Пономарь
Шрифт:
Без труда переловив и перерезав отравленных газом, боевики практически в упор расстреляли прорвавшихся во двор дачи. Нападавшие так и не успели включить взрыватель связки противопехотных мин, которая должна была обрушить казавшееся непрочным дачное строение.
В живых осталось даже больше, чем было надо Сивому. Трое. Оклемавшись от газа, они попытались буянить, но в предоставленных им отдельных помещениях не было ничего, что можно было бы сломать. Каждого из них сводили на допрос. Наркобоевики высокомерно молчали или истошно матерились, всем своим поведением показывая, что любые вопросы им безразличны.
Сивый приказал полностью раздеть пленников. При обыске наркотиков не нашли ни у кого, кроме одного. У него, убитого около дома, нашелся целый склад шприц-тюбиков.
– Завтра я с ними переговорю… Уведите. – Приказал Иван Анатольевич.
И боевиков препроводили в бетонные апартаменты.
5.
Тем же вечером в зеленоградской базе Рыбака раздался телефонный звонок. Телохранитель поднял трубку и задышал в нее.
– Ты, ублюдок, прекращай сопеть. Передай хозяину, чтоб сматывался.
– А ты кто такой? – Оскорбился бандит.
– Мухой чтоб летел! – Говорящий не обратил на реакцию наркомана никакого внимания. – Если узнаю, что не передал – сдохнешь в муках.
Телохранителю было знакомо это выражение. Его употреблял всего один человек из окружения наркобарона – Гнус.
Трубку на том конце положили, и боевик поторопился передать услышанное Рыбаку.
Получив сообщение, глава наркомафии взъярился:
– Готовить машину. Двух – на разведку. Быстро!!!
Телохранитель исчез быстрее, чем моментально.
Старик задумался:
“Значит, я был прав: Гнусу я нужен. Даже после сегодняшнего покушения на его любимого Дарофеева. Запасусь терпением. Рано или поздно, все выяснится.”
Вернулись разведчики. В окрестностях здания, в котором скрывался Рыбак никаких следов милиции не было.
– Едем.
“Понтиак” с преступником выехал дворами на Ленинградское шоссе и направился в сторону Твери. В резиденции осталось пятеро вооруженных боевиков. Они нашпиговались морфином и ждали оперативников, полные решимости дать им отпор.
6.
Спецназовцы появились через час. Два взвода расположились вокруг дома и взяли на прицел окна и двери.
– Внимание! Вы окружены! Сопротивление бесполезно! Сдавайтесь и выходите с поднятыми руками!
Мегафонный голос резал слух, но в доме не было слышно ни звука. Никакого шевеления в окнах. Видя, что преступники не реагируют на приказы, командир отдал приказ штурмовать здание.
Короткими перебежками спецназовцы начали продвигаться вперед. Положение атакующих осложнялось тем, что вокруг всего здания шла широкая асфальтовая дорожка. Чтоб подобраться вплотную, ее пришлось бы пересекать и, тем самым, подставлять себя под пули бандитов.
Внезапно один из солдат в последних рядах штурмующих вскинул руки и упал.
Это произошло совершенно бесшумно, и опергруппа потеряла второго бойца, пока они поняли, что стрельба идет из оружия с глушителем.
Расположившись за кустами и деревьями, спецназовцы открыли ответный огонь. Пули разбивали стекла, рикошетировали от решеток на окнах и, видимо, не причиняли засевшим в здании бандитам никакого вреда.
– Прекратить огонь! – Раздалась новая команда.
Штурмовики исполнили приказ, но бандиты резонно посчитали, что к ним он не относится. Как только у них оказалась возможность появиться в окнах, они вновь открыли стрельбу.
– Предлагаю последнюю возможность сдаться!
На это наглое высказывание один из рыбаковских телохранителей ответил длинным предложением, перечисляющем родственников говорящего. Причем ими, порой, оказывались явно сверхъестественные существа.
– Беглый огонь! – Выкрикнул командир приказ. – Стрелять на поражение!
Теперь бойцы стреляли не напропалую. Сберегая боеприпасы они теперь метили в любое движение, замеченное в комнатах.
Но свет не горел, и поэтому снова все патроны пропали впустую, попадая лишь в случайные тени на пустых стенах. Поняв, что так преступников не взять ни живыми, ни мертвыми, спецназовцы вынуждены были применять более мощное оружие.
В кусты приволокли гранатомет из автобуса. Первый выстрел не дал желаемого результата. Граната пробила решетку и взорвалась в комнате.
– …!!! – Крикнул говорливый наркобоевик, в смысле, что ничего у вас не получится.
В ответ пошла вторая граната. В вспышке разрыва было видно, как отбросило на стену какого-то человека. Грохот гранаты продолжил яростный вой умирающего бандита.
Разъярившись от первой потери, преступники стали поливать огнем все, уже не заботясь о собственной безопасности. Это стоило им еще двоих.
Теперь уже можно было штурмовать. Солдаты подбежали к зданию, высадили дверь. За ней оказалась прочная железная решетка. Выстрелами сбив два замка, спецназовцы устремились внутрь. Освещая себе путь ручными фонарями, они рассредоточились по первому этажу. Тут был обнаружен труп изрешеченный осколками гранаты.
На втором этаже лежало еще двое. Один из них шевелился. Не отпуская автомат, он жал и жал пальцем на гашетку, не обращая внимания на то, что в “рожке” давно кончились патроны.
– Эй! Тут ход в подвал! Он заперт! – Раздалось по притихшему зданию.
Штурмовиков остановила прочная с виду железная дверь, вход в бомбоубежище, которая, по замыслу создателей, должна была остаться целой даже в эпицентре ядерного взрыва. Но эта хилая преграда не могла задержать доблестных воинов.
Четыре ручных гранаты. Взрыв. И из дыма и грохота вываливается стальная плита. По ней бегут штурмовики. Они проносятся по короткому коридорчику и попадают под шквальный огонь озверевших наркомнанов. Но недаром каждый из них получил и надел перед операцией бронежилет. Пули преступников застревают в металлических нагрудниках. Ответные выстрелы – и пронизанные десятком семимиллиметровых отверстий бандиты валятся на пол.