Чтение онлайн

— А скажи-ка, мой верный дворецкий Клод, — протянула я, заигнорив своего врага. Снова, да. А вот нечего господ расстраивать! — вы о моей жизни всё знаете? Все события из моего прошлого?

— Нам известны подробности всех несчастных случаев Вашей жизни, — спокойно ответил мужчина, но в глубине глаз заиграло нечто, отдаленно напоминавшее фразу: «Съел, вражина? Ты всегда оленем был, а я — гордый лев!» Кыш, воспоминая о фрейме из манги, где Михаэлис в оленя вырядился! А хотя, нет, останьтесь — вы в тему!.. Но я опять отвлеклась. Короче говоря, в глазах демонюки блеснуло чувство собственного превосходства и осознание того, что его метод работы куда лучше.

— Однако для «чистоты эксперимента» Владыка Эмма и Повелитель запретили нам выяснять подробности Вашей жизни. Они считают, что это повлияет на наше восприятие событий, которые будут происходить. Жнецы тоже не в курсе — даже Гробовщику не позволили прочесть Книгу Судеб.

— А мой пришибленный жизнью по темечку братик и его подруга? О них вы знаете?

— Нет, исходя из принципа «знание их судьбы могло пролить свет на знание судьбы госпожи», Владыка Эмма и Повелитель не предоставили нам знания и о них.

— Ясненько, — довольно протянула я. Хоть одна хорошая новость! Будем оптимистами — вдруг и другие будут? Ухмыльнувшись, я встала и, сложив руки на груди, замерла у окна. — Ну что, чем займетесь, мои временные рабы?

— Чем прикажете, — приложив руку к сердцу, изрёк Михаэлис. Обломись, дорогуша, я не верю, что ты искренне желаешь мне служить, так что не дави лыбу преданного слуги! Всё равно она фальшива, как предвыборные обещания политиков, а такую фальшь только слепой не распознает!

— Тогда пашите, негры, солнце ещё не село, — хмыкнула я, мелко отомстив Себастьяну, и решила, что «дают — бери», а если дают двух дворецких — отказываться грешно. — Уборка в квартире на вас, как и готовка, и прочее, а потом кто из вас посмышлёнее поможет мне с бухгалтерскими документами. Поможешь, Фаустус?

— Как прикажете, — флегматично ответил демон.

О да, Себастьян меня бесит. И я ему это активно демонстрирую! Потому как чем-чем, а лицемерием страдаю лишь в крайних случаях. Я ж не Динка — быть доброй и пушистой лапочкой со склонностью к обтеканию углов, помощи ближним, принятию их мнения и уматыванию из помещения, как только спор намечается! Я — бой-баба, и пофиг мне на то, что этот тролль, ах, пардон, ехидный демон мне мелко мстить будет. Убить не убьёт (пока), а потом будет видно. Но на нервах мы друг у друга ещё попляшем! Это я ему обещаю… Тех, кто мне не нравится, я сразу начинаю злить, и это одна из главных черт моего характера. Хотя я не идиотка и никогда не нарываюсь. И ежели бы этот демонюка мог меня прибить на месте, я бы его троллить не стала. Скажете, подло? Может быть. Но грань я не перейду и унижать его не стану, а небольшой подкол переживёт. Он ведь меня тоже будет подкалывать, так что это бартер!

— Тогда вперёд, к труду и обороне, — ухмыльнулась я и направила стопы свои в спальню.

Дина ещё спала, а вот мой братец-красные-революционные-шаровары уже продрал глаза и пытался сообразить (хорошо не «на двоих»), что к чему и не обкурился ли он вчера. Короче, он читал мангу с выражением вселенской печальки на фейсе, а мне отчаянно захотелось двинуть его этим самым «фейсом» об «тейбл». Но я сдержалась. Чего руки марать об эту гадость, которой и так вчера досталось от гейского жнеца? Проявлю невиданное снисхождение…

— Ну и как ты, мой укуренный неумытый наркоман? — с порога спросила я шёпотом. Ну а чего Динку будить? Пусть девочка ещё немного спокойно поживёт.

— Это не сон? — хмуро спросил мой братец-гот, почему-то уже не радуясь открывшимся перспективам.

— Увы, но есть и плюс: демоны теперь — мои дворецкие! — с мстительной ухмылкой заявила я, усаживаясь на край кровати.

— Чёрт.

— Не при Себастьяне будет сказано.

— Блин, как ты не понимаешь! — возмутился веселый гот с пунктиком на чёрно-красной цветовой гамме. — Если всё так, как в этой манге, Грелль — гей!

О, у кого чего болит. Брат мой — стопроцентный натурал, хотя, помнится, в шестнадцать лет он попытался стать би на зло отцу, но его попытки обратить на себя внимание и самоутвердиться заигнорили, а потому братик-дебилоид решил вернуться к традициям и стандартной ориентации.

— А ничего, что меня, вообще-то, кокнуть хотят? — фыркнула я. — А ты тут о своей пятой точке волнуешься!

— Ты неубиваемая, — отмахнулся мальчик, верящий в розовых пони, демонов и мировой баланс, а главное — в карму и справедливость. — Не смогут они откопать ничего.

— Кто знает, — нахмурилась я. Обидно, право слово! Он меня прямо-таки зомби каким-то считает, неуничтожимым… А ведь мне ещё с динозаврами сражаться зуботычкой! Хах! Так, стоп истерика, дышите глубже, господа, бомж вышел из трамвая…

И тут, отвлекая меня от тяжких раздумий, завозилась Динка. Я обернулась к этой соне, а она моргнула и, явно не врубившись в ситуацию, ибо мозг ещё был неадекватен, приняла меня, сидящую на койке у неё в ногах, за врага-завистника. В следующий миг моя бренная царская тушка оказалась на полу, а гадский брат заржал. Ну вот, обидели меня, несчастную! Зато мозги прочистились, хе-хе!

— Динка! — рявкнула я, поднимаясь. — Что ты вечно, если просыпаешься не одна, оккупанта бьёшь?!

— Прости, рефлекс, — пробормотала эта поняша, тут же становясь мирной и абсолютно небрыкучей. — Я не специально.

— Знаю, — хмыкнула я и опасливо уселась на край её койки вновь. — Потому прощаю.

— Угу, — кивнула явно не нуждавшаяся в моём прощении готесса. Н-да, не уважают ныне соседей, не уважают… да и пофиг.

— А теперь внимайте! — повелела я. — Сейчас я буду делиться инфой из мира демонов!

В глазах готов загорелся подозрительно счастливый огонёк, а я пустилась во все тяжкие, а точнее, в пересказ того, что мне сообщили мои дворецкие, но, конечно же, не собираясь вскрывать все карты. Пусть думают, что демоны не имеют теперь права мне врать вообще, и останутся в безвестности относительно способностей наших гостей недорогих. А то мало ли? Надо быть прозорливее и хитрее, а то жизнь тебя больно отпинает. Потому как человек, у которого душа нараспашку, всегда получает от жизни больше пинков, нежели тот, кто остерегается и не доверяет всем подряд. Вот и я не доверяю. Никому, даже самой себе…