Чтение онлайн

— В этом ты права, — на его губах заиграла лёгкая улыбка. — Ладно. Я подыграю. Мой самый большой секрет уже раскрыт: я жив, — он взглянул на Неро и объявил: — И не я один. Каденс тоже жива.

Никс выронила вилку. Ронан замер очень неподвижно. Так значит, они не знали.

— Мы с Каденс все распланировали до последней детали, — продолжил Дамиэль. — Я должен был инсценировать свою и её смерть. А потом мы должны были встретиться. Но так и не встретились. Стражи добрались до неё первыми. Они забрали её, и с тех пор я каждую секунду своего бодрствования пытаюсь найти дорогу обратно к ней.

Комнату наполнило молчание.

Наконец, его нарушил Ронан.

— Каденс Лайтбрингер — в руках Стражей?

— Я так и сказал, разве нет? — голос Дамиэля окрасился нетерпением. Обычно он идеально контролировал себя, но когда дело касалось Каденс, всё резко менялось. — Я пытался связаться с ней, но оборона Стражей мешает моим заклинаниям, не даёт мне телепатически связаться с ней, — он стиснул зубы.

— Неро, Дамиэль и я работали над тем, чтобы её вернуть.

— Мы считаем, что если Леда получит силу Шёпота Призрака, то втроём нам хватит сил, чтобы пробить защиты Стражей и найти мою мать, — сказал Неро.

— И моего брата Зейна, — добавила я. — Это настоящая причина, по которой я вступила в Легион. Мой брат, призрак, был похищен.

— И ты думала, что если получишь дар телепатии, то сумеешь вернуть его от Стражей? — переспросила Никс.

— В то время я не знала, что он у Стражей. Но да, таков мотив, который привёл меня на этот путь. Привёл меня к Неро, — я посмотрела на остальных собравшихся за этим столом. — Именно это в итоге свело нас всех. Здесь, где мы едины, соединены узами дружбы и общей цели: желанием защищать, быть настоящими заступниками для людей, как и положено Легиону. За годы Легион сбился с пути, но сейчас у нас есть шанс всё исправить. Шанс стать заступниками не только для Земли, но и для всех миров. Стать теми, кто защищает слабых, не умеющих защититься самостоятельно. Стать заступниками, которые сдержат монстров, демонов, и даже богов, которые угрожают людям. Но мы добьёмся успеха только в том случае, если будем работать вместе.

Все взгляды остановились на мне, словно они ловили каждое моё слово.

— А она хороша, — прокомментировала Никс, обращаясь к Ронану. — Ты почувствовал магию сирены, вибрирующую в каждом слоге и влекущую нас?

— Да, — подтвердил он. — Её магия поёт даже лучше, чем магия Фариса. Ну, или будет петь лучше, если отполировать кое-какие шероховатые углы.

— Знаете, часть этого единства заключается в том, чтобы не говорить о своих друзьях так, будто их тут нет, — сказала я им.

— Прости, — ответила Никс, и она действительно говорила так, будто извинялась от чистого сердца.

— Старые привычки умирают с трудом, — сказал Ронан.

Я никогда не видела их обоих такими раскаивающимися. Это определённо шаг в верном направлении, и я порадовалась, что поделилась секретом о Зейне. Мне нужны союзники. Я действительно говорила всерьёз. Я не могла сделать это в одиночку. Мне нужна помощь, чтобы спасти Зейна.

А Зейн действительно нуждался в спасении. Я это чувствовала. Он в опасности. Может, он пока что этого не осознавал, но зато я чувствовала. Я буквально видела тёмное грозовое облако, надвигающееся на него.

Никто из нас не способен сделать это в одиночку. Мы нуждались друг в друге. Вместе мы сильнее любой мощи во всех мирах. Я лишь надеялась, что этого окажется достаточно в тех испытаниях, которые ждали впереди.

Сегодняшний день немного напоминал бег назад. После завтрака мы все отправились в свои комнаты, чтобы поспать. Не то чтобы я могла спать. Проворочавшись час в постели, я наконец признала поражение и отправилась прогуляться по коридорам, чтобы проветрить голову.

Странно, что все коридоры полностью пустовали. В такой час они должны кишеть активностью. Джейс, должно быть, убрал всех из этого крыла. Готова поспорить, за этим стояла Никс. Может, она подумала, что заклинание, которое они с Ронаном сотворили вокруг меня, спонтанно взорвётся при первых же признаках других людей. А может, она больше беспокоилась о моём язычке, нежели о моей магии; она всегда говорила, что я плохо влияю на других.

К слову о Никс — когда я проходила мимо кабинета Первого Ангела, меня привлекли голоса. В каждом офисе Легиона имелась комната, зарезервированная для неё.

— Я не заинтересована в выслушивании очередных оправданий, Ронан, — резко и нетерпеливо произнесла Никс.

Ронан тоже там?

— Если игнорировать проблему, она не уйдёт, — сказал он.

— Если я тебя выслушаю, ты уйдёшь?

— Нет, не уйду. Я уже один раз оставил тебя, выбрал других богов вместо единственной, кого я когда-либо любил. И из-за этого я потерял тебя больше чем на сто лет. Я не повторю этой ошибки вновь. Это величайшее сожаление всей моей бессмертной жизни, — сказал он. — Но я отказываюсь признавать, что мои попытки защитить тебя от боли были ошибочными, — в его голосе звенела убеждённость. — Это была не ошибка. Это было решение, принятое из любви, а не из страха.

Никс ничего не сказала.

— Я знаю тебя, Никс, — сказал Ронан. — Я знаю твою преданность долгу, даже когда она идёт в ущерб тебе самой. Если бы я рассказал тебе о Леоне, ты бы допросила его, и это причинило бы тебе боль. Я решил освободить тебя от этой боли.

— Как великодушно с твоей стороны, — её голос сочился сарказмом. — Ты не принимаешь решения за меня, Ронан.

— Нет, ты сама не принимаешь решения за себя. Ты принимаешь их ради всеобщего блага, никогда не принимая в расчёт собственное счастье. Тебе надо время от времени заботиться о себе самой.

— Возмутительное заявление из уст бога, особенно того, кто заседает в совете богов. В частности от Лорда Легиона. Ты создал Легион Ангелов, Ронан. Это ты свёл всё к долгу и личным жертвам.

— Я знаю, и я создал Легион неправильным, — признание Ронана рухнуло как камень.

Молчание затянулось.

— Поверить не могу, что ты только что сказал это, — наконец, произнесла Никс.

— Долг превыше счастья, — его смех был хриплым, циничным. — Я создал Легион примерно в то же время, когда выбрал богов вместо любимой женщины. Ты можешь сколько угодно злиться на меня за то, что я скрыл от тебя Леона, но я просто хочу, чтобы ты знала — я сделал это для тебя.