Чтение онлайн

Аркадий смотрел на Нонну и всё больше желал её разгадать. У девушки на душе было что-то такое, отчего становилось не по себе. Аркадий всем сердцем хотел помочь ей. Но как? Пока он не узнает, какая груда камней легла на её душу, не сможет ничего сделать.

– Наверно, дело в твоей мачехе, – предположил он спустя минуту молчания.

– Это не самое страшное. – Слабая и в некотором понимании болезненная улыбка коснулась губ Нонны. – Не важно, Аркадий. Я давно пережила это. Не забивай себе этим голову.

Она хотела уйти, но он поймал её за запястье.

– Если у тебя проблемы, скажи.

Нонна шире улыбнулась, затем подошла ближе. Их тела соприкоснулись, девушка провела ладонью по щеке Аркадия. Они смотрели друг другу в глаза, и каждый из них будто пытался прочесть чужие мысли. У Аркадия возникло странное чувство, захотелось оттолкнуть её. Хотя другой, на его месте, наверное, прижал бы тонкое тельце к себе и страстно впился в её чувственный рот поцелуем. Но в этом мгновении было что-то не так. Нонна не притягивала к себе. Или просто сама не хотела ему нравиться.

– У тебя доброе сердце, Аркаш. Уверена, ты сделаешь правильный выбор, – тихо произнесла она, потом отошла. – Спокойной ночи.

Нет, подумал Аркадий, Нонна не уйдёт из этого шоу, пока он не поймёт, что она скрывает.

***

Аркадий понятия не имел, где будет проходить субботнее свидание. Он просто сел вместе с Альбиной в вертолёт и доверился выбору матери. Ведь сценарии для индивидуальных свиданий Надежда писала сама лично. Прирождённый романтик! У неё никогда не заканчивались идеи.

Когда они подъехали к комплексу «Москва-Сити», Аркадий дважды переспросил, не ошиблись ли организаторы.

– Нет, – ответил режиссёр. – Сегодня у вас романтическое свидание на 67-м этаже. Мы будем снимать лишь первые пятнадцать минут, потом с вами останутся скрытые камеры.

Аркадий чертыхнулся. Он представлял себе какой-нибудь ресторан или музей, но не приватное место. Только не с Альбиной!

В комнате, украшенной шарами, свечами и гирляндами был накрыт стол фруктами, сладостями и напитками. В стоимость была включена пятнадцатиминутная фотосессия. Из окна открывался потрясающий вид на центр столицы.

Пока работал фотограф, операторы и режиссёр ходили вокруг, снимая процесс на камеру. Альбина была расслаблена. Она вешалась Аркадию на шею, выгибалась то так, то эдак, будто змея; улыбалась своими ярко-красными губами. В то время, как сам Аркадий чувствовал напряжение. Была велика вероятность того, что он взорвётся.

Не взорвался. Когда съёмочная команда и фотограф ушли, он немого расслабился и снял пиджак. Альбина налила шампанское и поднесла ему бокал.

Аркадий стоял около панорамного окна и старался не обращать внимания на отражение Альбины в соблазнительно коротком голубом платье без рукавов и бретелей.

– Очень красиво, – произнесла она, разглядывая ряд крыш вдалеке. – Невероятно! Мы на шестьдесят седьмом этаже!

– Ты обещала рассказать о себе, – без улыбки сказал Аркадий. – Я обратился в слух.

– Хм. Ну, раз ты так хочешь… – Она пригубила шампанское. Оба стояли лицом к окну, и взгляды их блуждали по завораживающему душу городу. – Я из богатой семьи, – начала девушка. – Мой отец – известный продюсер. Мама – актриса.

– И сама ты тоже актриса, – это был не вопрос.

– Нет. Я не актриса и быть ею не хочу. Родители не стремились сделать меня своей копией. В итоге… – Альбина на секунду замолчала, разглядывая золотистые пузырьки в бокале. – В итоге я не учусь и не работаю. У меня даже хобби нет.

– Чем же ты занимаешься днями и ночами?

– Тусуюсь. Встречаюсь с друзьями, мы замечательно проводим время.

«Избалованная дочка», – про себя сделал вывод Аркадий.

Альбина вдруг встала перед ним, закрыв своим силуэтом вид на город. В её руке уже не было бокала – когда она успела от него избавиться? Её пальчики игриво обводили каждую пуговицу на рубашке мужчины.

– Я мечтаю выйти замуж, Аркадий. Вряд ли я стану когда-нибудь работать. Я создана для другого…

– Для чего, например?

Она потянулась к его губам.

– Для любви. Для страсти. Для…

Аркадий отошёл от неё к столу.

– Хочешь апельсин?

Девушка облизала губы.

– Мы здесь не для того, чтобы кушать апельсины, – заметила она. – От цитрусовых у меня изжога. Но можешь предложить мне… банан. Я готова съесть его из твоих рук.

«Звучит пошло», – подумал Аркадий и улыбнулся самой непосредственной улыбкой.

– Ты в прошлой жизни была обезьяной?

Альбина на секунду впала в ступор, но потом прыснула.

– А ты юморной парень!

– Ты тоже, – быстро ответил Аркадий. – Не парень, конечно. Но с юмором дружишь.

– Вот видишь. Я же говорила, что ты меня плохо знаешь. – Альбина присела на край стола. Юбка короткого платья приподнялась, показались трусики. Она прекрасно знала, что Аркадий это заметит, но была удивлена, когда он закашлялся и отвернулся. – Ты смущён?

– Что? Чем? – Он снова подошёл к панорамному окну. – Здесь камеры, не забывай.

– Тоже мне, нашёл проблему. Сколько их здесь? Три?

Альбина спрыгнула со стола. Аркадий не видел, но зато услышал удары каблуков по полу. Когда он обернулся, то в ужасе не знал, что думать. Девушка взяла его пиджак, встала на стул и закрыла самую большую камеру. Ту, что прикрепили на потолке, она залепила бананом. Пришлось постараться, но с меткостью у неё было очень хорошо. Три броска, и камера замазана. Третью прикрепили в углу над полкой с цветами. Альбина не нашла, чем её закрыть. Бананы кончились. Тогда она сняла с себя платье и накрыла камеру. А потом повернулась к Аркадию. Топлес. В одних трусиках.