью непроницаем для элементов и биологических процессов, которые природа использовала для переработки всего остального.
Эммет взял маленькое надгробное зеркальце и стал изучать богато украшенную резьбу, окружавшую отражающую поверхность.
«Красиво», — прокомментировал он, переворачивая его в руке, чтобы рассмотреть элегантно выполненный рисунок на обороте.
«Да!» — Наконец она заметила клочок бумаги, застрявший в складке бумажника. — «Слава Богу. На минуту я подумала, что потеряла его».
Эммет положил зеркало на стол и стал изучать обрывок бумажки, которую она поднесла к свету.
— Эмбер Хил? — Он нахмурился. — Ни о чем мне это не говорит.
«Так было и у меня, когда я нашла его сегодня. Но сейчас мне приснился еще один из этих глупых снов о «потерянных выходных». На этот раз я была в каком-то массивном помещении. На полу валялся скелет». — Она замолчала, пытаясь восстановить некоторые из быстро испаряющихся подробностей. — Может быть, два скелета, я не уверена.
«Звучит как кошмар».
«Я знала, что должна выйти из комнаты и продолжать двигаться. Они преследовали меня». Клочок бумаги в ее руке дрожал.
— Полегче, дорогая. — Эммет обнял ее за плечи и прижал к своему твердому, теплому телу. — «Это просто сон.»
Пушок перепрыгнул с плеча Эммета на плечо Лидии и успокаивающе заурчал ей в ухо. Она подняла руку и погладила его.
— Я знаю, — сказала она, стряхивая последствия кошмара. — «Я в порядке. Сегодняшний сон был просто моим бессознательным, напоминающим мне об этой маленькой записке».
Не было никакого смысла говорить Эммету, что сны о «потерянных выходных» становятся все более частыми и причудливыми. Он будет только беспокоиться. У него было достаточно проблем в данный момент.
По правде говоря, она надеялась, что кошмары были признаком того, что ее амнезия начала проходить. В последние месяцы у нее все чаще возникало мимолетное видение того темного места, где были спрятаны ее воспоминания о «потерянных выходных». Однако до сих пор она не видела ничего твердого или опознаваемого. Это было все равно, что увидеть привидение краем глаза. Когда поворачиваешься, чтобы посмотреть, оно исчезало.
Но теперь она была убеждена, что в один прекрасный день она точно вспомнит, что случилось с ней в катакомбах. Когда этот день настанет, она планировала подать главный иск. Для этого она уже составляла список недорогих адвокатов. Проблема заключалась в том, чтобы найти того, кто был бы достаточно смелым, чтобы сразиться с гильдией Каденса.
Она быстро отвернулась от стола и направилась на кухню. — «Есть что-то знакомое в том, что написал Малтби. Я знаю, что видела эти слова где-то еще».
— Есть идеи, где? — спросил позади нее Эммет.
«Да.» — Она рывком открыла холодильник и заглянула в светящееся нутро. — «На пакете молока».
Эммет подошел к ней сзади и стал изучать пакет молока на верхней полке. — «Молочная ферма Эмбер Хиллз».
«Да.» — Она помахала бумажкой. — «Честно говоря, я просто не могу представить себе человека, готовящего дозу Шартреза, и беспокоящегося о покупке пакета молока в продуктовом магазине, а ты?»
«Он мог написать слова раньше, а потом отвлекся».
«Эммет, когда ты составляешь список продуктов, ты пишешь молоко, а не название фермы».
«Хм.»
— Насколько я понимаю, ты не составляешь списков продуктов.
Он пожал плечами. — «Я просто иду в магазин и покупаю то, что хочу».
Она покачала головой и закрыла дверцу холодильника. — «Кроме того, почерк Малтби был правильным, аккуратным и разборчивым. Я видела несколько примеров на его столе. Но посмотри на почерк на этом листе бумаги. Эмбер Хил была написана рукой, которая сильно дрожала».
— Возможно, — сказал Эммет явно не убежденный.
«Знаешь, что я думаю? Я думаю, что Малтби пытался написать Молочная ферма Эмбер Хиллз, потому что знал, что умирает. Он оставил мне подсказку».
«Помедленнее, дорогая. Зачем ему использовать последние несколько мгновений своей жизни, чтобы написать название молочной фермы?»
«Хороший вопрос.» — Она развернулась и направилась в спальню. — «Я возвращаюсь к нему домой, чтобы посмотреть, не пропустила ли я что-то еще».
«Сейчас?» — осторожно спросил Эммет.
— Я не могу придумать лучшего времени, а ты?
— Черт, — сказал Эммет. — Я этого боялся.
Глава 6
Туман спустился с реки ранним вечером. Он затопил Скрытую улочку, сгустив и без того глубокие тени, спрятавшиеся в узком проходе. Было час тридцать утра. Лишь горстка окон в ветшающих многоквартирных домах, возвышавшихся по обеим сторонам переулка, освещалась в этот час.
Эммет прекрасно понимал, что отсутствие освещения не означает, что поблизости не велась оживленная деловая активность. Большинство предпринимателей, которые занимались своими делами и продавали свои товары в этой части города, предпочитали работать ночью и в тени. Единственным исключением может быть Грини (Зеленый (улыбчивые идиоты в зеленых халатах)), съежившийся за маленьким столиком под единственным уличным фонарем в переулке, с книгами, сложенными перед ним. Он не выглядел счастливым из-за работы в такой час. Эммет не винил его.
Слайдер едва помещался в крошечном пространстве возле входа в ночлежку, где жил Малтби. Эммет выключил двигатель и посмотрел на Лидию, как он надеялся, со строгим выражением.
— Держись поближе ко мне, — приказал он. — «Я вхожу первым. Если что-то случится, позволь мне разобраться с этим, хорошо?
«Расслабься.» — Она отстегнула ремень и открыла дверь. — «Что может пойти не так? Я же говорила тебе, я просто хочу быстро осмотреть дом Малтби. Мы придем и выйдем через пять минут».