Чтение онлайн

Коснулась пальцем покраснений, жалея, что не сделала этого раньше.

Достала из футляра новое, изящное и с мягким подкладом из специальной мягкой ткани внутри украшение. Накинула на его шею, защелкивая магический замок своей магией. А затем, немного подумав, наложила еще дополнительный контур защиты, капнув на артефакт каплю своей крови, с помощью магии проткнув подушечку пальца. Вот так лучше. Теперь даже если кто-то решит пристать к моему рабу, мало ему не покажется.

Золотые буквы, выгравированные при мне на специально обработанной черной матовой коже, смотрелись безумно красиво.

«Собственность кронпринцессы Арьеры».

Погладила буквы.

— Так лучше, — прокомментировала.

Эмоции эльфа скользили от благодарности до легкой эйфории. Интересно, с чем это связано? Разберусь чуть позже, главное, теперь он достаточно расслаблен для игры, как мне и надо было. Отбросила в сторону ставший ненужным старый девайс.

Потянулась снять с него пиджак.

— Мне так хотелось раздеть тебя весь этот день, Ниэль… — мурлыкнула, мягко прокатывая его имя во рту.

Дыхание эльфа участилось, и в нем начали прорастать первые ростки желания. Отлично.

Скинула лишний предмет, отбрасывая его в сторону. Пальцами коснулась его тела сквозь тонкую ткань, не отказывая себе в удовольствии медленного раздевания объекта моего желания.

— Красивый эльф… — коснулась верхней пуговицы его рубашки и быстро расстегнула ее.

На сегодня у меня не было запланировано никаких особенных игр. Я лишь хотела дать ему время привыкнуть к себе и посмотреть на его реакцию. В конце концов, если он будет не способен получить удовольствие от этого сегодня, то и далее окажется бесполезен, хоть снова иди в Храм за продажным любовником. Но я до такого не опущусь.

Мои пальцы медленно скользили по пуговицам, иногда отклоняясь от маршрута и поглаживая кожу раба в местах, где уже отсутствовала ткань. Возбуждение в крови горело ярким пламенем. Кровь кипела. Ниэль, кажется, наконец, тоже перестал просчитывать каждое мое движение и просто плыл по течению, наслаждаясь моей лаской. Ведь боли я ему не причиняла.

— Хороший раб, — похвалила, наконец закончив расстегивать рубашку и положив руки на нежную кожу любовника. Погладила… Ух! Словно бархатная. Приятная… Надо было вложить в ошейник ко всему прочему ограничение, что его никто не может трогать кроме меня… Но… успеется.

Хорошо, что у него завязаны глаза, наверное, сейчас мои горят уже не просто вожделением его тела, его удовольствия, а первобытной магией желания, когда хищник хочет окончательно утвердить себе место в иерархии, взять свое…

Сняла мешающий кусок ткани с мужчикх плеч и легко толкнула моего эльфа назад так, чтобы он прижался спиной к высокому столбику кровати.

— Руки вверх, — приказала, не отпуская своих ладоней от него. Исследуя его.

Эльф слушался беспрекословно. Мягкие наручники легли на его запястья непринужденно. Он лишь рвано выдохнул, в его эмоциях снова мелькнуло опасение, но все тут же забылось, когда мои губы обрушились на его.

Зарылась пальцами в его мягкие волосы, жестко фиксируя голову, и тут же забыла про все на свете, полностью погружаясь в этот поцелуй с головой.

Сладость… вот все, что можно сказать про этот поцелуй. Губы эльфа были мягкими и податливыми, он легко уступал мне главенство над собой, отвечая на поцелуй. Коснулась его повязки и резко сдернула ее с него, тут же отступая на пару шагов.

Изумление, желание, удовольствие, опаска… все смешалось в нем воедино. Он соблазнительно облизал губы и посмотрел на меня жарким взглядом. Цепочка наручников звякнула от его попытки шевельнуть руками.

Я коварно улыбнулась. Теперь он мой. Не дернется и не выберется. Полностью в моей власти…

Было страшно и одновременно хорошо, и я совсем не понимал, что именно чувствую, стоя перед госпожой здесь и сейчас. Все внутри волновало меня — и новый ошейник, который ощущался существенно удобнее предыдущего, и стянутые над головой руки, которые практически полностью лишали меня свободы движений, заставляя стоять у этого столбика кровати и просто ждать, что же будет дальше, горящие от поцелуя, распухшие губы… Я никогда не ощущал ничего подобного.

Госпожа стояла напротив, глядя на меня с любопытством и вожделением. И я мог ее понять — глупый орган внизу тоже не остался равнодушным к нашему поцелую, но как-либо проявить это я не рискнул, продолжая стоять в ставших особо тесными штанах, ощущая, как жесткая ткань давит на нежный орган.

Госпожа приказала вернуться в том же, в чем отправила меня в душ, а потому я даже не рискнул распаковывать купленное нижнее белье. К тому же было непонятно, где предстоит поселиться. В то, что мне отдадут ту шикарную и большую комнату с мягкой кроватью, даже не мечталось. Это не тот тип жилья, который обычно достается рабам. К тому же ничего исключительного я сегодня не совершил. Скорее, лишь ошибался, еще не привыкший к новым правилам. И, если честно, больше всего я ждал наказания, а не поцелуя после прошедшего дня.

Но у госпожи были явно иные планы на меня, и я не смел им мешать, стоя ровно, когда она вновь подошла ближе, касаясь своими нежными ладошками моего тела, тем самым распаляя лишь сильнее, заставив даже едва слышно застонать от желания большего, ведь скрывать свои эмоции приказа не поступало.

Второй раз я застонал уже громче, когда ее зубки неожиданно сильно сжались на одном из моих сосков, но то была не боль. Нет. Это было как резкий выстрел магии в мое тело, прокатившийся по всему позвоночнику и осевший где-то в паху ярким удовольствием, пока хозяйка продолжала терзать мои соски губами, зубами и пальцами. А я…

Отклонил голову назад, облокачиваясь на столбик кровати, и просто расслабился, отдавая себя этой девушке целиком. Покоряясь ей. Подчиняясь. Все будет так, как она захочет, даже если через мгновение она достанет тяжелую плеть и выпорет меня до крови и сорванных от криков связок.

Я весь принадлежу ей. И должен прекратить сопротивляться, даже мысленно. Даже в эмоциях…

Все внутри горело от пожара удовольствия, соски болезненно и сладко ныли, на моей шее кое-где разгорались отметины засосов, но это все неважно. Важно было то, что, похоже, госпожа решила довести меня до самого края. До момента, где я уже не смогу выдержать, но я должен! Должен контролировать себя, не допуская запретного!