Чтение онлайн

Отец и мать напряженно следили за всеми манипуляциями господина Дигора, стоя неподалеку. Никого другого сюда почему-то не допустили. Я заметил, что тирр Велдон теперь смотрит на меня немного иначе. Оценивающе и более благосклонно, чем раньше. Но почему-то ощущения от этого были мне неприятны. Лично я считаю, что родители должны принимать и любить своих детей такими, какие они есть, а не делить на оправдавших или не оправдавших их ожидания.

Даже не представляю, как выжил бы в родном мире, если бы мама после того, как я стал инвалидом, отвернулась от меня. Этот же так называемый отец точно бы отвернулся! Для него ущербный сын — пятно на репутации. Позор, болезненно бьющий по самолюбию.

И глядя на то, как сейчас тот жадно наблюдает за работой артефакта, мне было противно. Я понимал, что даже пытаться не буду воспринимать этого человека как отца. Если тирру Беатрису я принял как вторую мать и даже начал испытывать к ней симпатию, то с тирром Велдоном такого не произойдет никогда.

Чтобы не смотреть ни на кого, я чуть прикрыл веки, из-за чего взгляд стал словно расфокусированным. В тот же миг мир вокруг вспыхнул новыми яркими красками, из-за чего я ошеломленно распахнул глаза. Но все сразу исчезло, и я поспешил вернуть взгляду расфокусированность. И снова краски вернулись.

От каждого предмета и живого существа в комнате будто исходило свечение. Их пронизывали энергетические потоки разного цвета. Удивительное, поистине волшебное зрелище! Похоже, это что-то вроде "истинного зрения", о котором я читал в фэнтези-книгах. Теперь оно доступно и мне!

— Все в порядке? — заметив мою легкую невменяемость, с тревогой спросил лекарь.

— Вполне, — широко улыбнулся ему. — Просто ощущения кажутся немного странными. Пытаюсь к ним привыкнуть.

Тот понимающе кивнул. Тут обруч на моей голове издал пронзительное жужжание, оповещая об окончании работы. Господин Дигор провел над ним рукой и вгляделся во что-то, что, к сожалению, над собственной головой я увидеть не мог физически. Потом начал объявлять результаты:

— Резерв источника у тирра Аллина один из самых больших, какие я когда-либо видел.

Глаза родителей радостно блеснули.

— А направленность какая? — деловито спросил отец.

— Похоже, он абсолютный универсал, что, как вы знаете, встречается чрезвычайно редко, — осторожно сказал лекарь.

И что-то мне не понравились промелькнувшие в его глазах искорки жалости. Да что не так-то?! Наоборот, судя по всему, радоваться надо! Вон как отец едва сдерживает ликование! Но уже следующие слова господина Дигора перевернули все с небес на землю:

— Вот только эльм у него на редкость тонкий.

Чего?! Что еще за хрень такая? Аллин был абсолютно далек от магии, поэтому его память мне мало что подсказала по поводу прозвучавшего слова. Зато отцу и матери оно, похоже, было хорошо знакомо. Тирр Велдон тут же нахмурился.

— Насколько тонкий?

— Примерно с игольное ушко.

Отец так грязно выругался, что мать с осуждением уставилась на него. Извинившись, он резко проговорил:

— То есть от всего его потенциала толку никакого?

— Боюсь, что так, тирр Велдон, — развел руками целитель.

— Но постойте! — попыталась вступиться за меня мать. — Ведь тонкий эльм ценится среди артефакторов.

— Не настолько тонкий, — мрачно буркнул отец. — Максимум, на какой он будет способен — создавать простейшие артефактные плетения.

— Зато при зарядке магических накопителей вашему сыну не будет равных! — с фальшивым энтузиазмом воскликнул господин Дигор. — Потеря энергии будет минимальной!

Тирр Велдон смерил его уничтожающим взглядом, и тот поспешил заткнуться.

— То есть, по вашему я должен радоваться тому, что мой единственный сын только и годен, что на подзарядку накопителей?!

— Я не то хотел сказать, тирр Велдон, — вздохнул лекарь.

— Ладно, вы можете идти, — поморщился отец. — Деньги за ваши услуги получите у моего казначея.

Я же все еще пребывал в каком-то ступоре, ничего толком не понимая.

Тирр Велдон, смерив меня очередным разочарованным взглядом, махнул рукой и вышел, не говоря ни слова. Мама же осталась, но от ее сочувствия не было никакого толку.

Дождавшись, когда мы останемся одни, я все же решился спросить:

— Может, хоть ты объяснишь, что это за эльм такой?

— Точка выхода магического канала на поверхность, — начала объяснять тирра Беатриса. — Без нее невозможно оперировать магическими плетениями. Чем она шире, тем больше маны ты можешь выплеснуть на поверхность за меньший промежуток времени. Так что имеет значение не только размер источника, но и ширина эльма. Бывает такое, что источник маленький, а эльм широкий. В этом случае маг быстро выдыхается, создав пару плетений. И наоборот, при тонком эльме можно выплеснуть наружу слишком мало энергии для плетений. Поэтому такие маги способны создавать только простые плетения, но зато в очень большом количестве. В идеале лучше золотая середина. Да зачастую так и бывает. Размер источника и эльма обычно пропорционален. Изредка встречаются и патологии.

— Как у меня? — невесело усмехнулся.

Мать вздохнула, без слов подтверждая мои выводы.

— Обычно те, у кого эльм тоньше положенного, выбирают стезю артефакторов. Благодаря этому получается нанести более тонкие плетения на материал. Те, у кого эльм слишком широкий, вместо нанесения плетения лишь разрушат структуру камня или дерева. Но там тоже есть свои нюансы. Чтобы плетение создалось, нужно сначала через эльм протолкнуть определенное количество силы. Если не сделать это за короткий промежуток времени, оно саморазрушается. С таким тонким эльмом, как у тебя, последнее неизбежно.

— Понятно, — безрадостно подытожил я. Похоже, о судьбе могущественного мага-универсала можно позабыть. Нечего было губу раскатывать. Наверняка Наблюдающий сейчас потешается над моим недавним "триумфом"! Если, конечно, следил за мной именно в тот момент. — А что там господин Дигор говорил о зарядке накопителей? — спросил я.

Тирра Беатриса чуть оживилась.

— А вот в этом твой дар будет поистине бесценен! Обычно при передаче через эльм от мага в накопитель часть энергии рассеивается в окружающее пространство и теряется. Но в твоем случае потери, если и будут, то минимальные.