Чтение онлайн

– Отравишь собственного отца? Какая милая шутка! – дразню его я.

Он пожимает плечами и уходит. Умываюсь и наношу легкий макияж, потом распускаю волосы и завиваю кончики. Когда я заканчиваю приводить себя в порядок и приступаю к выбору одежды, чувствую, как с кухни доносится замечательный запах чеснока.

Я иду на кухню и вижу, что Хардин уже накрыл стол и выложил на поднос фрукты и овощи. Я по-настоящему удивлена, хотя едва сдерживаюсь, чтобы не передвинуть по-своему пару тарелок. Я так рада, что Хардин захотел пригласить своего отца к нам в квартиру, а его хорошее настроение придает мне еще больше уверенности. Взглянув на часы, я понимаю, что наши гости будут через полчаса, так что я начинаю убирать кухню, потому что Хардин там насорил, и вскоре все снова сияет чистотой.

Он стоит у плиты, и я обнимаю его сзади за талию.

– Спасибо, что все приготовил.

Он пожимает плечами.

– Ерунда.

– С тобой все в порядке? – спрашиваю я, убрав руки и стараясь заставить его повернуться ко мне.

– Да… все нормально.

– Точно? Не волнуешься? – Судя по всему, он явно волнуется.

– Нет… ну, совсем чуть-чуть. Просто это чертовски странно, что он придет сюда, понимаешь?

– Понимаю. Я горжусь тем, что ты пригласил его.

Я прижимаюсь к его груди, и он кладет руки мне на талию.

– Правда?

– Конечно, мал… Хардин.

– Что… что ты хотела сказать?

Я прячу от него лицо.

– Ничего.

Не знаю, отчего мне вдруг так хочется называть его всякими ласковыми именами, но это меня смущает.

– Ну скажи, – вкрадчивым голосом просит он.

– Не понимаю почему, но я опять чуть не назвала тебя «малышом».

Я прикусываю нижнюю губу, а его улыбка становится все шире.

– Давай, назови меня так, – говорит он.

– Ты будешь надо мной смеяться, – со слабой улыбкой возражаю я.

– Не буду. Я же постоянно называю тебя «деткой».

– Да… но это другое.

– Почему?

– Не знаю… Ну, когда это говоришь ты, то звучит как-то сексуальнее и… романтичнее. Не знаю. – Я краснею.

– Ты сегодня жутко скромничаешь. – Он улыбается и целует меня в лоб. – Но мне нравится. Так что давай, назови меня так.

Я обнимаю его еще крепче.

– Ладно.

– Что «ладно»?

– Ладно… малыш. – Так странно произносить это слово.

– Еще раз.

Я удивленно вскрикиваю, когда он вдруг поднимает меня и сажает на холодную столешницу, а затем становится вплотную ко мне.

– Ладно, малыш! – повторяю я.

Румянец на его щеках становится еще более ярким, чем обычно.

– Мне правда очень нравится. Это… как ты там сказала? Сексуально и романтично? – Он улыбается.

Я вдруг набираюсь храбрости и спрашиваю:

– Разве, малыш? – Я смеюсь и снова прикусываю губу.

– Да… безумно сексуально.

Он прижимается губами к моей шее, и по телу у меня пробегает дрожь, когда он скользит руками по моим бедрам.

– Не думай, что они меня остановят. – Он проводит пальцами по моим черным колготкам.

– Они, может, и нет, но… другое точно.

Я подпрыгиваю от внезапного стука, а Хардин улыбается и подмигивает мне. Он идет открывать дверь и бросает через плечо:

– Детка… это для меня тоже не помеха.

Я открываю дверь и сразу же обращаю внимание на лицо отца. На щеке у него остался темный синяк, а нижняя губа треснула посередине.

Я приветственно киваю, но совсем не знаю, что, блин, им сказать.

– У вас очень мило.

Карен улыбается, и втроем они неуверенно останавливаются в прихожей.

Заходит Тесса и спасает ситуацию.

– Проходите. Можете поставить под елку, – говорит она Лэндону, показывая на пакеты с подарками у него в руках.

– Мы принесли и те подарки, которые вы оставили у нас дома, – говорит мой отец.

Атмосфера явно напряженная – но это напряжение связано не со злостью, а скорее с тем, что нам всем чертовски неловко.

Тесс мило ему улыбается.

– Большое спасибо.

Она умеет быть гостеприимной. Хоть кому-то из нас двоих это дано.

Лэндон первым заходит на кухню, Карен и Кен идут за ним. Я беру Тессу за руку, надеясь, что это поможет мне справиться с волнением.

– Как доехали? – пытается начать беседу Тесса.

– Нормально. Я был за рулем, – отвечает Лэндон.

Когда мы принимаемся за еду, наша беседа превращается из натянутой в более-менее естественную. Тесса время от времени сжимает под столом мою руку.

– Все очень вкусно, – хвалит обед Карен, глядя на Тессу.

– А, я не готовила, это Хардин, – замечает Тесса и кладет руку на мое бедро.

– Правда? Просто замечательно, Хардин, – с улыбкой говорит Карен.

Я был бы не против, если Тесса приписала бы все кулинарные заслуги себе. Меня едва не тошнит, когда все они на меня смотрят. Тесса еще сильнее давит мне на ногу, намекая, что я должен что-нибудь сказать.

– Спасибо, – выдаю я, но Тесса щиплет меня, и я улыбаюсь Карен ужасно неловкой улыбкой.

Спустя несколько молчаливых мгновений Тесса поднимается из-за стола, берет свою тарелку и идет на кухню. Я не знаю, пойти ли мне за ней.

– Получилось очень вкусно, сынок. Я под впечатлением, – прерывает тишину отец.

– Ну, еда как еда, – бормочу я. Он опускает взгляд, и я поправляю свои слова: – В смысле, Тесса, конечно, готовит лучше, но спасибо.

Похоже, ответ его порадовал. Он отпивает воды, а Карен смущенно улыбается и смотрит на меня своим странно успокаивающим взглядом. Я отвожу глаза. Тесса возвращается, прерывая их бесчисленные похвалы моим кулинарным способностям.