Чтение онлайн

Сон так и не шел — виной всему были мысли, вертящиеся в голове. Удостоверившись, что Эля крепко спит, Стас поправил ее одеяло, ласково погладил, а затем поцеловал ее щеку и, стараясь не шуметь, вышел из спальни на кухню. Он сделал себе кофе и включил ноутбук, расчитывая немного поработать с документами, однако спустя несколько минут оставил это безрезультатное дело, так как не мог ни на чем сосредоточиться. Вместо этого Стас зашел в интернет и набрал в поисковике запрос видео аварии, в которую попали Эля с Анечкой. Интернет пестрил различными сообщениями, фотографиями и видео с места трагедии — в век технологий это было не сложно. И Стас принялся все это смотреть. Для чего — он и сам не мог бы ответить себе. Просто было что-то такое в душе, что заставляло его это делать. Может быть такое же нежелание мириться с несправедливой смертью дочурки, как и у Эли, а может быть некое чувство вины перед Элей, что этот кошмар стоит только у нее перед глазами, а может что-то еще… Он смотрел и смотрел, по десятому, сотому разу проворачивая запись с камеры видеонаблюдения с соседнего здания, с видеорегистратора проезжавшей мимо машины… Потом переходил к роликам новостей, рассказывающих об аварии… Затем снова возвращался к записи трагедии…

Больно. Тяжело. Невыносимо. Смотреть на все это не было сил, и все же он смотрел — его Эля видела весь этот кошмар уже почти год, и почему-то Стас испытывал некую вину за то, что не мог разделить этот груз боли вместе с ней. Он встал, сделал себе еще кружку кофе и снова вернулся в ноутбуку. Каждая секунда видео была уже запомнена до мельчайших подробностей, и все же Стас смотрел. Было такое впечатление, что он что-то упустил. Что-то важное. Совершенно не ожидая ничего нового, Стас открыл еще одну ссылку и с удивлением обнаружил новое, еще не просмотренное им видео — кто-то запечатлел момент аварии на видеорегистраторе своего автомобиля. Но именно это видео давало более четкую картину произошедшего — в нем было все видно совсем с другого ракурса — не с того, откуда неслась машина, а с противоположного, и теперь все потерпевшие были отчетливо видны, можно было рассмотреть каждое их движение.

Стас стал внимательно всматриваться в экран, боясь упустить что-нибудь важное. Он три раза прокручивал видео с самого начала, пока вдруг не обнаружил то, ЧТО его так насторожило. Стас даже хлопнул ладонями по столу, но потом тревожно оглянулся, побоявшись, что мог разбудить Элю. Он даже зашел в спальню, чтобы удостовериться, что не потревожил ее сон, после чего снова вернулся на кухню. Включив еще раз запись, Стас, оперевшись подбородком на сцепленные в замок пальцы и сузив глаза, внимательно следил теперь уже тисключительно за Элей и Анечкой. А в голове все время крутилось только одно: "Не может быть!"

Затем он стал искать адрес клиники, куда были доставлены Эля с Аней. Для начала нужно будет переговорить с лечащими врачами. И именно этим он и займется сегодня же.

***

Узнать имена врачей, под чьим наблюдением были Эля и Анюта в больнице, для Стаса не составило труда. Сотрудница клиники в регистратуре тщательно заполняла все данные в компьютере и книге учета, поэтому отыскала нужную информацию за считанные минуты.

— Лечащим врачом Золотовицкой Эвелины Викторовны был Белоусов Александр Петрович, вы можете его найти в 426 кабинете — у него сегодня приемный день, — вежливо проинформировала женщина, а затем продолжила. — А лечащим врачом Золотовицкой Анны Станиславовны был Трегубов Анатолий Валентинович, заведующий детским отделением — он у нас в 225 кабинете. Только сегодня у него не приемный день.

Поблагодарив сотрудницу регистратуры, Стас для начала решил переговорить с врачом Эли.

— Да, я помню эту пациентку, — проговорил доктор Белоусов, заглядывая в историю болезни. — Тяжелые травмы после аварии… Да еще и ребенок погиб… Нам даже пришлось привлекать психолога для совместной работы, так как эмоциональное состояние пациентки было просто ужасное. Хорошо, что рядом были родные, это тоже помогало. В физическом плане Золотовицкая быстро шла на поправку, а вот с психологом она еще долго общалась… А вы с какой целью интересуетесь?

— Понимаете, я муж Золотовицкой, — пояснил Стас. — Мне бы очень хотелось разобраться в том, что послужило причиной гибели нашей дочери.

— Не припомню, чтобы видел вас среди родственников… — выразил сомнение доктор, на что Стасу пришлось пояснить.

— Так сложились обстоятельства, что мы долгое время не были вместе, я жил за границей и даже не знал, что у нас растет дочь. И только недавно я вернулся и обо всем узнал… Александр Петрович, вы мне можете чем-то помочь?

Доктор развел руками:

— К сожалению, в этом вопросе я ничем не смогу вам помочь. По состоянию вашей супруги я могу с вами переговорить, ответить на интересующие вопросы, но вот о вашей дочери — это уже не ко мне, а к заведующему детского отделения или лечащему врачу.

Стас так и предполагал, но все же для большего спокойствия ему нужно было переговорить и с Элиным врачом.

— Кстати, как себя чувствует Эвелина? — проявил участливость Александр Петрович. — Все в порядке?

— Да, спасибо, — ответил Стас, — с ней все в порядке. Она даже смогла вернуться в хореографию.

— Пусть только не переусердствует и следит за нагрузками на суставы и сердце.

Несмотря на то, что сегодня день был не приемным, Стас смог застать доктора Трегубова в своем кабинете. Тот оторвался от своих дел и смерил своего посетителя долгим испытующим взглядом. Его лицо приобрело какой-то оттенок нервозности, а может быть Стасу это только показалось?

— Добрый день, Анатолий Валентинович, — сразу же начал Стас, — я бы хотел с вами побеседовать…

— У меня не приемное время, — не дослушав, ответил доктор. — Мне сейчас некогда разговаривать.

Но Стас не собирался так просто уходить, не получив ответы на свои вопросы.

— Наш разговор не займет у вас много времени. Я бы хотел узнать подробности о гибели своей дочери — Золотовицкой Анны, она была доставлена в эту клинику вместе с матерью после аварии.

Доктор резко изменился в лице: взгляд стал жестким, черты лица как будто заострились в настороженности.

— Что вы хотите знать? — резко ответил он. — У девочки были травмы, не совместимые с жизнью: спасатели вытащили ее буквально из-под колес…

— Вы сами прекрасно знаете, что это ложь — никаких серьезных травм у девочки не было, разве что ушибы.

— Вы мне будете рассказывать… — начал было Трегубов, но тут же был оборван начинающим сердиться Стасом.

— Я видел видеозаписи аварии с авторегистраторов машин. В тот день на остановке было двое детей. И когда машина уже выскочила на бордюр, мужчина, стоящий на пути ее движения, попытался оттолкнуть стоящих ближе всего к нему мою жену и дочь, но помочь успел только девочке, так как сам с следующий момент был сбит. Тот второй ребенок, что был в тот день на остановке, оказался на пути неуправляемого автомобиля. Я с большой долей уверенности могу сказать, что моя дочь жива.