Чтение онлайн

–  А какого ж тогда черта вмешались?

–  У вас пребывает наш человек. Мы имеем целью вернуть его обществу.

–  Перебьется ваше общество!

–  Простите?..

–  Гришу вы не получите. Все! Точка!

На этот раз, видать, он Гришкино имя расслышал хорошо.

–  Григорий Прахов?
– отрывисто переспросил он.

–  Да, - сказал я.
– Григорий Прахов.

У пожилого ангела был ошарашенный вид.

–  Надеюсь, вы не имеете целью удерживать его здесь силой?
– встревоженно спросил он.
– Я прошу правильно понять нас: это несчастный и совершенно бесполезный для вас человек… Уровень его информированности…

–  Что?!
– Меня подняло с кресла, и ангелы отшатнулись. Вот так, наверное, и мы втроем вживались в глинистую стену пещерки, когда на нас надвигалось жужжание их ангельского локатора… - Силой?! Это мы его - силой?..

–  Конечно, он заслуживает наказания, - торопливо проговорил пожилой,

–  но, право, не столь сурового. Поймите, оставить его здесь, у вас…

Тут он запнулся, с недоумением глядя, как я, потеряв от бешенства дар речи, беззвучно открываю и закрываю рот.

–  Он что?
– вытолкнул я наконец.
– Обратно просился?

Ангел опешил.

–  Нет, но… Мы полагаем, что он успел осознать невозможность своего пребывания…

–  А ты его об этом спрашивал?

–  Мы не можем его спросить, - возразил ангел.
– Мы предприняли две попытки войти с ним в контакт - и без успеха.

–  Ну так меня спроси!
– огрызнулся я и снова сел в кресло, рука - на кнопке.

Молоденький ангелочек вздохнул коротко и начал было тихонько переступать вдоль стеночки.

–  Куда? Стой где стоишь!

Ангелочек замер.

–  Иными словами, - озадаченно сказал пожилой, - вы хотите нам что-то сообщить от его имени?

Я открыл рот и с наслаждением выговорил все, что я хотел им сообщить от Гришкиного имени. Подробно и с указанием дороги.

Ангел соображал.

–  И вы на этом настаиваете?

–  Да!
– бросил я, не задумываясь, а на чем это я, собственно, настаиваю: на тех этажах, которыми его только что покрыл, или еще на чем?..

Ангел молчал. У него было изможденное лицо. Он как-то сразу растерял всю свою моложавость и словно дряхлел на глазах.

–  Мы принимаем ваши условия, - услышал я его усталый до безразличия голос.

–  Условия?..

–  Вернуть на корабль наших людей. Покинуть планету. Не возвращаться. Разве я неправильно вас понял?

Что-то громко брякнуло об пол, и я чуть было не нажал кнопку. Ангелочек, виновато на меня глядя, поднимал оброненный пистолет. Может, разоружить их на всякий случай?.. И тут до меня наконец дошло.

–  Повтори… - хрипло потребовал я.

Пожилой повторил все слово в слово. Я смотрел на него не отрываясь. Ангел не шутил. Ему было явно не до шуток. И он предлагал мне… Черт возьми, он предлагал мне жизнь!

–  А… а Гришка?

–  Теперь за него отвечаете вы.

Ни с того ни с сего я вспомнил вдруг, что не знаю, сколько сейчас времени, и, может быть, вечеринка еще не кончилась, и Наташка, растерянно улыбаясь, бродит среди гостей…

Уйти с корабля живым! Живым…

–  Ну вот что… - тоскливо выговорил я.
– Никуда я отсюда не уйду, понял? Буду сидеть и буду держать палец на этой вот кнопке. Пока ты мне все как есть не выложишь! А там посмотрим…

Он выслушал меня с полным равнодушием.

–  Разрешите мне сесть, - попросил он.

Получив разрешение, опустился на выскочившее откуда-то из стены сиденье и долго молчал, как бы собираясь с силами.

–  Что вас интересует?

–  Почему вы все на одно лицо?

Ангел удивленно поднял голову.

–  Простите?..

Пришлось доходчиво объяснить.

–  Я понял ваш вопрос, - вежливо прервал он меня.
– Мы кажемся нам одинаковыми. Но, видите ли… Мы тоже разные, только не в такой степени, как вы. Что вас еще интересует?

–  Почему отозвали наблюдателей? Из каких таких этических соображений?

Он ответил не сразу.

–  Ври быстрей, - процедил я.

Ангел как-то печально посмотрел на меня и стал вдруг удивительно похож на Гришку.

–  Я не имею целью неправильно вас информировать, - сдержанно проговорил он.
– Некоторые понятия являются труднопереводимыми…

–  Ничего-ничего, - зловеще подбодрил я.
– Ты знай переводи. Разберемся как-нибудь…

–  У вас бы это назвали плебисцитом, - после некоторого колебания сообщил он.

–  Чем-чем?

–  Плебисцитом, - повторил он.
– Около четверти населения нашей планеты возразили против наблюдений такого рода…

–  Ага… - сообразил я.
– Проголосовали, значит… А устройство зачем оставили? Ну, то, которое Гришка потом ликвидировал! На всякий случай?

–  Видите ли… Некоторое время сохранялась вероятность, что наблюдения возобновятся, и…

–  Кнопку нажать?
– перебил я.

–  Нет, - вздрогнув, отозвался он.
– Пожалуйста, не надо…

–  Тогда кончай врать! Говори, зачем наблюдали! Только быстро! Напасть хотели?

На секунду лицо у пожилого ангела стало… даже не знаю… надменным, что ли?..

–  В отличие от вас, - сказал он, - мы не прибегаем к оружию.

–  Ах, не прибегаете… А это?

–  Это не оружие, - возразил он, взглянув на предъявленный ему ярко-оранжевый пистолет.
– Оно не убивает.

–  Не убивает… Да такой штукой весь штаб противника в шесть секунд можно перещелкать!

–  Вы выяснили все, что хотели?
– тусклым голосом спросил пожилой.

–  Нет!
– яростно бросил я.
– Не выяснил! Если вы все такие чистенькие, такие все хорошие… чего ж от вас Гришка-то сбежал?