Чтение онлайн

Выйдя из самохватовской лавки, я достал сигару родителя и решил подождать несчастного и наверняка полунищего чиновника. Через открытую дверь лавки мне хорошо было слышно как он пытается торговаться. Его попытка неожиданно для меня увенчалась успехом, приказчик, уставший от его натиска, скинул целых пять копеек.

Чиновник, выйдя из лавки, правильно расценил мое поведение и слегка поклонившись, представился:

— Губернский регистратор Волков Иван Прокофьевич.

На ловца и зверь бежит. Оказалось, что Иван Прокофьевич Волков служит в казенной палате уезда и за два часа он обстоятельнейшим образом рассказал мне что из себя представляет государственное устройство империи, какие есть губернии и генерал-губернаторства, что такое табель о рангах и с чем её едят. И еще много полезнейшей и так необходимой мне информации.

Оказалось, что действительно сейчас в России есть ограничения на занятие дворянами бизнесом. Причем они по большей части не официальные, а негласные или чисто формальные.

Конечно например купцы, особенно первых двух гильдий в этом отношении находятся в лучшем положении. Их никто не осуждает, а даже крайне успешные и очень богатые графья Шереметьевы и ставшие потомственными дворянами еще при Петре Первом Демидовы, например, нашей аристократией критикуются «недворянский» образ жизни.

Но если дворянину на эти вещи плевать, то любые ограничения легко обходятся.

Губернский регистратор это высшее внетабельное звание приказного служителя, которое уже практически ни где не используется и заменено на канцелярист. Со дня на день это нововведение появится в у нас.

Социальный статус чиновника от этого не изменится, как и жалование. Сам Иван Прокофьевич был поповским сыном и окончил семинарию. Неудачная женитьба закрыла ему путь священнослужителя и оставила только поприще гражданской службы. Но и здесь особых успехов у него пока не было.

Несмотря на достаточное образование службу пришлось начинать в уездной канцелярии и с самых низов: с копииста.

За восемт лет он поднялся на две ступени в чиновничьей иерархии и может теперь претендовать на первый, самый низший 14-й чин Табели о рангах — коллежского регистратора.

Но только претендовать. Для его получения необходима самая малость — протекция.

Иван Прокофьевич получил из моих рук пять рублей серебром и я ему непрозрачно намекнул, что наше сотрудничество может успешно продолжиться, чему он откровенно обрадовался и сказал, что он всегда к моим услугам.

В имение я вернулся в великолепном настроении ближе к вечеру и отобедав уже собирался заняться кулинарной подготовкой, как неожиданно быстро из Калуги вернулся Степан.

Обе его миссии завершились успешно. Торговцы лесом готовы купить у меня то, что осталось не реализованным почти на две тысячи рублей и Никифор оказался очень исполнительным и расторопным слугой.

Он составил список, который я его просил, провел все необходимые беседы и даже передал двадцать рублей недоимки от жильцов за прошлые месяцы.

Как я и предполагал в этом деле оказался бардак. Ежемесячно калужский дом приносит почти триста рублей дохода без учета платы господ Ивановых. На какое содержание дома уходили такие деньги совершенно не понятно.

Пресеченная деятельность Семена Ивановича на этом поприще меня привела просто в дикий восторг. Никифор окащзался человеком грамотным и честным, но понять как наш управляющий воровал было невозможно.

Затраты на содержание дома реально большие, но в любом случае они не превышали ста рублей в месяц. Куда и как ежемесячно уходило еще почти двести было не понятно.

Но вникать в эти прошлые дела никакого желания у меня нет. Я теперь знаю, что с учетом платежей господ Ивановых ежемесячно калужский дом будет пополнять мой бюджет почти на двести пятьдесят рублей.

Плюс пятьдесят рублей мужицких и того триста в месяц. И это очень неплохие деньги. На них я буду жить. Конечно по сравнению с теми же Ракитиными и теми же Тороповыми вероятно достаточно скромно.

Но лиха беда начало. Неделю назад я о таком и мечтать не мог.

Павильон за строительством которого надзирала Пелагея готов. А от Вильяма поступила многообещающая информация: в пересчете на привычные мне центнеры ржи должно быть не меньше 120, 15 пшеницы, 75 овса и 90 конопли.

Времени сегодня еще предостаточно и после запоздалого обеда я решил приступить непосредственно к приготовления блюд.

Проверив, как мои помощницы выполнили мои поручения, я остался доволен результатом.

Самая большая проблема приготовление соуса демиглас. Это один из старинных французских соусов и он входит в в список пяти «материнских» соусов французской кухни. Готовить надо очень тщательно и долго.

Сначала говяжьи кости обжаривают, запекая их до коричневого цвета. Это ответственный момент и это надо уметь делать. Поэтому для первого раза сам, только сам.

Пелагея с Дуняшей как коршуны стояли надо мной и ловили каждое слово и каждый жест.

Затем обжареные кости и овощи я поставил вариться на медленном огне. В процессе надо снимать пену и жир.

Делать это надо непрерывно, не меньше суток, а желательно вообще 36 часов. Так что к следующему этапу приготовления соуса мы приступим завтра поздно вечером и рано утром непосредственно в день званого обеда.

В процеженный бульон надо будет добавить вино и уваривать вдвое. Затем это дело охлаждается и получается густой, темно-коричневый соус желеобразной консистенции.

Этот соус я в прежней жизни готовил не раз и не сомневаюсь в успехе.

Русского человека мясом приготовленным на открытом огне не удивишь. Так называемое «верченое» мясо знакомо любому дворянину который хотя бы пару раз бывал на охоте.

Но там на вертеле туша того же поросенка, зайца или птицы готовилась целиком. Процесс был долгим и достаточно сложным. У любителей охоты для этого в свите были специально обученные люди. А дров на это уходило вообще немерено.

В вот приготовление на огне порционного и заранее замаринованного мяса еще огромная диковинка и только только появилась в России.