Чтение онлайн

— Меня всегда удивляло, что Кли взял Боба Капу себе за образец, интересно, как теперь он сможет ему подражать, — ответил Арч. — Кто спорит, Капа — его кумир с самого детства, он всегда стремился стать таким же великим фотографом, в особенности на поле боя. Но я думаю что по большому счету сходство этим и ограничивается.

— Может быть, может быть.

— В самом деле, Ник, Кли родился в другом месте, в другое время. Да и мир, в котором мы живем, другой. Я уж не говорю о том, что и сам Кли — другой человек. Я действительно верю, что Кли женится, но только на той единственной, созданной, по его разумению, для него. И по-моему, это ты.

Ники молчала.

— Скажи-ка мне, дорогая, что бы ты ответила ему, как бы поступила, предложи он тебе выйти за него замуж? — продолжал Арч.

— Не знаю. Честно, не знаю.

— Тебя беспокоит компания? Плюнь на компанию. Что-нибудь придумаем. По контракту ты должна снимать от двух до четырех фильмов в год. Готовиться к съемкам ты легко смогла бы и в Париже, как в любой другой точке света, если уж на то пошло. Вспомни — ты ведь только так и работаешь: твои крупные творческие замыслы вызревают, пока ты занимаешься репортерской работой. Все, что тебе нужно, как только подготовка будет завершена, это прилететь сюда на пару-тройку недель, в крайнем случае на месяц, и все записать или дать живьем в эфир, в зависимости от того, что за программу ты делаешь.

— Знаю, Арч, знаю. Но ведь я еще и военный корреспондент компании. Не могу же я в этом качестве обосноваться в Париже.

— Да, это вопрос посложнее. Тут нам придется помозговать всем вместе, включая твоего агента, Ларри Андерсона, и Джо Спейта. Компания не захочет потерять тебя, Ники, в этом можешь быть уверена. Тебе с готовностью пойдут навстречу. Как пить дать. Не забывай также, что у Эй-ти-эн большое представительство в Париже. Почему бы тебе не действовать через него в случае необходимости?

— Это хорошая идея, — согласилась Ники.

— Вы с Кли могли бы освещать военные действия вместе, разве нет? Тут у тебя неоспоримое преимущество перед другими женщинами — Кли не придется ставить крест на своей карьере ради тебя.

— Может, и так. Но знаешь что, Арч? Иной раз я задумываюсь, захочу ли я всю жизнь оставаться военным корреспондентом.

Если Арча Леверсона и поразило это признание, он виду не подал. Он лишь кивнул и сказал:

— Что ж, все мы задумываемся над своей жизнью. Рано или поздно. Что касается тебя, ты за восемь лет по горло должна была насытиться войнами и революциями. Уверен, что и Кли когда-нибудь устанет от этого, хотя сейчас он думает по-другому. Когда приходится видеть столько смертей, сколько видим мы, не мудрено, что сдают нервы. Более того, это гибельно. Но... — Арч пристально взглянул на Ники. — Не забывай, что выходов несколько — и не торопись решать судьбу своей карьеры.

— Как и всего остального тоже.

— И еще я хотел бы тебя попросить... — Арч нерешительно поднял бровь.

— Давай, чего уж там.

— Я знаю, ты не выносишь разговоров о Чарльзе Деверо, но, если мне память не изменяет, ты не собиралась бросать службу после того, как вышла бы за него замуж. И переезжать в Лондон ты тоже не собиралась. Так как же ты надеялась поделить себя между домом и семьей?

— Чарльз хотел открыть филиал своей компании в Нью-Йорке и жить все время здесь, за исключением поездок в Европу для закупок вина. И еще он собирался держать контору и квартиру в Лондоне. Нам бы пришлось, образно говоря, оседлать Атлантику.

— Ясно. С Кли немного сложнее, раз у него фотоагентство в Париже. Хотя, если подумать, почему бы ему не открыть филиал „Имиджа" в Нью-Йорке, а? Или вообще переселиться сюда?

— Все возможно, — согласилась Ники, пожав плечами. — Вот только захочет ли Кли?

Арч кивнул. Еще несколько вопросов готовы были сорваться у него с языка, но он решил повременить. Ничего, всему свое время.

Устроившись поудобнее в углу дивана, он заметил:

— Кли сказал мне до отъезда в Париж, что в сентябре ты собираешься погостить у него на ферме. Рад был это слышать, дорогая. Ты не слишком часто устраивала себе отпуск за последние несколько лет.

Ники пожала ему руку.

— Спасибо. Ты так добр.

— Я волнуюсь за тебя, — признался Арч с легкой улыбкой. — Чертовски. — Потом взглянул на часы и воскликнул: — Давно пора обедать! Я заказал столик в твоем любимом заведении „Четыре времени года". Давай собирайся, пошли. По дороге отдадим сценарий Хилди, пусть отправит в перепечатку.

Они поднялись.

— Я занесу его сама, Арч, — сказала Ники. — Мне все равно возвращаться к себе за сумкой и прочим. — Взяв папку со стола, она добавила: — Если я тебе сегодня больше не нужна, то остаток дня я посвящу себе.

— Наконец-то ты берешься за ум, а то все работаешь как проклятая.

— Мои дорогие родители твердят то же самое, — усмехнулась Ники. — Не желают помнить, что много лет назад сами подали мне дурной пример, да и теперь ведут себя не лучше.

— Кстати, о родителях. Разведка донесла, что они в восторге от Кли, точно так же, как он от тебя.

— Разведка? Какая еще разведка?! Тебе что, Кли об этом сказал?

Арч рассмеялся.

— Вообще-то это правда, они прекрасно ладили, когда мы гостили у них в Коннектикуте, работая над его альбомом. Они считают, что он — чудо.

Арч снова рассмеялся и добавил:

— Я уже говорил тебе и скажу еще раз — Кли нравится всем без исключения.

— Ну мне-то мог бы этого не говорить. — Ники заторопилась к двери. — Пойду захвачу вещи и предупрежу Аннетт, что после обеда меня не будет. Встречаемся у лифта. Идет?

— Идет. Минут через пять.

18

После обеда в „Четырех временах года" Ники отправилась за покупками в „Бергдорф Гудман". Там она приобрела несколько пар хлопчатобумажных брюк, рубашки и три летних платья — для отпуска в Провансе.

Потом она не торопясь отправилась пешком к себе домой в Саттон-Плейс, откуда открывался вид на Ист-Ривер и центральную часть Манхэттена.

День был душный и жаркий, под сорок градусов, и, хотя на ней был всего лишь легкий костюм, скоро он стал мокрым и липким. Добравшись наконец до своего дома, она с наслаждением ступила в прохладный сумрачный вестибюль.

Забрав почту, она поднялась в свою просторную, полную воздуха и света квартиру на верхнем этаже. Горничная Гертруда, приходившая сюда каждый день, независимо оттого, была ли Ники в отъезде или нет, опустила жалюзи на окнах и на весь день включила кондиционер. В квартире было сумрачно и прохладно, и Ники почувствовала облегчение после долгой прогулки по бурлящим, пышущим жаром улицам Манхэттена.