Чтение онлайн

Сквозь шум дождя Кин расслышал позади себя хлюпанье луж под ногами бегущего человека. Обернуться ему не хватило духу. Он почему-то был уверен, что лишь прямой взгляд глаза в глаза удерживает фабра от того, чтобы открыть стрельбу. Кин решил не проверять, насколько эта догадка верна.

– Стойте спокойно, - тяжело дыша, посоветовал подбежавший Ронч, становясь рядом с Кином.

Ствол ружья качнулся из стороны в сторону - похоже, фабр пришел в замешательство, обнаружив перед собой еще одну живую мишень. Затем он перебросил ружье на согнутую в локте левую руку и медленно попятился к крыльцу.

– Что это с ним?
– с облегчением покосившись на Ронча, спросил Кин.

– Не знаю, - буркнул тот.

Немного потоптавшись возле дверей дома, биоробот пристально уставился куда-то вбок, снова взял оружие на изготовку и, споро перебирая короткими ногами, направился в сторону проволочного заграждения.

– Не знаете, а встали под выстрел?
– изумился Кин, провожая взглядом несуразную кургузую фигуру фабра.

– Да он бы не выстрелил.

– Я вас не совсем понимаю, Ронч. Откуда такая уверенность?

Тот пожал плечами, словно удрученный необходимостью разъяснять прописные истины.

– Знаю я эту их манеру. Иногда на них что-то находит. Куражатся, в общем.

– Вы только что сказали, что не знаете, что с ним такое, - допытывался Кин, слегка раздраженный отсутствием логики в словах квадр-офицера.

– Ну, этого, по-моему, никто не может знать. Даже яйцелобые.

Слегка огорошенный, Кин уставился в ясные голубые глаза Ронча. Занимаясь делом агента по кличке Туман, он дотошно изучил уйму документации, посвященной лабораторным и полевым испытаниям фабров. Там нигде не содержалось даже намека на то, что биоробот может вести себя иррационально. Наоборот, превозносились их отменные умственные способности, высокая обучаемость, стопроцентная исполнительность и тому подобное.

– Пойдемте, - сказал Кин.
– У меня в чемодане найдется кой-чего хлебнуть по такому случаю, составите компанию.

Поднявшись к себе в комнату, он снял шлем и бронекостюм, который пятнал пластиковый мох пола крупными каплями воды. Ронч последовал его примеру. Из-под пакета со сменой белья Кин извлек бутылку злаковой и набор титановых стаканчиков, затем ногой задвинул чемодан обратно под кровать.

– Еще нет и восьми по местному времени.
– заметил он, садясь к столу.
– А мы с вами условились на полдевятого...

– Да и вы вроде собирались отдыхать, а не гулять под дождем, - парировал квадр-офицер, нисколько не развеяв высказанное Кином недоумение.

– Садитесь, что ж вы стоите, - спохватился тот.

– Слушаюсь, - с подчеркнуто служивой интонацией отозвался Ронч, придвинул поближе второй складной стул и уселся.

Кин открутил пробку, но, спохватившись, достал из планшета складной офицерский нож и брикет плавленого сыра, оставшийся от чрезмерно обильного обеденного комплекта, поданного ему в звездолете. Пока он разливал золотистую злаковую по стаканам, его сметливый телохранитель успел нарезать закуску мелкими ломтиками.

– Ну, будем здоровы, - сказал Кин, поднимая стаканчик на уровень глаз.

– Будем живы - не помрем, - откликнулся Ронч.

Оба махом выпили и закусили сыром. Маленькая жидкая молния скользнула по пищеводу и сразу растворила набрякший холодный ком в желудке. Внутреннее напряжение уходило не сразу, перемешиваясь с муторной расслабленностью. Кину совершенно не верилось, что фабр просто куражился, как выразился Ронч. Слишком уж очевидными выглядели его побуждения, когда он целился в Кина и когда пошел на попятную при появлении квадр-офицера. А кроме того, Кину не давала покоя одна слишком красноречивая деталь. Каждый биоробот носил на левой половине груди плашку с четырехзначным номером, которая представляла собой единственную возможность отличить одного из них от другого. У этого фабра плашка оказалась перепачкана глиной, да так густо, что рассмотреть цифры Кину не удалось.

– Так вы уверены, что фабр не представлял никакой опасности?
– возобновил расспросы Кин, откидываясь на спинку стула и расстегивая ворот мундира.

Стиснувший голову обруч вялой боли полегоньку рассасывался в зыбком облачке свежего хмеля.

– Уверен.

– И все-таки остается впечатление, что вы меня выручили, встав рядом.

– Да ну, что вы, - слегка усмехнулся Ронч.
– Все равно за мной должок.

– Какой еще должок?

– Портянка на скале, - кратко пояснил квадр-офицер.
– А вы молодец, что не струхнули. Если фабр куражится, надо просто смотреть ему прямо в глаза.

Значит, и на сей раз интуиция его не подвела.

– И часто они такое вытворяют?
– мрачно спросил Кин.
– В смысле куражатся?

– Да как вам сказать... Иногда.

Снова Ронч отвечал неохотно, уклончиво, наверняка умалчивая о чем-то крайне важном. Впрочем, все равно Кин уже по большому счету догадался, что к чему.

И тут вдруг до него дошло в полной мере, до чего неаппетитная каша неминуемо заварится вокруг Тангры, ставшей первым серьезным испытанием фабров в полевых условиях. Как будто он увлеченно распутывал цепочки следов среди густой травы, а потом поднял голову и наконец увидел, на кого вздумал сгоряча поохотиться.

Ясно как день, что заверения представителей концерна "Биотех" о стопроцентной надежности фабров лживы. Но, прежде чем он осмелится это утверждать, необходимо провести доскональное расследование, собрать свидетельства, реконструировать подлинную картину стычки между фабром и солдатами. Кину стало тошно при мысли о масштабах скандала, который разразится, если придется выйти с докладом по инстанции. А ведь придется, никуда не денешься. Он отчетливо, без тени иллюзий представлял себе, как это будет выглядеть поначалу. Какая-то мелюзга, прим-офицер контрразведки, наперекор мнению авторитетных специалистов тщится поставить под сомнение многомиллиардный проект, вокруг которого кормятся целые тучи лоббистов из Конгресса и Генштаба. Сегодняшние перипетии по сравнению с неизбежными последствиями такого поступка покажутся детскими забавами на лужайке. Вот теперь ему стало совсем не по себе, и он взялся за бутылку, надеясь хоть чуточку исправить изгаженное настроение.

– Мне показалось, выходка фабра как-то связана с грозой.
– Кин снова наполнил стаканчики.
– Их мозг имеет много общего с традиционной кремниевой электроникой. Так что теоретически это вполне вероятно.

– Может быть, и так, - согласился Ронч.
– А вообще, когда гроза, у нас все спокойно. Почти все экзоты прячутся, благодать.

– Что ж, выпьем за благодать.

– С удовольствием.

Опрокинув стаканчик, квадр-офицер крякнул и разгладил костяшкой пальца седые усы.