Чтение онлайн

Запрещение фильмов в некоторых штатах почти не повлияло на чистую прибыль, а потому в глазах Джонсона мы были полностью оправданы. Ведь он уныло предсказывал полный их провал, так как "в кино нельзя говорить правду. Это вам с рук не сойдет, если зал вмещает больше трехсот человек". Ну, а в театре? "А кто ходит куда-нибудь, кроме кино?"

Пока все складывалось так, как мы хотели. Наша известность достигла зенита - никогда еще никого с таким жаром не хвалили и не ругали на страницах газет. Мы были сенсацией дня. С самого начала мы старались обзаводиться врагами в кругах, которые способны дать сдачи. Помнишь старое присловие, что человек познается по своим врагам? Ну, короче говоря, шумная известность была водой на нашу мельницу. А дальше я расскажу, как мы начали молоть.

Я позвонил Джонсону в Голливуд. Он обрадовался.

– Что-то мы давно не виделись! Ну что, Эд?

– Мне нужны люди, которые умеют читать по губам. И не позже вчерашнего дня, как ты выражаешься.

– Читать по губам? Это еще зачем?

– Неважно. Они мне нужны. Можешь ты их найти?

– Откуда я знаю? А зачем?

– Я спрашиваю: можешь ты их найти?

– По-моему, ты переутомился, - ответил он с сомнением в голосе.

– Послушай...

– Я ведь не сказал, что не могу. Спусти пары. Когда они тебе нужны? И в каком количестве?

– Лучше запиши. Готов? Мне нужны чтецы по губам для следующих языков: английского, французского, немецкого, японского, греческого, фламандского, голландского и испанского.

– Эд Лефко! Ты совсем сошел с ума или еще нет?

Пожалуй, моя просьба и в самом деле могла показаться странной.

– Может быть, и сошел. Но эти мне нужны в первую очередь. Если отыщутся специалисты по другим языкам, хватай и их. Они тоже могут мне понадобиться.

Я представил себе, как он сидит у телефона и крутит головой: "Бедняга Эд! Тепловой удар, не иначе. Совсем свихнулся".

– Ты меня слышишь?

– Да. Слышу. Если это какой-то розыгрыш...

– Это не розыгрыш. Я говорю совершенно серьезно.

Он разозлился.

– Где же я, по-твоему, их возьму? Вытащу из собственной шляпы или как?

– Это уж твое дело. Советую начать с местной школы для глухонемых.

Он ничего не ответил.

– И пойми одно: я говорю совершенно серьезно. Мне все равно, как ты их разыщешь и во что это обойдется, но мне нужно, чтобы чтецы по губам ждали нас в Голливуде, когда мы туда приедем, или во всяком случае были бы уже в дороге.

– А когда вы приедете?

Я ответил, что точно не знаю.

– Дня через два. Нам еще нужно закончить тут кое-какие дела.

Джонсон принялся проклинать все на свете, и я повесил трубку. Майк ждал меня в студии.

– Ты говорил с Джонсоном?

Я пересказал ему наш разговор, и он засмеялся.

– Наверное, это и правда производит впечатление бреда. Но если такие специалисты существуют и не прочь заработать, он их разыщет.

Я бросил шляпу в угол.

– Слава богу, с этим покончено. А как дела у тебя?

– Все готово. Кинопленки и заметки отправлены, фирма по продаже недвижимости присылает сюда своего агента завтра, с девочками я расплатился и выдал им премию.

Я откупорил бутылку пива.

– А как наш архив? И винный погреб?

– Архив отправлен в банк на хранение. Винный погреб? О нем я не подумал.

Пиво было холодным.

– Распорядись упаковать бутылки и отошли их Джонсону.

Мы оба расхохотались.

– Идет! Ему нужно будет успокаивать нервы.

Я мотнул головой в сторону аппарата.

– А это?

– Повезем с собой в самолете.
– Он внимательно посмотрел на меня. Что с тобой? Нервничаешь?

– Немножко.

– Я тоже. Твою одежду и свою я отправил утром.

– Даже ни одной сменной рубашки нет?

– Ни одной. Совсем как...

– Как тогда с Руфью, - докончил я.
– Но есть разница.

– И очень большая, - медленно сказал Майк.
– Что-нибудь еще нужно сделать здесь, как ты считаешь?

Я покачал головой.

Мы погрузили аппарат в машину, оставили ключи от студии в бакалейной на углу и поехали в аэропорт.

В кабинете Джонсона нас ждал ледяной прием.

– Ну, если это была шуточка!.. Где, по-вашему, можно найти людей, которые читают по губам японский? Или даже греческий, если уж на то пошло?

Мы все сели.

– Ну, что у тебя есть?

– Кроме головной боли? Вот, - он протянул мне короткий список.

– И когда ты их доставишь сюда?

– Когда я доставлю их сюда?!
– взорвался Джонсон.
– Что я вам мальчик на побегушках, что ли?!

– По сути - конечно. Перестань валять дурака. Ну, так как же?

Мэре взглянул на лицо Джонсона и хихикнул.

– Ты-то что ухмыляешься, кретин?

Мэре не выдержал и захохотал. Я тоже.

– Валяйте смейтесь! Ничего смешного тут нет. Когда я позвонил в школу глухонемых, они просто повесили трубку. Решили, что я их разыгрываю. Ну ладно, об этом не будем. У меня в этом списке три женщины и один мужчина. Это дает вам английский, французский, немецкий и испанский. Двое живут в восточных штатах, и я жду ответа на телеграммы, которые им послал. Третий живет в Помоне, а четвертая работает в Аризонской школе для глухонемых. Больше мне ничего найти не удалось.

Мы обдумали положение.

– Садись за телефон. Обзвони все штаты, а если нужно - свяжись с Европой.

Джонсон пнул ножку письменного стола.

– Ну, предположим, мне повезет. Но все-таки зачем они вам нужны?

– Тогда и узнаешь. Ставь условием, чтобы они вылетали сюда немедленно. Кроме того, мне нужен просмотровый зал - не твой. И хороший судебный репортер.

Он воззвал ко всем добрым людям - что у него за жизнь!

– Мы будем в отеле, - сказал я и повернулся к Мэрсу.
– Пока держите репортеров на расстоянии, но позднее у нас будет для них кое-что.