Послание от Гепарда

В старинных рукописях есть упоминания о том, что во многих древних государствах гепард использовался для охоты. В Азии, Африке, Киевской Руси владыки использовали его для охоты, любимого занятия знати тех времён. Действительно узкое поджарое тело гепарда больше напоминает гончего пса, да и сидит гепард по-собачьи. Гепарда-охотника знали все, но боец ли гепард? Кто может ответить на этот вопрос? Только сам гепард!

… Джип с ребятами уехал. Я долго смотрел ему в след и думал о многом. Эта удивительная история, не лезла ни в какие ворота. Сегодня она закончилась. Володя и Вол уйдут в свой мир, а мы, остальные её участники вернёмся к своей повседневной жизни в этом мире. Вернёмся все, кроме Славы, которого ещё предстоит проводить в последний путь. Его жизнью было заплачено за победный финал этой истории. Рассказать о ней, увы, нельзя никому, не потому, что это тайна, нет! Просто никто не поверит, это в лучшем случае, а в худшем? Назовут выдумщиком или посоветуют сходить к доктору. Понятно к какому! Поверить о возможном переносе разумов, перемещении во времени и наличии других миров может только он, в силу своей профессии. Правда поверит для вида, но в истории болезни запись сделает и назначит курс лечения. Такие вот глупости лезут в голову. Думаю, это просто мою душу бредит горечь расставания. Сознательного расставания на всю жизнь и возврат к обычным будням. За эту неделю привык к бурной насыщенной жизни. Она закончилась, наступил покой. А нужен ли он человеку? Пресная, размеренная жизнь неинтересна и скучна. Но с этим предстояло смириться.

Стоять дальше смысла не было. Февральский мороз залезал под расстегнутую куртку, холод обволакивал тело. Запахнулся и пошёл домой. Завтра с утра всё моё семейство собралось ехать на дачу. Это уже давно стало ритуалом, от которого я периодически увиливал, но завтра решил ехать со всеми. Одиночество угнетало. Понимал, что на людях с этим бороться будет легче. Вот и принял такое решение.

Шёл не спеша, идти было недалеко.

Выходные пролетели быстро. В понедельник созвонился с Алексеем, он организовывал похороны Славы. Предложение помочь отверг, сказал:

— Я притащил его в это дело. Это моя вина, что он погиб. Вот и провожу его в последний путь, сделаю всё сам. Мне так легче!

С ним не спорил, его понимал. Сейчас его мучило вечное чувство вины, оставшегося в живых перед погибшим, мёртвым товарищем. Сам уже не раз испытывал такое. Приходилось посылать на смерть и хоронить погибших, если обстоятельства позволяли забрать их тела. Часто этой возможности не представлялось, вот тогда эти погибшие и приходили в твоих снах, изувеченные, со страшными ранами. Не погребённые тела, не упокоенные души. Это страшная и тяжёлая ноша. Говорят, что разделённое горе переносится легче. Спорить не буду. Наверно, это индивидуально кому-то и подходит, но мне никогда это не помогало. Потерю товарищей переживал сам, как и чувство вины перед ними.

Похороны Славы были назначены на 15 часов. Родители попросили похоронить его на их сельском кладбище, где покоились все их родственники. До их села было ехать не далеко. Село Крёкшино расположено немного в стороне от Киевского шоссе, недалеко от аэропорта Внуково-2. Записал у дежурного, что еду в аэропорт. Затем, без лишних объяснений, после оперативки в управлении уехал в село, по дороге заскочив и покрутившись в аэропорту. Старшему смены поручил связаться со мной, если будут искать.

Гроб с телом Славы доставили ещё два дня назад. Эти дни он стоял в старом доме его родителей. В этом доме прошло его детство и отсюда он уходил в свой последний путь, к месту постоянного обитания бренного тела. Алексей все эти дни был здесь. Вместе с Алексеем, мы постояли у гроба и вышли на улицу. Маленькая комната не могла вместить всех, кто захотел проститься и проводить в последний путь этого простого человека. Его душа могла радоваться, его провожали много людей, знакомых и незнакомых. Проститься со Славой приехали его сослужывцы. Пришли односельчане. В доме было много народа и я с Алексеем там стояли молча, только выйдя на улицу смогли поговорить.

Алексей рассказал мне о переданном Володей кейсе и его распоряжениях. Он выполнил всё. Отдал родителям Славы миллион рублей, пять тысяч долларов, добавил 500 тысяч рублей от нас двоих, отложил три тысячи долларов на памятник, оплатил гроб и похороны. Остальные деньги оставил в кейсе, что бы мы с ними разобрались с этим подарком позже. Больше к этой теме не возвращались.

В назначенное время скорбная колона проследовала на местное кладбище. Недолгая процедура прощания и гроб с телом Славы опустили в вырытую могилу. Холмик земли с венками были всем, что осталось от него. Мы помянули его на кладбище по солдатскому обычаю. Постояли возле свежей могилы и уехали.

Алексея я разговорами не беспокоил. Слава был его другом, я его до этого не знал. Поэтому его гибель мы переживали по разному, но одинаково тяжело. Так закончился этот скорбный день.

В четверг Алексей позвонил и мы договорились встретиться в ресторане, бывшем нашей штаб-квартирой. Встреча была назначена на обычное наше время, время проведения вечерник оперативок. Я пришёл пешком, а Алексей приехал. Встретились в фойе ресторана и прошли в зал. Свободных столиков было много, но мы сели за наш стол. Сделали это по уже укоренившейся привычке. Официант принял заказ и исчез. Алексей положил на стол принесенный с собой кейс:

— Здесь то, что оставил Володя и Вол. Давай делить?

Он приготовился открыть кейс, но я его остановил.

— Ты не понял. Володя не оставлял эти деньги нам, он оставил их тебе. Ты сам мне передал его слова. Славу похоронили, всё в отношении его выполнено. А тебе Володя оставил деньги для того, что бы ты мог устроить свою личную жизнь. Вот и выполняй его наказ! Деньги наших отношений не заменят.

Алексей колебался. Но я был не поколебим. У меня была семья, работа, нормальная зарплата. Квартира, две дачи, машина и 50 лет прожитой жизни. Что ещё человеку надо? Имею в виду человека, не заболевшего деньгами и манию величия. Для нормальной жизни не так уж и много надо. И самое важное это наличие и любовь близких, жены, детей, внуков. Всё остальное проходящяя суета, подменяющая жизнь. Правда одни это понимают с приближением старости. Другие не понимают этого до последнего вздоха. Люди всегда были разными, жили и умирали тоже по разному. Алексей выслушал все мои доводы. Согласился с ними или нет? Сказать не могу, но насчёт дележа Володиного и Вола дара от меня отстал. Помянули Славу и разошлись. Ещё раз встретились на девять дней, съездили на могилу Славы, постояли у неё, помянули его. У него был вечный покой, а у нас суета бренной жизни. Бег в никуда…

Жизнь не стояла на месте. Она стремительно неслась вперёд и затягивала в свой водоворот.

23 февраля зачитали приказ. На моих погонах, высящего в шкафу мундира, появилась ещё одна большая звезда. Не генеральская, но и полковником быть не плохо. Раньше с третьей звездой давали и папаху. Дань старине. Теперь у меня осталась старая шапка. Полковничья от подполковничьей шапки не отличается. Да ни шапку, ни папаху я носить не мог. Статус моей службы это исключал. Поэтому гордиться полученным званием мог тайно. Что и делал.

С Алексеем мы периодически перезванивались, правда это было не часто. На банкете, когда обмывали моё новое звание он присутствовал. Обещал подарить коня и саблю, как было положенно в рабоче-крестьянской Красной Армии. Но я его уговорил этого не делать. Свой отказ объяснил шутливо. Под капотом моей АУДИ и так имел 175 лошадей! Зачем мне ещё одна? А с прицепленной к поясному ремню саблей, как сесть в машину и вылезти из неё? В общем уговорил!

Понеслись дни. Начиная оперативные совещания, наш "дед" говорил о работе на дачном участке. Однажды после оперативки, он приказал мне задержаться. Были вопросы. Решили их быстро, а уходя я пошутил, напомнил "деду" о императоре-капустоводе. Думал, что он посмеётся и всё. Но "дед" выслушал меня и задумчиво произнёс: