Чтение онлайн

— У Лоури были любовные письма от его бывшей подруги, лежали у постели, — напомнил Блазков.

— А в квартире Ането было полно коробок с восковыми полосками для эпиляции, — вдруг вспомнил Мартинес.

— А у Ортиса нашли героин, — добавил Бобби.

— Такое впечатление, что везде что-то искали, — сказал Блазков. — Ящики выдвинуты, в кладовках все вверх тормашками. Может, преступник за чем-то охотился?

— Может быть, — кивнул Бобби. — Может, они все у него что-нибудь сперли или кинули его.

— Давайте-ка посмотрим, что у всех этих дел общее, — предложил Дэнни. — У нас есть парень с Уолл-стрит, актер, художник-дизайнер…

— И все они — пидоры, — закончил Мартинес.

— Как видно, занятия по повышению уровня вежливости и тактичности тебе ничего не дали, — покачал головой Дэнни.

— Почему же? Я постоянно встречаюсь с парнем, который вел эти занятия.

— Ну и тупица же ты! — рассердился Дэнни.

— Давайте ближе к делу, — сказал Блазков. — Преступник мог просто искать повод к ссоре, к драке. Ведь все они — вполне успешные ребята… особенно если судить по внешнему виду…

— Ребята с Уолл-стрит всегда заботятся о своем внешнем виде, — перебил его Дэнни. — И о своей репутации. Иначе почему они так тушуются, когда ловишь их со спущенными штанами, а эта их штука засунута в какую-нибудь дешевую десятидолларовую шлюху? И они сразу начинают вопить: «Ах, мои соседи! Ах, мои клиенты! Ах, моя жена!»

— Точно! — поддержал Бобби. — А потом эти засранцы начинают молоть всякий вздор: мол, они платят налоги, а значит, платят нам зарплату.

— Ладно, теперь о телефонных звонках, — вмешался Джо. — Все жертвы кому-то звонили в тот вечер, когда были убиты. Впечатление такое, что звонили в то время, когда преступник уже находился в их квартирах. Уильям Ането звонит матери — она говорит, просто чтоб пожелать спокойной ночи.

— Гэри Ортис звонит своему бывшему партнеру по бизнесу, чтоб просто поздороваться и узнать, как у того идут дела, — добавил Бобби.

— Хм-м-м, — протянул Джо. — Может, так, а может, и не так. Нам надо еще раз поговорить с теми, кому звонили жертвы. Они все заявили, что голос звонившего «звучал немного странно». Но отнесли это на счет его поддатого состояния, или усталости, или гриппа. Идем дальше. Как убийца выбирает свои жертвы? Следит за ними до самой квартиры? Если так, то от какого места? Если нет, то как он с ними встречается? Договаривается по телефону, на работе, или в баре, или в спортзале?

— И вообще — почему?.. Почему он их убивает? — задался вопросом Блазков.

— Да-а, ночка нам предстоит дли-и-инная, — заключил Дэнни.

— А что происходит с Денисом Каленом? — спросил Джо, когда остался вдвоем с Дэнни.

— Кален устраивает благотворительный вечер в пользу своей дочери. У нее рак, а ей всего тринадцать лет.

— Черт! А я и не знал. Думал, у него какие-то проблемы типа развода или еще что-то в этом роде.

— Не-а, у них просто замечательная семья. И Денис хороший малый. Когда он не на службе, то все время торчит в больнице вместе с женой.

— Когда этот благотворительный вечер?

— Через пару недель в ресторане «Бэй-Ридж мэнор». На доске объявлений висит плакат. Являться надо в смокинге.

— В смокинге? С чего это?

Дэнни пожал плечами:

— Они ни в чем не уверены, понимаешь. Выкарабкается дочь или нет, как у нее будет потом со здоровьем, выйдет ли она когда-нибудь замуж… В общем, это вроде как костюмированный бал в ее честь.

— Боже ты мой! А мы-то считаем, что именно у нас сложные проблемы…

Анна Лаккези лежала в постели. Ей очень хотелось спать, но она все прислушивалась, не вернулся ли Джо, и одновременно думала о Шоне. В последние несколько месяцев ей не давало уснуть странное жужжание, доносившееся откуда-то издалека. Нынче ночью, правда, было потише — только шум машин, проезжавших по Белт-Паркуэй, а этот звук ее обычно успокаивал и погружал в сон.

Она поплотнее завернулась в простыню, натянув ее на плечи до самого подбородка. И как только устроилась поудобнее, услышала скрип тормозов машины, подъехавшей к дому. Открылась дверца, потом захлопнулась — и тишина. Никаких шагов. Ничего.

Она подняла голову, оперлась на локоть и прислушалась. Посмотрела на часы. Четыре утра. Через минуту она услышала снаружи тихое электронное попискивание. Потом короткую мелодию — пять нот. Потом снова попискивание. Это был мобильник Шона.

Она встала с постели и подошла к окну, отдернув занавеску. И увидела тело, лежащее на земле перед воротами. У нее екнуло сердце. Она вгляделась и опознала кроссовки Шона.

Анна схватила с ночного столика сотовый и набрала номер Джо, уже сбегая вниз по лестнице.

— Приезжай немедленно! — закричала она в трубку. — С Шоном что-то случилось!

Шон лежал на спине с закрытыми глазами, раскинув руки в стороны.

— Шон! Шон! — Она присела рядом с ним на корточки и приложила ухо к его груди.

Он дышал тяжело, с хрипом, от него несло смесью чеснока, табака и алкоголя.

— Шон! Очнись!

Он замотал головой из стороны в сторону. Анна оглянулась по сторонам — не видит ли кто ее в одних пижамных штанах и комбинации, склонившуюся над пьяным сынком-тинейджером.

Шон моргнул и открыл глаза, медленно повернул к Анне лицо, тщетно пытаясь сфокусировать на ней взгляд.

— Мам? — наконец произнес он.

— Да, это я!

— А папа?..

Она схватила его за руку.

— Вставай! Пошли домой.

— Отстань от меня!

— Вставай, пойдем домой. Уже четыре часа утра!

Он засмеялся.

— Что тут смешного!

— Это очень смешно. Смешно, что тебе всякий раз говорят, который час, когда ты возвращаешься домой. Всем ребятам это говорят, когда они приходят домой. Как будто нам не все равно. Как будто это имеет значение. — Он оторвал голову от бетона. — Это я на тротуаре лежу? Господи помилуй. — Шон снова засмеялся. — А как я сюда попал?