Полночное предательство

«ПОЛНОЧНОЕ ПРЕДАТЕЛЬСТВО»

Мелинда Ли

Серия «Полночь» Книга 3

Над книгой трудились:

Переводчик и обложка: Лена Меренкова;

Редакторы: Альбина, boomaga, Эра, Анна, Саша И;

Перевод выполнен специально для гр. https://vk.com/beautiful_translation

Внимание!

Текст предназначен только для ознакомительного чтения. Любая публикация данного материала без ссылки на группу и указания переводчиков и редакторов строго запрещена. Любое коммерческое и иное использование материала, кроме предварительного чтения, запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды.

АННОТАЦИЯ:

Куратор музейных экспозиций Луиза Хэнкок, оставив Мэн и беспокойное прошлое, по приглашению крупного исторического музея перебирается в Филадельфию. Новая жизнь дарит Луизе долгожданный покой, пока не находят изуродованное тело одной студентки, интерна музея.

Луиза понимает, что убийство не было случайным. А когда исчезает еще один интерн, все подозрения падают на единственного человека, который сумел пробраться в сердце Луизы, — Конора Салливана, обаятельного хозяина местного бара. Прошлое Луизы научило ее быть осторожной, но сердце отказывается верить, что Конор виновен.

Теперь Конор и Луиза должны вместе разобраться с натиском полиции и бурно развивающимися отношениями, а также разыскать настоящего убийцу раньше, чем погибнет еще одна девушка. Но можно ли доверять Конору, против которого находятся все новые и новые улики? А кровавый маньяк уже планирует следующее убийство, и его мишенью становится сама Луиза.

Бабушке,

за безграничную любовь и поддержку

ГЛАВА 1

Две недели назад

Она умерла слишком быстро. Весь процесс похищения и убийства оказался проще, чем мне представлялось. В эту ночь работа должна была занять несколько часов, но удалось справиться гораздо раньше.

Пальцы сжимали резную рукоять. Луч походного фонаря отражался на покрытом густыми каплями крови серебряном лезвии.

Ее было легко заманить. Стоило предложить дозу наркотика — и она тут же села в машину. Как только удалось добраться до этого заброшенного дома, все пошло по плану. Она оставалась тут несколько дней, и наконец состоялся грандиозный финал. Вспомнились долгие часы детальной разработки плана, поминутная четкость его исполнения, и адреналин заструился по венам. Земля была влажной, но мне не было холодно. Все прошло так красиво, а успех, как всегда, пьянил. Но кульминация этого смелого плана не принесла желаемого удовлетворения. Так тщательно все продумывать, представлять каждый шаг... И так разочароваться в конце...

Что пошло не так?

Человеческое тело слишком хрупкое.

Размер, физическое состояние, сила — все это не играет роли. Один порез на шее — и живое существо становится грудой соединительной ткани и костей.

Взгляд скользнул по проделанной работе. Она была голой. Джинсы и футболка, срезанные с тела в первый же день, лежали рядом аккуратной стопкой. В последнюю минуту она пыталась бороться, поэтому открылись запекшиеся раны на бедрах. Свежая кровь стекала тонкими струйками по ее коже. Раны уже не кровоточили, ведь ее сердце остановилось.

Следовало ожидать, что убийство окажется грязным делом, но жестокость самой смерти отталкивает. Надрез был идеально выверен, чтобы жизнь покинула тело быстро. Хотелось бы сказать, что из милосердия, но это не так. Причиной была практичность, а также жесткий график. К тому же это было не первое знакомство ее тела с моим ножом, но определенно последнее. Удары сердца сразу после пореза вызвали ритмичные выбросы крови с убывающей траекторией. Бетонный пол не слишком ровный, поэтому кровь, вытекая из раны, собралась в углублении у стены. Даже когда сердце остановилось, тело кровоточило еще несколько минут после смерти — все дело в гравитации. К счастью, этот алый ручеек струился в стороне от меня, так что туфли и одежда не испачкались.

Осталось последнее: лезвием нарисовать спираль на ее животе. Даже на неподвижном объекте важна точность движений. Было бы неплохо иметь трафарет, как в детстве. Вот. Готово.

Кинжал вытерт ее футболкой и уложен в пластиковый мешок. И последний штрих. У меня запасено все, что нужно для правильного погребального костра: бумага, хворост, бензин. Осталось лишь чиркнуть спичкой. Огонь вспыхнул, охватывая тело жадными щупальцами. Пора уходить, не дожидаясь, пока кто-нибудь заметит пожар или почувствует запах горящей плоти. Даже если заметят, здешние жители обычно не спешат вызывать полицию. Теперь фонарь в руки, сумку в багажник — и вперед. Быстрый взгляд на часы на панели показал, что удалось сэкономить целый час. Мне хотелось, чтобы она боролась сильнее. Но вместо того, чтобы метаться и сопротивляться смерти, она лишь подергалась пару раз и сдалась при виде ножа. Может, раны, нанесенные до этого, были слишком глубокими.

Любопытно, цепляются ли некоторые люди за надежду больше, чем другие? Являются ли физическое состояние, возраст и сила решающими факторами, влияющими на инстинкт выживания человека? Или важна психическая выносливость? Кто больше жаждет жизни и сопротивляется смерти — студентка-отличница с блестящим будущим или бездомный бродяга? А может, инстинкт выживания — врожденное качество, такое же независимое от жизненных условий, как цвет глаз?

Интересные вопросы, но, прежде чем думать над ними, следует осуществить следующую часть плана.

Еще одна девушка. Еще одна смерть. Еще один костер.

ГЛАВА 2

Наши дни

В хранилище коллекций археологического музея Ливингстона поддерживались оптимальная температура и относительная влажность воздуха, необходимые для артефактов, разложенных на полках и в шкафах. Специальные фильтры и бдительность работников сводили к минимуму влияние света, грязи и вредителей.

В центре помещения размером двенадцать на двадцать футов, отведенного под Европейскую коллекцию, за длинным столом из нержавеющей стали, натянув перчатки, Луиза изучала кельтский короткий меч, датируемый железным веком. Это оружие двухтысячелетней давности с шестнадцатидюймовым клинком было легким и смертоносным в ближнем бою, который предпочитали кельты. Луиза вернула древний экспонат в витрину. Подойдя ко второму контейнеру, она сняла недавно прибывшую копию меча и положила рядом с оригиналом — сияющий металл резко контрастировал с проржавевшей сталью артефакта.