Шрифт:
Рустам Ибрагимбеков
ПОХОЖИЙ НА ЛЬВА
Мелодрама в трех эпизодах
ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:
М у р а д - научный работник, 32 лет.
Лена - акробатка "каучук", 26 лет.
Рамиз- ее муж, тренер по фехтованию, 31 года.
С о л м а з - жена Мурада, 32 лет.
Л я ля - "знакомая" Рамиза, 19 лет.
Махмуд - слесарь-водопроводчик, 48 лет.
Мальчик - его сын, 14 лет.
Верзила - муж Ляли.
Саша Абрамян - 32 лет.
ЭПИЗОД ПЕРВЫЙ
ЛЮБОВЬ
Двухкомнатная квартира. В спальню открыта дверь, виднеются две кровати. В гостиной диван, журнальный столик, сервант. Диван и кресла застланы газетами; грудой сложенные на столе вещи тоже накрыты бумагой; шторы задернуты, телевизор стоит на полу, на голых стенах висит единственное украшение большая африканская маска, под ней две скрещенные рапиры. Слышны голоса, шум открываемой двери. Входит Лена, за ней - М у р а д. Он несет чемодан и сумку, она - цветок в горшке.
Лена. Проходи, проходи... Я так и знала, что здесь беспорядок... Не пугайся... Цветок я поставлю пока сюда... (Ставит горшок с цветком на журнальный столик, обходит Мурада, остановившегося посреди комнаты, и поднимает шторы.) Сдерни с кресел газеты и садись. Ты же устал, наверное.
Мурад (оглядываясь на кресла). Нет... Спасибо... Я лучше на стул. (Садится.)
Лен а. Интересно, идет ли вода? (Уходит на кухню.)
М у р а д. В этой части города она, по-моему, весь день идет.
Л е н а. Журчит. (Возвращается в комнату.) Можешь ополоснуться. Не желаешь?
My р ад. Спасибо. Я... Неудобно как-то.
Лена. А почему неудобно? Кроме меня, здесь никого нет. А меня стесняться незачем. (Улыбается.) Ты же весь мокрый.
М у р а д (оглядывает себя). Да, жарко... Ничего. Я всегда летом потею. (Умолкает, решив, что сказал бестактность.)
Лена (продолжает улыбаться.) Даже когда не приходится таскать тяжелый чемодан?
М у р а д. Да... Это от малоподвижного образа жизни... И я пью много жидкости... воду, чай...
Лена. А спиртное?
.М у р а д. Так... иногда.
Лена. А мы ни разу с тобой не выпили за эти три дня. А почему ты мало двигаешься?
М у р а д. Работаю много... Однажды я столько работал - месяца три по двенадцать-четырнадцать часов в сутки, - что лотом, когда шнурки на туфлях завязывал, испариной покрывался...
Лена (показывает на чемодан и сумку). В таком случае, задала я тебе работку.
М у р а д. Нет-нет... тяжести я легко таскаю... И потом... (Запинается.) Мне приятно... что я могу хоть чем-то быть тебе полезным... Я бы хотел еще что-нибудь для тебя сделать... Пойми меня правильно: тебе, наверное, это и не нужно, но мне приятно...
Лена. Я понимаю... Я хорошо понимаю тебя. У меня тоже бывает такое чувство... Может быть, ты все-таки примешь душ? Очень влажная жара в Баку. Я вся липкая.
М у р а д. Нет-нет... Спасибо... Я не мешаю тебе?
Лена. Ты очень смешной. Ну почему ты мне должен мешать? Наоборот, ты мне очень нужен. А куда бы ты пошел, если бы я сказала, что мешаешь?
М у р ад. Не знаю. Просто погулял, бы здесь, вокруг дома, и вернулся.
Лена. Ты очень смешной... и очень трогательный. (Подходит к нему, нагнувшись, целует его в щеку, потом в другую. Опускается на колени.)
Мурад прижимает ее голову к своей груди. Довольно долго они сидят так, неподвижно и молча, крепко обнявшись.
Ты очень добрый.
Мурад. Ты же меня мало знаешь...
Лена. Ты самый умный, самый благородный... Как точно называется место, где мы вчера с тобой гуляли?
Мурад. Баилов.
Л е н а. Очень красивый вид оттуда. Ты часто там гуляешь?
М у р а д. Нет... Никогда. На машине проезжал часто, там же дорога на Шиховский пляж.
Лена. Да, я знаю, но днем там не очень красиво.
М у р а д. Баку вообще ночью красивей.
Лена. Мы хорошо гуляли с тобой. У меня уже давно этого не было. Только в детстве, когда в школе училась... И говорил ты обо всем прекрасно. Это такая редкость... А я не могу... Очень много из того, что я чувствую и понимаю, я рассказать не могу - получается как-то банально и неинтересно... Какое счастье, что ты пришел к Абрамянам. Ведь ты мог бы и не прийти, правда?
М у р а д. Да... Хотя нет... Они звонили мне несколько раз.
Лена. Они тебя почему-то очень ждали.
М у р а д. Я редко выхожу из дому по вечерам, и вообще я мало где бываю...
Лена (улыбаясь). Очень хорошо, что ты к ним все-таки выбрался. Представляешь, если бы ты не пришел туда, мы с тобой не познакомились бы и не гуляли на Баилове b сегодня ты не притащил бы сюда мой чемодан... И сейчас бы мы не беседовали...
М у р а д (серьезно). Я не мог не прийти туда - это судьба
Лена. Ты веришь в судьбу?
Мурад. Раньше не верил...
Лена. А я очень верю... а то бы давно разбилась...
М у р а д. Ты имеешь в виду свою работу?
Лена. Да.
М у р а д. Но ты артистка?
Лена. Я - "каучук"... Не знаешь, что это такое?
М у р а д. Нет.
Лена. Я бы показала, да боюсь испугать: на таком расстоянии это страшновато. А когда я стою на столике, освещенная прожекторами, и начинаю изгибаться и завязываться в узлы так будто во мне ни одной косточки нет, то, говорят, тех, кто сидит в зале, это впечатляет... Номер называется "Каучук". Неужели никогда не видал?
М у р а д. Нет. Ты в цирке выступаешь?
Лена. Сейчас на эстраде. Я эстрадная артистка.
Мурад. А-а... Поэтому ты жила в разных городах?
Лена (улыбаясь). Поэтому тоже. А вообще-то я много гастролирую - полмира объездила. Номер у меня очень удобный, реквизита почти нет. Столик складной и все. Поэтому меня охотно включают в программу. Я там очень много фильмов сняла. У меня камера есть японская, всегда беру ее с собой. Хочешь, покажу тебе как-нибудь свой фильм?
М у р а д. Хочу.