Чтение онлайн

Когда кавалерия ворвалась в город, Дьюранд буквально прилип к Ламорику сбоку, прорубая господину дорогу через кипучее море врагов и надеясь, что прорыв получается достаточно широким, чтобы и Дорвен могла держаться следом. Однако уже через несколько минут горячей схватки ирлакцы обратились в бегство и улицы опустели.

Дьюранд видел, как Конзар возглавляет погоню. Они же с Ламориком остались на какой-то брошенной улице между двумя крепостными валами. Больше ничего кругом не было: улица да лестница наверх, а по бокам — лавки.

Бледный и жеребец Ламорика лягали и кусали друг друга. На улице было шумно, как на конском базаре. В дверях лавок толпились ищущие укрытия люди.

— Что это? — спросил Ламорик. Над крышами лавок виднелся верх следующего яруса — и пустой парапет. — Неужели мы таки его разбили?

Дьюранд был весь в ссадинах, синяках и лошадиных укусах. С кончика меча у него капала кровь, дыхание вырывалось из груди судорожными всхлипами. Краем глаза он видел дюжины умирающих в корчах людей. Товарищи тащили кое-кого из раненых в укрытия.

— Радомор разбит? Мне бы это понравилось, — промолвил Дьюранд. Ламорик взглянул на него. Дьюранд хотел развернуть Бледного, чтобы увести Дорвен в укрытие.

— Оно так, — с улыбкой начал Ламорик, — но…

Вихрь черных крыльев вырвался из клокочущего над городом водоворота и устремился вниз, заставляя всадников пригнуться к шеям коней. Часть птиц приземлилась средь раненых и умирающих, другие же несколько минут носились над улицами, хрипло каркая, бранясь и поднимая ужасный шум, после чего взвились вверх, назад — в черную стаю.

А вслед за дьявольскими птицами с крыш посыпались первые стрелы и камни. По мостовой забарабанили здоровенные булыжники. В первую же минуту этого зловещего ливня от шлема Дьюранда отскочила арбалетная стрела.

— Они стягиваются. Нам будет безопаснее под крышей, — проговорил Дьюранд. По всей улице всадники уводили коней с дороги: ведь лучники ничего не видели через крыши у себя под ногами. Дьюранд дал коню шпоры, и тот затолкал коня Ламорика и пони Дорвен под прикрытие лавки горшечника.

— Привяжите здесь коней, ваша светлость. — Дьюранд, прищурившись, осматривал дорогу, загроможденную всевозможными обломками и хламом. — Что бы ни последовало теперь, но бешеных погонь тут не выйдет. — Он видел, как Дорвен в дальнем углу соскочила с коня. — Радомору следовало бы снять с домов крыши. Ведь из них получается куда лучший щит, чем можно утащить на плечах.

— Что-то на него не похоже, — пробормотал Ламорик, соскальзывая с седла и глядя на Конзара. Дьюранд тоже спрыгнул на мостовую, кривясь от боли.

В нескольких шагах от него хрипло каркнул ворон, глядя прямо в глаза кому-то из упавших.

И тут вдруг подала голос Дорвен.

— Владычица Небесная! — воскликнула она. — Неужели это то самое место?

Но Конзар уже возвращался к ним, прокладывая себе дорогу через толпу вслед за Саллоухитом и грубоватым Хонфельсом. Когда они все сгрудились рядом с Дьюрандом и остальными под узким навесом лавки, Конзар слез с седла.

— Ваша светлость, они бежали — все разом — через ворота, на следующий распроклятый уровень. Сванскин пытается высадить ворота.

— Мы загнали дьяволов в западню, — проговорил Хонфельс. От крови щетина на его подбородке сверкала, точно крошки битого цветного стекла.

— Вот уж не думал, что он так просто сдаст нам первый вал, — сказал Ламорик.

— Они ушли наверх. Возможно, считают, что им будет проще, когда мы заперты тут, в узком пространстве между стенами. — Конзар бросил острый взгляд в сторону Дорвен. Вместо того, чтобы держаться в сторонке, она начала бродить под навесом маленькими кругами, рискуя вот-вот оказаться на виду у стрелков Радомора.

— Что это с парнем неладно? — спросил Кон.

— Сюда. — Дьюранд рискнул высунуться из-под навеса, чтобы завести Дорвен обратно. — Держись под прикрытием.

Но Дорвен забормотала:

— Нет, нет, нет…

— О чем ты думаешь? — шепнул он, но тут, заталкивая Дорвен обратно, заметил вдруг что-то странное на следующем валу, том, что нависал над улицей: зазубренное черное пятно между двумя домами.

— Если бы я мог уберечь мальчишек от этого, так и сделал бы, — говорил тем временем Ламорик. — Такого вообще никому лучше не видеть.

Теперь уже Дьюранд видел черные пятна как на стене над ними, так и на внутренней поверхности уже взятого вала. Очертания этих пятен сливались, образуя странные символы. И казалось, они сдвигаются с места, колышатся в тенях между лавками — сверху и снизу.

Хонфельс ухмыльнулся, вытирая кровь с подбородка.

— Да все с парнем будет в порядке. Не каждый день мальцу его возраста доводится скакать в атаку против укрепленного города. Да еще на пони! Пока другие пажи и на турнирные сшибки-то смотреть не могут, он уже принял участие в своем первом сражении. Да такой скоростью мы Радомора уже к полудню стащим вниз и четвертуем. А не то он и сам сдастся — пожалеет своих людей.

— Ваши светлости, — обратился ко всем сразу Дьюранд. — Что вы скажете о вон тех вот знаках на стенах? Клянусь, они движутся.

— Дружище, — покачал головой Хонфельс. — У тебя какой-то мрачный склад мыслей. Я вот…

— Нет, — перебил его Конзар. — Что ты видел?

Капитан — Паладин Гирета — на миг прикрыл глаза, а потом постарался проследить взгляд Дьюранда.

Но тут весь город заходил ходуном. Мостовые так содрогнулись, что даже вороны слетели с трупов.

Вокруг Дьюранда полыхнули огнем клинки. Все кругом напряженно смотрели на дорогу.