Полюшка
Шрифт:
– Да что тебе от меня надо? – срывающимся голосом спросил Антон. – Чего прицепился?
Зверь оскалился и подобрался, готовый к прыжку…
– Мама! – отпрянув, вскрикнул парень. Он закрылся локтем и застыл, ожидая, когда острые зубы вопьются в его плоть…
Теперь Антон слышал только бешеный стук собственного сердца, отразившийся гулом в ушах. Однако ожидаемой боли от волчьих зубов не было. Парень еще какое-то время прятался за рукой, после осторожно убрал ее и посмотрел туда, где должен был находиться его преследователь. Волк исчез…
– Фу-ух, – шумно выдохнул Антон.
Он с кряхтением поднялся на ноги, повернул голову и… мученически скривился. Зверь никуда не ушел, просто переместился в сторону. Он снова сидел и смотрел на человека, демонстрируя прежнюю издевательскую ухмылочку. И Антон разозлился, как сделал бы это любой загнанный зверь. Злость эта была с привкусом страха, но разгоралась всё ярче, вновь лишая ясности мысли. Всё, о чем сейчас думал парень, это о желании избавиться от проклятого хищника, игравшего им.
Антон сунул руку за спину, где под ремнем должен был находиться топор, о котором он до того благополучно забыл, но пальцы сжали пустоту. Едва родившаяся ярость сменилась паникой, и парень зашарил по телу. Понимая, что топор – это не пачка жвачки, он всё равно хаотично ощупывал даже карманы. Затем взгляд его заметался по земле, добрался до волка, и человек гулко сглотнул – под передней лапой зверя лежал потерянный инструмент.
– От… отдай, – заикаясь, попросил Антон.
Волк оскалился в ответ и угрожающе зарычал. А в следующую минуту он поднялся на лапы и, продолжая рычать, пошел на человека. Парень отступил. Он пятился до тех пор, пока хищник не подобрался, снова готовый к прыжку, однако не прыгнул. Зверь ярился. Он подбирался ближе и, пугая, щелкнул зубами, почти прихватив выставленную в защите руку, кажется, вынуждая жертву бежать. И Антон побежал.
Глаза давно привыкли к темноте, да и свет луны, заливавший лес, позволял вовремя разминуться с черными силуэтами деревьев, перепрыгивать сломанные стволы и ямы. Только сил уже почти не было. А когда, задохнувшись, парень останавливался и бросал взгляд назад, он видел волка, и тот снова гнал человека вперед. Иногда выскакивал откуда-то сбоку, вынуждая менять направление, но Антон этого уже не замечал.
Его мысли разлетелись, даже страх притупился, ослабив голос инстинкта самосохранения. Сознание начало мутиться. Всё, что он ощущал сейчас, – это жажду. Она не ограничивалась желанием выпить воды. Хотелось до одури остановиться, упасть на траву и лежать без движения, даже если зверь будет поедать его заживо. Хотелось провалиться в забытье, чтобы наконец эта бесконечная страшная ночь закончилась. Но больше всего хотелось открыть глаза и обнаружить себя в кровати в городской квартире, чтобы не было проклятого леса, хищника-кукловода и идиотской идеи устроить из заурядного дня рождения новый год с елкой. И пусть это будет кошмар, обычный кошмар, который можно попросту забыть…
Конец ознакомительного фрагмента.