Чтение онлайн

— Громкие слова. — Вновь заговорил военный. — Однако, место неудаче есть всегда…

— Если я должен провалится, я встану, но я не провалюсь. В этой битве есть всего два исхода: либо враги пройдут по нашим трупам, либо мы по их.

— У кого-нибудь будут вопросы? — Полноватый председатель протёр пенсне давая время всем подумать.

— У меня нет вопросов, однако хочу напомнить сколь важное задание будет возложено на него. В случае неудачи последствия ждут именно нас, как людей допустивших недостаточно компетентного человека. — Высказался более молодой представитель двора.

— В случаи провала, неудача коснётся всей империи и уже не будет иметь значения, кто в этом виноват. — Вернув пенсне на место ответил председатель. — Мы возлагаем на вас большие надежды Ли Гаожин. Надеюсь, вы не подведёте страну. О вашей задаче в качестве главы Хань на той стороне вам сообщит позже наш человек. Сейчас обсудим ваши обязанности и проведём церемониал принесения клятвы.

Едва Фей покинул дом народного совета, он без сил упал в парокар. Раньше о таком он мог только мечтать, а теперь у него даже собственный водитель есть. Правда сейчас ни удобное кожаное сидение, ни учтивое молчание водителя, ни тихий звериный рокот мотора, его не радуют. Кто бы мог подумать, что общение может так выматывать.

В окно постучался секретарь с надетыми белыми перчатками. Стоило Фей открыть дверь, как тот согнулся в поклоне, протягивая на вытянутых руках аккуратно сложенную записку.

— От кого? — Принимая послание, поинтересовался Фей.

— От одного из членов комиссии. Не ведаю от кого именно.

— Свободен. — Фей махнул рукой закрыв дверь.

«Сегодня в шесть, шёлковый павильон, озеро Лао Дао».

«Слава небу»-подумал Фей, откидываясь на сиденье. Боги наконец-то благоволят ему. Из нагрудного кармана выскользнули золотые часы, невольно заставив Фей Тина в очередной раз ими залюбоваться. Минутная стрелка неспешно пробежала четверть двенадцатого.

«Успею»-подумал Фей довольно прикрыв глаза.

— На пик Виктория, и поторопись.

— Да, господин.

Парокар с тихим вибрирующим гудением тронулся, описывая круг по брусчатке вокруг фонтана из белого и чёрного мрамора в виде тел двух взмывающих вверх драконов. Под распыляющимися каплями воды народный дворец ещё прекраснее. Уходящее небо здание из красного дерева от основания до пагод, покрытых синей черепицей, украшает изысканная резьба. Под позолоченными сводами в прохладных тенях укрылись статуи героев народа Хань. Крутые каменные лестницы от входа расходятся лепестками, чтобы внизу превратится во множество дорожек, ведущих в остальной комплекс монументального сооружения.

Довольно быстро отдельная трасса для избранных слилась с общим бурным потоком разномастного транспорта, который двигался по одной из множества кольцевых дорог, опоясывающих столицу империи Хань, Лоянь.

Парокар, ещё мгновение, назад ехавший по открытому пространству, нырнул в бесконечно длинный и такой же бесконечно высокий коридор одной из бесчисленных улиц города. Каждое, самое низкое зданий здесь насчитывало не меньше десятка этажей. Даже через одну из самых больших улиц по которой сейчас ехал Фей, было перекинуто несколько закрытых трубчатых мостов от одной промышленной башни к другой.

Их называют «кантао». Широкие эллипсы у основания представляют собой своеобразные цеха, в которых может производится всё что угодно, от картонных коробок до силовых установок дирижаблей. Каждая из башен индивидуальна, но всё же есть кое-что общее. По какой-то причине архитекторы избегают прямых углов, а балконы в верхней части строят в форме дисков.

Само собой, в них не производится продукция для массового потребителя. В первую очередь «кантао», это витрина предприятия, научного объединения, конгломерата. Выше в здании располагается биржа или банковский подряд, аффилированный с предприятием. Там же, как правило, находится проектный институт, отделы сбыта, юридические и информационные службы. Именно в одной из таких башен двадцать лет назад была придумана и изобретена лампочка, без которых сейчас немыслимо ни одно предприятие.

Не удобно? Может быть, но Хань очень неприхотливый народ и необходимость ставит выше личного комфорта. А чем выше и необычнее «контао», тем больше престижа у его владельца. Так из бетона, стекла и бесконечного множества труб появились эти башни.

Вплотную к ним, точно любовницы, обнимающие богатого клиента, обступили со всех сторон «конио». Они имеют самые различные формы: те же башни, монотонные строгие высотки, окрашенные в единый цвет с минимумом идеально выверенной, математически верной лепнины. Или же бесформенное, совершенно безумное, нагромождение отдельных прямоугольников, квадратов и многоугольников, никакого единого цвета ни единого похожего элемента.

«Конио» практически все соединены мостами и переходами, создавая над улицей земной, ещё и небесную. Порой переходов меж гигантами так много, что солнечный свет не достигает низин и там царит вечная ночь. Как раз в «конио» и живут обычные хань, точнее те, что имеют на это право и могут себе позволить. Много или мало таких — не известно. Последняя перепись проводилась во времена династии Цао, примерно сто пятьдесят лет назад, когда мир только начал вступать в эпоху пара, а об электричестве никто не знал. Тогда идея городов-башен казалась сказочной, но немыслимый поток денег от торговли с новорождённой конфедерацией за океаном, которую презирал и ненавидел Старый Свет запада, позволил решится на это. А в совсем недавнем прошлом замысел приобрёл нынешний вид. Из-за людей, которое всего за несколько лет увеличилось население крупных городов чутьли не в двое. Сбежавшее население империи Цинь, обеспечило необходимую рабочую силу. Бежали они из-за того, что верхушка поддалась влиянию Русланда, решив перестать быть империей и стать республикой. Объявив главными врагами империалистов, интеллигенцию, купцов, а вместе с этим цеха рабочих, которые не пожелали открывать свои двери неграмотным деревенским дуракам и отдавать управления в государственные руки.

Так сказочная идея начала воплощаться в жизнь. Сегодня в «конио» живут, учатся, ведут торговлю, работают во множестве мелких и средних артелях, миллионы и миллионы Хань. Мирный отдых вроде прогулок по парку или небольших садиков вынесен на террасы или на специальные площадки, охваченные стальными тисками. Некоторым удаётся вырастить настоящий джунгли с лианами, свисающими вниз на десятки метров и взбирающиеся на соседние здания.

В какой-то момент дорога ушла вверх и в просвет меж пестрящих вывесками зданий, ярко подсвеченных бесчисленным множеством бумажных фонариков Фей, заметил в дали уродливую кляксу, портящую вид столь величественного города. Район «ву-гоу». Неприятное напоминание о том, что к изысканным яствам слетаются всякие насекомые.

Таких районов не мало. Они расположены за чертой города. В них располагаются сырьевые производства, на которых не требуется квалифицированный персонал, скотобойни, работные дома, тюрьмы, свалки и бараки тех, кого почему-то по чудовищной ошибке, тоже называют, Хань. Такие районы, как каповый нарост на дереве, уродливые высасывающие силы и могущие погубить растение.

Города, не только столица, всеми возможными силами отгораживается от них, стараясь не замечать рассадники преступности, болезней и всевозможных пороков. А когда игнорировать их становится более невозможно, на помощь всем достойным Хань приходит, «шау тау ти»-означающий выжигающий скверну. Городские триады, с тайной (но не очень) подачи городских властей, раз в несколько лет сжигают трущобы. В такие дни народ ликует. В особенности обычные рабочие Хань, что не способны купить себе ни защиту триад, ни место поближе к небу, вынужденно живя у основания «контао» и «конио». Впрочем, многие обитают там сознательно, не смотря на неудобства.