Чтение онлайн

Красивая, зрелая женщина, которая одним своим видом обещает радости жизни. Судя по улыбкам мужчин, достаточно нескольких слов, и они готовы будут выполнить любой приказ. Приятно хоть на несколько мгновений почувствовать себя владычицей чужих грёз, но…

Женщина заговорила мягким бархатистым голосом.

— Это не вся правда. Когда меня обижают, в минуты горя и ненависти я могу стать совершенно другой.

Я вспомнила свои ощущения в такие минуты, и контуры морока плавно поплыли, но на этот раз превращения были ужасны, и совсем не такими, как я ожидала. Я хотела показать измученную женщину, которая хочет только покоя, но… Рост не стал меньше, и волосы остались волнистыми, и амулет ярко сверкал на груди, но лицо неуловимо исказилось, превращаясь в маску смерти, больше похожую на оскал какого-то жуткого зверя. Это «нечто» потянуло к нам свои руки, и на скрюченных пальцах вдруг выросли огромные когти, напоминающие язычки черного пламени. Всех, даже меня, накрыла волна дикого страха. Мне самой чуть не стало плохо от ужаса, а мужики схватились за оружие.

Торопливо развеяв этот кошмар, я виновато склонила голову под взглядами наемников. Оправдываться, что я ничего подобного не хотела, что всё произошло помимо моей воли непонятно как и почему — бесполезно. И бежать смысла нет, всё равно догонят. А если придётся защищать собственную жизнь и убивать, то это место ничем не хуже других.

С минуту стояла тишина, затем Ксанф как-то нервно хмыкнул.

— Не, я, конечно, знал, что женщина в гневе может стать мегерой, но чтобы в маленькой Натис скрывались такие крайности… — он опять как-то нервно покрутил шеей — Чем больше я её узнаю, тем сильнее начинаю бояться. Ладно, она хоть предупредила, что это только обман зрения, а если кто не будет знать? Да ещё в темноте? Это ж сразу разрыв сердца будет, самое малое!

Остальные помалкивали, стараясь незаметно перевести дыхание. Но больше всего я боялась слов Мармука — ведь пообещала ничего не делать, и тут же устроила этот ужас. Но Мармук проявил великодушие.

— Полезная иллюзия. Но когда-нибудь потом, когда мы доберёмся до места. А до тех пор запомни — раз уж мы тебя взяли с собой, то будем защищать. С этого момента — никаких, понимаешь, никакихиллюзий. А если проявишь самоволие — выгоню сразу. Или убью — он чуть снисходительно улыбнулся — Ты даже этого не поймёшь, как уже будешь встречаться со своими богами.

Он снова стал серьёзным.

— Всё, больше об этом не говорим. Пошли, а то и так время потеряли.

Такое решение меня очень даже устроило. Наемники официально признали, что будут меня защищать (во всяком случае, пока не доберутся до своего пункта назначения). С одной стороны теперь можно смотреть по сторонам без прежней боязни. С другой — меня саму начали пугать мои достижения. Что-то я делаю неправильно и не так. О том, что я одним движением смогла поднять в воздух несколько тонн воды, думать даже не хотелось. Если уж способность чтения чужих мыслей превратило меня в убийцу, то чем могут обернуться способности к телекинезу (кажется так называется способность к перемещению вещей усилием мысли)? Даже фантазировать на эту тему не хотелось. Лучше буду считать произошедшее очень удачной иллюзией. И лучше на время завязать с ними, а то кто знает, что я сотворю через неделю или месяц. Надо успокоиться, привыкнуть, и может даже поискать учителя. А если уж придётся защищать свою жизнь, то пусть это будет проблемой нападающих. Обижать себя я всё равно не позволю.

Мармук выразился вполне ясно, остальные молча приняли к сведению, но вечером после ужина были даже молчаливее чем обычно. Сидели, думали о чём-то своём и периодически косились на меня.

Первым проговорился Манго. Тоже сидел задумчивый, потом взгляд стал мечтательным.

— Мне один пришлыйрассказывал, что у него на родине есть таверны, где для услаждения взглядов танцуют женщины. Представляете, кругом одни мужики, выпивка рекой, а потом на помост выходит женщина. Красивая, гладкая, улыбающаяся. Звучит музыка, женщина плавно танцует, затем начинает медленно раздеваться. Пуговичку за пуговичкой, завязку за завязкой. Сначала рубашку, затем юбку, затем всё остальное… — Манго невольно сглотнул — а затем она начинает изгибаться возле шеста, словно вся изнывает от желания. Можно смотреть сколько хочешь, а если дать ей денег, то она всё это сделает почти у тебя на коленях…

Я с любопытством уставилась на Манго — он что, рассказывает о каком-то местном варианте стриптиза? Для чего? Надеется, что я буду исполнять для его услады? Не дождётся!

А Манго совсем поплыл — взгляд затуманился, голос стал глухим.

— Вот если попросить Натис, и она сделает нам иллюзии таких женщин? Пусть и не таких красивых как в первый раз, но каждому! И чтобы они раздевались, наклонялись к нам…

Похоже, Манго без всяких чужих команд весь погрузился в мир эротических фантазий. Судя по взглядам остальных, они его прекрасно понимали. Я поразилась — неужели то, что я показала, подействовало так сильно? Да, первый образ был прекрасен, но не настолько, чтобы у мужиков поехала крыша только от зрелища красивого женского тела. Или я чего-то недопонимаю?

Тернак заговорил в тон Манго.

— Да, это было бы здорово. Подходит всё ближе и ближе, наклоняется ниже и ниже, уж почти берётся рукой за… — Тернак сделал театральную паузу и вдруг закончил зловещим тоном — А потом у Натис резко меняется настроение, женщина превращается в чудовище и клац зубами за нежное место!

Концовка была такой неожиданной, резкой, что все вздрогнули, а разомлевший Манго инстинктивно дёрнулся, пытаясь прикрыть руками свое мужское достоинство. Выглядел он настолько ошарашено глупо, что я, не выдержав, захихикала, а следом заржали мужики. Несколько минут стоял хохот, и сыпались советы по более безопасному удовлетворению своих желаний. И с дыркой от сучка в заборе, и… Не выдержав, я закрыла уши. Интересно и познавательно, но для женских ушей всё-таки грубо и обидно.

Манго сидел красный как рак, но постепенно пришёл в себя и тоже засмеялся.

— Да ладно вам, уж и помечтать нельзя.

— Мечтать можно, только о своих мечтах рядом с Натис лучше не говорить. А то вдруг она себе тоже что-нибудь намечтает в ответ. Какого-нибудь кобеля, который тебя на четвереньки поставит! — мужики снова зашлись в хохоте.

Веселились от души, и я впервые увидела наёмников с этой непривычной стороны, как живых людей. Оказывается, они и смеяться умеют, и шутки иногда отпускают вполне остроумные. Это было даже неожиданно, и мне впервые стало интересно сидеть просто так, в обществе приятных мне людей.

Разговор между тем плавно перетёк на меня. Не, лично меня не трогали, но мужики вдруг вполне серьёзно заговорили о «военном» применении моих способностей. Что, как и почему я это делаю, не обсуждалось. А вот как применить… Начал военную тему Тернак.

— Женщины — это хорошо, но если бы во время стычки с кем-нибудь нам на помощь вышла бы парочка клыкатых котов, было бы намного лучше. Им даже не пришлось бы ничего делать, просто выйти и рыкнуть. Вряд ли у кого хватит смелости драться с ними. А помните, как мы драпали, когда в пещере под Дарсом наткнулись на паука-людоеда? — остальные сразу перестали улыбаться и как-то напряглись — видимо воспоминание было совсем не из приятных. И сразу посыпалось — а помнишь… а как мы…

После десятка непонятных названий и появившемуся напряжению я поняла только одно — наёмники говорят о чем-то конкретном и очень страшном, от которого любой нормальный человек будет бежать без оглядки. И это страшное не где-то там далеко, а вполне реально, и может быть даже обитает в окружающих нас лесах. Сразу стала понятна та настороженность, с которой наёмники двигались даже по наезженной дороге. Можно понять желание заполучить таких тварей (даже виртуальных) себе в помощники, но… Чтобы изобразить их в деталях, мне ведь придётся приблизиться к ним, «слиться», почувствовать до последней мышцы, и может даже мысли… Я только на мгновение представила это, и меня всю передернуло. Ну уж нет! Добровольно, по собственному желанию — никогда!