Чтение онлайн

– Ну, и что у нас по плану? – невозмутимо спросил Кристиан, откусывая от сочного желтого плода, смахивающего на грушу, но чуть более вытянутой формы. – Роббер, лови, это очень вкусно…

– Дальше мы ждем Филиппа, – ответила Беата. – Между прочим, плод, который ты ешь, вызывает легкое опьянение, а слегка забродивший и подгнивший способен свалить с ног не хуже бутылки крепкого алкоголя. Так что я бы на твоем месте воздержалась.

– А мне без разницы, – невозмутимо парировал Кристиан и снова откусил от плода изрядный кус.

– Напиться, это как раз то, что необходимо в нашем положении, – раздраженно парировала Соня. – Наше предприятие обрастает какими-то неприятностями, едва успев начаться. Лично я предпочла бы, чтобы ситуация прояснилась как можно скорее, иначе плевать мне на все – сбегу домой и пусть с меня снимают всю ответственность.

Кевин подошел к ящикам и стал придирчиво ковыряться в груде плодов.

– Беата, что тут можно есть без последствий? – спросил он. Беата подошла ближе и уверенно ткнула в связку бананов.

– Вот, бананы можно. Они такие же, как наши. Потом еще вот это…

Пока Беата отбирала фрукты, я прокрался к выходу из палатки и осторожно отогнул полог. Снаружи, насколько было видно из-за спины охранявшего нас солдата, нервно перемещались одетые в пятнистые комбинезоны люди обоего пола. Напротив нашей стояла пятнистая палатка с белым флагом, увенчанным красным крестом, вполне понятной мне символикой. То, что творилось около палатки, было ужасным.

На траве, на носилках, на складных кроватях лежали десятки раненых. Вокруг тучами клубились полчища мух и кровососущих насекомых. Медицинская сестра в грязном халате поверх комбинезона, устало обмахивала тела людей веером из листьев пальм. Девушка была довольно молода и вполне миловидна, несмотря на кровавые пятна на уже давно переставшем быть белым халате. Раненый, над которым она склонилась на мгновение, бессильно опустил вниз обугленную культю. Прожженный на боку комбинезон прилип к телу, сквозь дыры было видна покрытая кровавыми пузырями плоть. Его лицо было черным от запекшейся крови, глазница зияла кровавым провалом. Медсестра оттянула верхнее веко раненого, отложила в сторону веник из листьев и, вытащив из кармана миниатюрный фонарик, посветила в оставшийся глаз мужчине. Спустя мгновение, она убрала фонарик в карман и привычным движением, с горькой ухмылкой, неприятно искривившей ее лицо, накрыла тело простыней. На мгновение она подняла голову, и наши взгляды скрестились, как клинки. Лицо девушки застыло, словно она увидела врага. Она что-то резко крикнула охраннику, и тот мгновенно показался передо мной, заслонив обзор. Ствол его автомата был направлен мне в голову. Я поднял вверх ладони и отошел вглубь палатки, опустив полог.

– Лично мне тут сидеть надоело, – раздраженно сказал Роббер, бросив недобрый взгляд на Беату. – Не люблю быть пленником, не люблю непонятных вещей и не люблю подчиняться тому, чего можно было бы избежать.

– Так кто тебя держит? – флегматично пожала плечами Беата, рассеяно оглядывая со всех сторон нечто похожее на апельсин. – Ты можешь уйти отсюда в любой момент.

– Не надо так с нами, – холодно произнес Кристиан. – Ты самая опытная из нас, в пределах Сейвиллы. Но это не дает тебе права разговаривать с нами, как с быдлом. Пока Роббер, по моему скромному мнению, прав. Мы послушались тебя и влипли в историю. И то, что мы тут находимся, так это только потому, что ты считаешь это правильным.

– Я еще раз повторяю, – надменно сказала Беата, – что никого не задерживаю рядом с собой. Я делаю то, что считаю, как вы верно изволили заметить, юноша, правильным. Если вы не согласны – скатертью дорога! Я не привыкла скользить в компании, поэтому отвечать за ваши действия я не собираюсь.

– Хорошо начинаем, – фыркнула Соня. – Первый же мир, и мы уже ссоримся. А если Сейвилла – это только начало? Как ты будешь реагировать в мирах, где никогда не была?

Беата презрительно улыбнулась и не ответила. Ее явно не волновало ничего из происходящего. Она целиком сосредоточилась на фрукте, который чистила с величайшим старанием.

– Давайте все-таки не будем ссориться, – примиряющее произнес я. – Беата лучше нас ориентируется на Сейвилле, она выработала определенную стратегию. Если она окажется неправа, мы покинем Сейвиллу и вернемся в Перекресток. Там вполне может оказаться Борегар. От него мы узнаем, куда нам скользить дальше.

– Если мы успеем уйти, – буркнул Роббер. – Мы вполне могли бы пообщаться и с мирными гражданами. Подумаешь, небольшой марш-бросок по пересеченной местности…

– До ближайшего поселения тут довольно далеко, – едко прокомментировала Беата, – а ты не очень блещешь физической подготовкой. Мы шли бы по непролазным джунглям дня три, я же решила наши проблемы за часы. Чем вы недовольны?

Роббер явно хотел высказаться, и наверняка бы веско разъяснил Беате, чем он недоволен, но не успел. Снаружи послышался шум: голоса, перемешанные с ревом автомобильного мотора. Мы поднялись с земляного пола и приготовились к встрече.

– Кто-то идет, – негромко произнес Кевин, в глазах которого снова вспыхнули оранжевые точки. Едва он произнес эти слова, как в палатку ввалились двое автоматчиков, взявших нас на прицел. Следом за ними бравым молодецким шагом вошел пожилой мужчина в краповом берете, с окладистой седоватой бородой, глаза которого скрывали круглые солнечные очки. Я снова почувствовал, как чешутся мои пальцы, откуда едва ли не против воли лезли когти. В воздухе запахло озоном. Я увидел как волосы Кристиана поднялись вверх. Неприятный электрический гул пронзил полную тишину палатки, оттеняя тяжелое дыхание, а озоновые волны разметали по углам тяжелые запахи пота и подгнивающих фруктов.

Тишина начинала давить на уши. Мужчина, не отрываясь, смотрел на нас, мы на него. За двумя овальными темными стеклами творилось все, что угодно, от распоряжения помиловать, до приказа казнить. Напряжение нарастало. Гул усиливался. Волосы Кристиана стали искрить. Кожа Кевина медленно покрывалась курчавыми волосами. Соня и Роббер не двигались, но оба были готовы к немедленной атаке. Я готов был дать голову на отсечение, что впереди Сони уже колыхался портал, прикрывающий ее как щитом. Автоматчики застыли соляными глыбами. Их лица были словно вытесанными из камня.

– Здравствуй, Филипп, – негромко произнесла Беата.

– Приветствую тебя, колдунья, – так же негромко, отчетливо выговаривая каждую букву, произнес комманданте. – Что ты делаешь здесь?

– Пришла узнать, что у вас происходит, – ответила Беата. – Мне сказали, что Сейвилла погибает. Мы должны понять, что здесь творится.

– Я все вам расскажу, – кивнул Филипп и, как мне показалось, внимательно оглядел нас. – Попроси своих людей, а особенно этого мальчика с дымящейся головой, не делать ничего такого, что бы повредило всем нам.

По мановению руки Филиппа, автоматчики опустили оружие, и вышли из палатки. Мы слегка расслабились. У Кевина потухли глаза, взбудораженные светлые волосы Кристиана улеглись на место. Соня и Роббер тоже изменили позу, однако я увидел, что портал перед Соней не только не закрылся, но даже расширился, отсекая Филиппа и Беату от всех нас. Видимо, Соня решила не рисковать, хотя ей наверняка это было тяжело.

– Идемте, – махнул рукой Филипп. – Вы наверняка голодны, да и я не прочь подкрепиться. У нас тут рядом небольшое серное озерцо, вам будет полезно искупаться в нем. А мои люди пока приведут в порядок вашу одежду.