Шрифт:
Человек-Банк
Отдых не задался
В туристическом агентстве «Земля обетованная» Смеха встретила оператор агентства Светлана Радостина, белокурая девушка с приятной внешностью. Она предложила ему кофе, внимательно выслушала его пожелания и озадаченно сказала:
– У вас слишком противоречивые потребности для проведения отдыха. С одной стороны вас интересует отменный и ненавязчивый сервис, с другой стороны вы хотите дикую природу и поменьше людей. Даже не знаю, что вам предложить. Хороший сервис предполагает наличие людей. Без людей хорошего сервиса не бывает. Хотя, знаете, что… Я вам порекомендую отдых на острове Исекреа.
– Где это? – спросил с недоверием Смех.
– Это сравнительно молодой для туризма остров. Там много дикой природы. И есть несколько высококлассных отелей. По современным меркам это, конечно, глухомань. Добраться туда нелегко. Самолеты не летают. Суда не заходят.
– Глухомань при наличии сервиса – это то, что мне нужно, – сказал Смех.
– Я предлагаю вам скромный отель на пять с плюсом с обслуживанием «все включено».
– Все включено?.. А все выключено там есть? – спросил Смех.
– Там есть «все включено» и «все выключено». Только нужно отойти от отеля на сто метров, – улыбнулась Света Радостина. – Уверена, вам понравится.
Смеху действительно понравилось на острове Исекреа. Светлана Радостина не обманула его ожиданий. Природа здесь оставалась нетронутой. Несколько шикарных гостиниц совсем не портили морской пейзаж и виды острова. Обслуживающий персонал не мозолил глаза. Здесь можно было легко примкнуть к веселой компании и вдоволь набродиться по парку наедине с дикой природой.
Шел второй день отдыха. Смех вернулся с пляжа перед обедом, достал из холодильника вскрытый кокос, снял верхушку и попил прямо из лохматого ореха коктейль из местных соков. Отдых начинался неплохо. Он накупался, позагорал и совершил пешую прогулку по берегу. Ветер с моря выветривал все заботы, волнения и хорошо освежал. Солнышко заставляло видеть женщин сверкающими и желанными. И каждая вторая казалась симпатичной, а каждая пятая просто красавицей. Он наслаждался покоем и откровенным бездельем. Все вокруг казалось ему внове. Он стоял у окна с видом на море и думал о том, что день-два назад он находился в другом месте. Сейчас это казалось ему невероятным. Он достал из холодильника пиво и сел на кожаный диван – тут же включился телевизор. Диван ему нравился. Не нравилось то, что как только он на него садился, тут же включался телевизор. Смех встал, чтобы выключить телевизор, и телевизор выключился сам. Смех снова сел на диван и телевизор включился. «Эта цивилизация меня доконает, – подумал он. – Надо будет попросить, чтобы они отключили мне эту услугу. Между диваном и телевизором стоял низкий столик на странных сучковатых колесиках из какого-то местного дерева. Было очень удобно сидеть на диване, пить за столиком пиво и смотреть телевизор. Но сейчас ему не хотелось смотреть телевизор. Хотелось отключиться от цивилизации. Он предпочел бы уйти от телевизора с пивом в спальню. Но море и солнце его так расслабили, что шевелиться не хотелось. И он, не сопротивляясь, с пивом в руках откинулся на мягкую спинку дивана. Его с утра мучили нехорошие предчувствия, от которых он освобождался морем, пляжем и ветром.
По телевизору передавали новости. Ведущий информационной программы с хорошо знакомым лицом рассказывал, что сегодня на главу крупнейшего банка страны Бессребреникова совершено покушение. Эту известную личность в стране и в мире хорошо знали. В прессе о нем часто писали, называя не иначе как «Человек-банк». В голове у банкира держалась вся необходимая информация. От его решений зависело благополучие банка и состояние экономики страны. Через этот очень надежный банк шло финансирование государственных программ.
– Банкира спасла случайность, – говорил ведущий. – Руководство страны очень озабочено случившемся и принимает все меры для выяснения причин покушения и предотвращения нового покушения, которое никто не исключает. Все органы внутренних дел и внешних сношений подключились к выяснению всех обстоятельств покушения. План «Экстренного захвата» преступников не сработал. На ноги поставлены все штатные силы правопорядка. Задействованы лучшие силы Федеральной Службы Безопасности.
Прослушав информацию, Смех быстро встал с места, взял телевизор и выбросил со второго этажа в окно. Телевизор упал на декоративную дорожку, обсаженную причудливыми орхидеями, и разбился вдребезги. Затем он взял трубку со стационарного телефона, набрал номер портье и сказал:
– Принесите мне, пожалуйста, обед в номер.
Через минуту в номер Смеха постучали. Он открыл дверь и увидел служащего гостиницы, который держал перед собой новый телевизор.
– У вас из окна выпал телевизор, – сказал служащий с улыбкой во все лицо и доброжелательно кивнул головой.
«Этот сервис меня точно доконает», – подумал Смех.
–
Я просил обед, а не телевизор. Телевизор можете унести, – сказал он.
–
Но служащий все с той
же улыбкой
поставил принесенный телевизор на прежнее место и включил. Потом он добродушно поклонился и ушел.
–
«Этот сервис меня…» – подумал Смех и хотел выбросить снова телевизор в окно, но передумал. Он просто выдернул вилку из розетки питания.
Через пятнадцать минут Смеху привезли столик с заказанным прежде обедом. Он расположился поесть на диване и испытал огромное облегчение оттого, что ничто в его номере не включилось, не сообщало ему новости и не докучало болтовней с картинками. Он вдруг понял, что его раздражает любая информация политического, экономического и криминального характера. Она не просто его раздражала. Она его бесила.
Вечером, когда он прогуливался по берегу и дышал морским воздухом, зазвонил его мобильный, о котором он, как ему казалось, забыл навсегда. Смех не доставал мобильный из кармана брюк и ждал, когда он перестанет звонить и дрожать, вибрацией передавая чье-то негодование. Затем он не выдержал, вынул его из кармана и выбросил в море. Причем бросок получился настолько удачным, что мобильный улетел далеко-далеко от берега и, плюхнувшись в воду, с отблесками заходящего солнца, исчез. Дальнейшая его прогулка прошла восхитительно и спокойно. Когда остатки солнца догорели где-то за горизонтом и прекрасные морские пейзажи умерли в ночи, он вернулся в отель. Едва он зашел в номер, как снова раздались звонки телефона. Звонки раздавались частые и свидетельствовали о том, что он понадобился кому-то на другом конце земли. Смех, не давая себе разозлиться, спокойно взял телефон в руки, отсоединил его от розетки и выбросил в окно. После этого он сел на диван посидел и решил, что ему лучше покинуть отель.
Через два дня Смех, балдея от удовольствия, качался в гамаке, привязанном между двух кривых деревьев, пил бамбуковый сок и ел плоды папайи. Неподалеку от него стояла хижина аборигена. Вместо телефона здесь использовалась колотушка, привязанная к дереву, с помощью которой Смех общался с соседом. Если он бил по дереву один раз, приходил Хиджа, пожилой абориген с морщинистым лицом и костлявым телом. Смех просил его что-нибудь для него сделать. Если он стучал два раза, к нему приходила пожилая Пония, которая приносила ему нехитрую еду. Если он стучал в дерево три раза, появлялась Соития, молодая красивая аборигенка, которая дарила ему незабываемые дни и ночи. Ее смуглая кожа, впитала в себя все тепло солнца, которые ее предки накопили на островах. Вместо телевизора у него был экран с голубым небом, по которому плавали причудливые пушистые облака, с изумрудным морем и сочной зеленью диких зарослей. Свет над ним зажигался и тушился автоматически с восходом и заходом солнца. Водопровод работал исправно – свежая, чистая вода в ручье текла постоянно. Вечером, когда духота досаждала, включался вентилятор: с моря начинал дуть прохладный ветер. Если вечер казался слишком прохладным, он звал аборигена и просил разжечь костер или накрывался соломенным пледом. В общем, все здесь работало почти без его участия. Наблюдалась природная гармония с налаженной доисторической автоматизацией вдали от цивилизации. Когда ему что-нибудь было нужно, быстрые ноги аборигена, знающего здесь все короткие пути, к вечеру приносили ему пиво и все необходимое. Неделю Смех отдыхал недалеко от моря в диких джунглях и, казалось, что это райское место он никогда не покинет. Во всяком случае, у него впереди было еще много времени. Иногда он смотрел на свое загорелое, заросшее волосами отражение и видел, что синяки и припухлости на его лице от укусов насекомых прошли. Он чувствовал себя превосходно.