Полтергейст
Шрифт:
Гена уже собирался идти в отдел, как Сергей Николаевич попросил его и Игоря зайти к нему в кабинет в 11-00.
Кроме Сергея Николаевича в помещении находились два подполковника. Сергей Николаевич представил своих сотрудников. Военные так же представились и пожали ребятам руки. Это порадовало Гену. Ведь выглядело это весьма солидно. Ему, как равному, подают руки офицеры в солидном звании и, наверняка, занимающие солидные должности. Смутило Гену только то, что Сергей Николаевич назвал их обоих главными специалистами отдела, а ведь главспецом был только Игорь.
«Наверное, для солидности», – подумал Гена
–Игорь Васильевич, Геннадий Владимирович. По моей рекомендации технический совет НПО принял решение ввести вас в комиссию по полевым испытаниям нашего изделия 10-56. Испытания будут проводиться на полигоне Х с 12 по 24 декабря. Но вылетать надо уже послезавтра. Есть возражения, пожелания?» – Сергей Николаевич как всегда был лаконичен и краток и говорил таким тоном, как будто все заранее с персоналом обсудил и согласовал.
Ошарашенные таким предложением в стиле приказа, ребята молча отрицательно покачали головами – возражений нет.
–Отлично! Я еду с вами, так что инструктаж будет в дороге. У вас день на отдых. Командировочные получите сегодня. Послезавтра встречаемся здесь в девять утра с вещами.
Сергей Николаевич пожал обоим руки, пожелал хорошего настроения и, как бы невзначай добавил: – Гена. Зайди в отдел кадров. Там надо подписать кой-какие документы.
В отделе кадров Гена понял, что Сергей Николаевич не просто так назвал его главным специалистом. Вот здесь он и спросил инспектора ОК: «А за что?». В приказе было написано без объяснений – назначить. Конечно, Гене было приятно назначение. Но сейчас он вспомнил и о доме, куда он собирается приехать уже какую неделю и о незнакомке, все более и более удаляющуюся от него.
Назавтра Гена попытался сделать все необходимые дела и уехать в командировку, как говорится, с чистой совестью. Сначала сделал самое сложное – позвонил матери и, в очередной раз сообщил о том, что не приедет к ним в гости. Рассказал про командировку и про следующую дату приезда. Заплатил хозяйке за квартиру. Сдал в химчистку все свои вещи, в которых ходил на заводе и не только ходил, но и влезал во все люки и садился на разные конструкции. И только к вечеру пришел в гости к Володиной семье.
–Ребята. Я устал и прошу вас не задавать мне сложных вопросов. Докладываю на опережение. Новостей на личном фронте нет. Завтра я уезжаю или улетаю, пока сам не знаю на чем, в командировку. Хочу просто посидеть с вами. Морально отдохнуть. Все. Где мой крестник? – Гена подхватил на руки маленького Генчика и уселся с ним на диване. Володя знаком показал жене не трогать Гену и позвал на кухню. Они быстро приготовили ужин и также быстро накрыли на стол.
Когда Лена вошла в комнату пригласить Гену к столу, то увидела его спящим на диване в обнимку с крохотным Генчиком. Она осторожно забрала сына, отнесла его в кроватку, накрыла Гену пледом и ушла на кухню к мужу.
Полевые испытания изделия 10-56 прошли успешно. Работать приходилось при почти сорокоградусных морозах. Конечно, замечания были. Сергей Николаевич всегда находился возле установки и следил за всеми параметрами в различных режимах ее работы. Игорь и Гена старались вникать в суть всех манипуляций руководителя, порой не понимая тех или иных его действий. Но разъяснять свои решения и действия Сергей Николаевич в процессе испытаний не мог и только просил внимательно следить за приборами и фиксировать по ним малейшие отклонения от номинальных параметров.
Вечером Сергей Николаевич устраивал разбор прошедшего этапа проверки изделия в этих экстремальных условиях, и объяснял подчиненным суть своих действий.
В таком тесном контакте в суровых условиях севера, когда на полигоне все равны перед стихией и только самые сильные могут тут жить и работать и именно твой руководитель способен на это, понимаешь, что не зря уважаешь его, что за ним ты готов идти на все.
Гена был удивлен, когда ему и Игорю выдали комплекты полярного обмундирования точно по размерам. Значит кто-то заранее позаботился о них. Теперь Гена догадывался кто это мог быть.
На пятый день заболел Игорь. У него начался приступ ларингита. Парень очень переживал, что не сможет пройти весь цикл проверки. Пришлось его срочно эвакуировать в больницу, а потом и вовсе отправлять в Москву.
Во вторую неделю Сергей Николаевич поручил руководить проведением проверки параметров установки Гене. Это по сути был повтор всех пунктов программы. Из перечня замечаний устранили самые серьезные и теперь можно было проверить работу установки на предельных значениях. С военными согласовали время начала работы – 10 часов утра.
Ночью Гена как перед экзаменами не мог долго уснуть. Он прорабатывал весь порядок первоначального опробования. Вспоминал все вводные, что давал Сергей Николаевич, нагружая установку.
День прошел так быстро, что, когда дали отбой и Гена посмотрел на часы, он подумал, что они неисправны. Было шестнадцать часов десять минут. А Гене казалось, что прошло часа два с момента пуска установки.
В передвижной командный пункт народу набилось как сельдей в бочке. Все радовались успешному окончанию испытаний. Гена не знал результатов военной составляющей учений, но судя по довольному виду обоих подполковников все было хорошо. Сергей Николаевич поздравил Гену с хорошим началом и пожелал успехов в дальнейшем. Выглядело это совсем не казенно, а как-то по-отечески, от души. Гена еще больше проникся уважением к этому человеку.
–Вот теперь можешь с большим удовольствием ехать в отпуск. Ты же хотел в «железе» увидеть свои труды? Так ты увидел даже больше. Ты увидел свое «железо» в работе! – Сергей Николаевич еще раз пожал руку Гене.
Обратный путь до Москвы занял те же трое суток. День на вездеходе до железной дороги. Почти двое суток на поезде. До купе Сергея Николаевича и Гену проводили двое молодых крепких ребят. Сообщили, что в купе больше никого не будет и они могут спокойно отдыхать. За продуктами никуда ходить не надо – завтрак, обед и ужин для них доставят из вагона- ресторана.