Чтение онлайн

Положение корабля не менялось. Перевернувшись вверх дном, он, казалось бы, должен был давно утонуть. Но вместо этого колебания лайнера прекратились, и он устроился на морской поверхности, словно неведомая скала, напоминая темную спину кита, поблескивающую в свете звезд.

Весельчак и его подруга Памела, когда разразилась катастрофа, были сильно пьяны, что, собственно, и спасло их от травм. Падая, они инстинктивно расслабились, и испытали только моральное потрясение. Памела тут же поднялась на ноги и помогла встать своему другу. Хмель мгновенно испарился, и парочка протрезвела в несколько секунд. Тем не менее то, что творилось вокруг, Весельчаку больше всего напоминало галлюцинации белой горячки. Скотт и мисс Кинсэйл стояли на коленях, на полу то вспыхивали, то угасали лампочки, а вокруг разносился странный шум и не менее странный, очень неприятный запах, представлявший собой смесь самых разнородных ароматов.

— Пэм, посмотри-ка, со мной все в порядке?

Она прижалась к нему и прошептала:

— Не волнуйся, я с тобой. Я присмотрю за тобой и ни за что не дам в обиду.

Джеймс Мартин, владелец элитного магазина галантерейных товаров в Ивэнстоне, штат Иллинойс, самостоятельно поднялся на ноги и направился к тому месту, где когда-то находилась центральная лестница. Он тут же пожалел об этом.

Это был сухопарый джентльмен с гладкой ухоженной кожей и тонкими губами, как и полагается мужчине со Среднего Запада. Глаза за стеклами очков в золотой оправе внимательно следили за всем происходящим. Сам же он мог одинаково легко и затеряться в толпе, оставаясь при этом незамеченным, и выделиться в ней, подобно многим бизнесменам, способным по своему желанию обращать на себя внимание или сливаться с окружающими. Там, где была лестница, теперь разлилась глубокая, в несколько футов, лужа из воды и нефти. Одна из лампочек освещала и эту фантасмагорическую перевернутую лестницу, и переливающуюся всеми цветами радуги черную поверхность лужи-впадины.

Раздался громкий булькающий звук, и из глубины лужи поднялся огромный пузырь, внутри которого Мартин успел разглядеть голову и плечи человека. Он не смог определить, был ли это мужчина, женщина или ребенок, так как тело оказалось сплошь покрытым нефтью. В следующую секунду фигура вытянула вверх руку, словно хватаясь за воздух, и видение тут же исчезло. Мартин упал на колени, и его долго тошнило. Теперь он только молился о том, чтобы найти в себе силы и отползти подальше от этого страшного места, рождающего такие образы ужаса и безысходности.

Майк Рого помог подняться на ноги своей жене, едва не бившейся в истерике. Ее трясло, зубы стучали, глаза выпучены от ужаса, накладные кудри сорвало с головы, а белое платье было перепачкано подливкой.

Рого пожалел о том, что на судне не нашлось нормального священника, который сейчас смог бы помолиться за всех оставшихся в живых и хоть немного успокоить их. Вздохнув, Майк перекрестился, и на этом общение с Господом для него закончилось.

Пришел в себя и третий судовой механик, мистер Киренос — невысокий спокойный и ничем бы неприметный мужчина, когда б не его кустистые усы и темные печальные глаза настоящего грека. Во время ужина он ел омаров, и теперь его накрахмаленная белая рубашка была запачкана соусом, а кусочек клешни застрял у одной из пуговиц.

— Прошу меня извинить, но мне нужно спуститься в машинное отделение. Оставайтесь пока что на месте. Вы здесь будете в полной безопасности. Кто-нибудь обязательно придет за вами. А мне нужно срочно вниз, меня там ждут. Поймите, что мое присутствие там просто необходимо.

Он опрометью бросился туда, где раньше начиналась лестница, а теперь открывалась черная водная бездна и, не раздумывая, шагнул в нее. Его тут же с головой поглотила темная жижа. Отчаянно барахтаясь в ней, он издал крик о помощи, который больше походил на прощальный.

Майк Рого хотел было рвануться в сторону несчастного грека, пробормотав: «Куда его понесло?», но Линда ухватила его за рукав и завизжала:

— Нет! Нет! Не бросай меня!

Он попытался оторваться от нее, но женщина вне себя от ужаса сползла вдоль туловища супруга и, заливаясь слезами, обняла его за ноги.

Пока Рого высвобождался из крепких объятий, Киренос перестал кричать и звать на помощь. Перила, выступающие из лужи, оказались слишком скользкими, чтобы держаться за них. Видимо, он к тому же успел наглотаться не только воды, но и нефти, ускорившей его гибель. Он ушел с головой в страшный омут и больше оттуда не появлялся.

К этому времени Мартин, на четвереньках сумевший отползти от проклятого места, был уже недалеко от своих товарищей. Добравшись до них, он с облегчением выдохнул, и некоторое время лежал без движения среди осколков посуды, остатков еды и прочего хлама.

Мюллер, стоявший чуть поодаль от всех, все еще сжимал в кулаке платок с кровью из губы мисс Кинсэйл. Он пытался сосредоточиться и составить план действий. Собраться с мыслями ему мешало здесь все, в том числе совершенно сейчас неуместные смокинги мужчин и вечерние платья женщин. Тем не менее Мюллер сумел верно оценить обстановку. «Итак, мы все-таки перевернулись, — промелькнуло у него в голове. — Но что же, черт возьми, мне теперь делать?» И то, что он подумал именно «мне», а не «нам», было весьма характерно для Хьюби. Ведь сейчас перевернулся вверх ногами именно его мир, такой спокойный, безопасный и беззаботный, и это ему очень не понравилось.

Его мысли были прерваны громогласными заключительными словами странной молитвы Скотта:

— Не беспокойся, о Господи, у нас хватит смелости и отваги. Мы уж постараемся на славу.

После этого священник поднялся с пола и помог встать мисс Кинсэйл, поддержав ее за локоть.

И тогда откуда-то сверху послышался крик:

— Мистер Скотт! Миссис Шелби! Миссис Роузен, вы целы? У вас там все в порядке?

Все собравшиеся невольно разом задрали головы. А в голове протрезвевшего Весельчака промелькнула абсурдная мысль: «Неужели эта дикая молитва Скотта подействовала на небеса, и вот теперь ему ответили?!»

Но это оказался лишь Эйкр, взывавший к пассажирам из двери, ведущей на кухню и в другие служебные помещения. Правда, теперь эта дверь оказалась для бывших посетителей обеденного зала на уровне второго этажа. Похоже было на то, что Эйкр лежит на полу, а рядом с ним стоит на коленях его напарник Питерс.

— Эйкр! — закричал Роузен. — Что вы там, наверху, делаете? Объясните нам, что тут вообще происходит!

— Корабль перевернулся, сэр. Вверх тормашками, так сказать.

— Но ведь, помнится, вы сами говорили, что это невозможно!

Смысл слов стюарда еще не дошел до всех присутствующих.

— Как это «вверх тормашками»? Что вы имеете в виду? Как это произошло? — один за другим слетали вопросы с языка Шелби.

— Точнее будет сказать, сэр, кверху дном. Что касается причин, то они мне не известны. Видимо, что-то да заставило наше судно перевернуться.

В голосе Эйкра слышалась боль, и это встревожило Джейн Шелби.

— А с вами все в порядке, Эйкр? — поинтересовалась она.