Чтение онлайн

Нравится ли мне его музыка? Ну, не вся. Я никогда не была типичной девушкой, которые носят шорты с завышенной талией с фланелевой рубашкой завязанной вокруг талии и бросают на сцену бюстгальтеры. Я думаю, что у меня есть три или четыре песни The Storms на iPod, но рок не в моём стиле.

Люблю ли я его? Физически, не возможно не чувствовать влечения к нему. У него зелёные пронизывающие глаза с его фирменным загадочным взглядом, пухлые губы которые постоянно меняют цвет, прямо сейчас они тёмно розовые и он отчаянно играет с ними пальцами, наполненными кольцами и красными костяшками. Он высокий и меняет позу каждый раз, когда поднимается, шевеля губой. Он постоянно выступает на сцене без рубашки и, конечно, он имеет хорошее тело. Он не сердцеед года, просто нереально.

Его стиль плохого мальчика сводит с ума всех девушек. Он всегда носит кожу, чёрные зауженные джинсы и ботинки. Его тело почти полностью покрыто татуировками. Он был единственным, кто сделал «мужской пучок» вырастив и завязав свои волосы. Этот плохой парень заставляет намокнуть трусики многих девушек, но не меня. Он настоящий герой, он сейчас горячая тема для обсуждения.

Так, да. Я в ловушке в самолёте, мне придётся сидеть рядом с ним в течение всех десяти часов, пока мы не прилетим в Лондон.

Он фыркает и пересаживается на своём месте, думаю, ему неудобно. Я стараюсь держать свои мысли при себе, но это довольно сложно, когда он, не переставая, ёрзает на своём месте. Хватаю мою воду и отпиваю, перевожу глаза к окну, мне нужно отвлечь себя.

Достаточно быстро самолёт начинает движение, стюардесса появляется на каждой стороне кабины, говоря нам о правилах безопасности внутри самолёта. Я снова направила взгляд в окно, в последний раз за ближайшее время я вижу небо Лос-Анджелеса, лучше хорошо взглянуть после того как я улечу.

– Что за уродливый джемпер? – слышу я хриплый голос рядом со мной. – Сейчас же не рождество.

Мои глаза по-прежнему смотрели в окно, я слегка повернула голову, чтобы посмотреть со мной ли он разговаривает. Моя голова остановилась, когда я встретилась с ним взглядом, он смотрел прямо на меня с губами между пальцев.

Я опустила взгляд на мой свитер, на нём были небольшие вязаные усики.

– Я… я люблю этот свитер, - говорю я шёпотом, заикаясь несколько раз.

– Тебе правда нужно прекратить заикаться, - вздыхает он, переводя глаза подальше от меня.
– Это раздражает.

– Прости, - говорю я, стараясь не заикаться, мои глаза смотрят в окно, я чувствую, как мои щёки покрываются румянцем.

Я понимаю его точку зрения, хотя. Вероятнее всего, все девушки вокруг него, заикаются как я или просто падают в обморок или кричат, это должно быть раздражает.

– Это нормально, - говорит он, уже более добрым голосом, я чувствую его взгляд на себе. – Я понимаю, предполагаю.

Это первая вежливая вещь, которая выходит из его рта, с тех пор как он находится внутри самолёта. Это заставляет меня волноваться, но достаточно удачно это скрыть. Бортпроводники говорят нам, чтобы мы отключили свои телефоны для взлёта, так что я быстро схватила свой телефон, чтобы выключить его, Гарри делает то же самое со своим чёрным Iphone 6S, который выглядит невероятно крошечным в его больших руках.

Хорошо Фрэнсис. Прекрати разглядывать его.

Стюардесса проходит по маленькому салону, проверяя ремни безопасности, прежде чем уйти и сесть в своё кресло, так же пристёгиваясь ремнём.

Я делаю глубокий вздох, я никогда не любила взлётную часть, ненавижу головокружение и ощущение слабости. Впервые я буду испытывать его в покое.

Крепко держусь за ручки кресла, мои глаза закрыты, ожидая худшей части полёта.

Я могу это сделать, я могу это сделать, - говорю я сама себе в голове, сжимая губы.

Я услышала смешок рядом со мной, который заставил меня открыть глаза.

– Ты боишься летать? – спросил он в перерыве между смешками.

– Нет,- я снова закрыла глаза, перемещая лицо вперёд, моё дыхание по-прежнему неспокойное. – Просто… Взлётную часть.

– Статистика взрывов во время взлетов, правда низки, ты знаешь? – сказал он, и я мгновенно раскрываю глаза.

– Взрывов!? – громко говорю я, из-за чего некоторые взгляды были направлены на меня.

– Чёрт возьми, тише, - смеётся он, разжимая руки в жест «нет» передо мной. – Я прикалываюсь.

– Оу, - вздыхаю я, грудь теряет напряжение, что испытывала раньше. – Хорошо.

– Вот, - он берёт меня за руку, положив её в свою. – Ты можешь держать мою руку так крепко как захочешь, но пожалуйста, не сломай подлокотник, - шутит он, пытаясь успокоить меня.

Моё лицо должно быть красное как томат, он выглядит так, как будто ничего не происходит, но я здесь как дерьмо. Я касаюсь его чёртовой руки! Его рука холодная, но какая-то мягкая. Я рада, что мои руки не потеют, потому что это было бы так стыдно. Стараюсь не двигаться, но скоро самолёт разгоняется, а с ним ускоряется мой пульс.

По команде самолёт начинает подниматься, мой живот начало мутить и появилось головокружение. Я закрываю глаза, сжимая с одной стороны подлокотник и руку с другой, моё сердце ускоряется и бьётся так быстро как никогда.

Пока Лос-Анджелес.

В мгновение самолёт летит в воздухе, желудок возвращается в привычное состояние. Мои глаза всё ещё закрыты, а тело вжато плотно в спинку сиденья. Загорелся зелёный свет, и мы можем расстёгивать ремни, я открываю один глаз и вижу, что мы в воздухе и в безопасности. Я пережила свой первый одиночный взлёт. Ну, не совсем одна.

– Всё хорошо? – спросил он меня, с улыбкой на губах, впервые я вижу его ямочки.

– Да, - смеюсь я, убирая мою руку от него. – Спасибо.

Его действия очень отличаются от тех, как он вёл себя раньше. Он ведёт себя добро, стирая всё его поведение до этого.

– С удовольствием, - сказал он с улыбкой на лице. – Я Гарри, кстати, - он даёт руку для рукопожатия.

Я знаю, говорю я себе.

– Фрэнсис, - я беру его руку и встряхиваю, моя нервозность всё ещё бушует внутри меня.