Поход
Шрифт:
Внезапно, утром, следующего после данного разговора, дня — вся столица была переполошена новостью: прибыл с переговорной миссией в столицу не кто нибудь, а сам Великий инквизитор Корсо, который желает говорить с министром Дезидерием и всеми тремя оставшимися в столице наследниками.
«Престолодержатель» тут же собрал своих доверенных секретарей, из числа бывших сейчас в столице и личного лекаря Феофилакта, и вместе они стали совещаться о том что им предпринять: принять Корсо или требовать полной капитуляции, без всяких условий со стороны кельриков?
Лекарь Феофилакт предложил принять тайно и на обеде — отравить. Потом подкинуть труп, как возможно будет, в лагерь армии Кельрики и ждать их очередного безумного штурма, в отместку! Тогда появится шанс лишиться опасного соперника и прилично прорядить ряды противника, в очередной безумной атаке последнего.
Анулон говорил что это плохой вариант и если узнают остальные наследники — могут быть скандалы и обвинения. Если учесть что инквизиция трибунала империи уничтожена лишь в столице, а в остальных имперских провинциях она всё ещё работает, то кроме скандалов возможна и месть, довольно жестокая, с их стороны — даже в случае разгрома кельриков под столицей.
— Господин… — тихо вмешался в разговор Тарасий, на которого Дезидерий всё ещё немного сердился за провал с попыткой организации тайной связи, с лагерем Амвросия и Корсо. — Стоит ли вести самим переговоры, сея сомнения у наследников в чистоте наших замыслов? Если проведают кандидаты на престол — решат что мы их предали и начнут вместе против нас выступать, да и Корсо может на этом сыграть, а он опытный интриган и воспользуется моментом без промедления…
— Что предлагаешь? — спросил Дезидерий, которого застал врасплох демарш Великого инквизитора Корсо и его приезд с предложением переговоров в столицу.
— Отказать в самой возможности встречи и продолжить делать что есть сейчас: мы в обороне, на нас наступает Кельрика. За неделю, как мне это видится, вражеское воинство окончательно сорвётся в бессвязные атаки или начнёт потихоньку искать себе более удобную стоянку для лагеря, тогда возможно большое контрнаступление имперцев, под вашим мудрым руководством и окончателный разгром врага!
План нравился главному имперскому министру и он попросил у Тарасия разработать его в подробных шагах и вариантах.
Гибели Великого инквизитора Корсо и наследника Амвросия пока что не случилось, и Дезидерию очень хотелось либо спровоцировать данную пару на самоубийственное наступление, либо подловить их обоих контратакой, предупредив своих минардов — дабы в плен пару старших кельриков не брали… Переговоры с Корсо сейчас были бы крайне вредны министру и даже опасны.
Однако, в тот момент когда Тарасий предлагал очередную версию своего плана, в кабинете появился начальник поста минардов, что охраняли двери и сообщив что прибыл командир императорской гвардии — был невежливо отодвинут пришедшим в сторону.
В кабинет гордо вошёл Магинарий Имерий и объявил: «Прибыл Корсо! Хочет переговоров!»
— Отказать! — хором завопили все сторонники Дезидерия, когда министр, мертвенно бледный, только вставал из своего кресла, более напоминавшего трон.
— Ни в коем случае! — отрезал командир императорских гвардейцев. — Немедленно выслушать его, как единственно возможный вариант!
— Что вы затеяли? — зло проговорил Дезидерий, вперившись взглядом во вновь пришедшего.
— Хватит братоубийства и кровопролития! Есть мятежные королевста, еретики Руфуса готовят поход на столицу, полоумный Хад может в любой момент начать собирать силы. — сказал как отчеканил Магинарий Имерий и не думая опускать свой взгляд, перед ненавидящим взором Дезидерия.
— Кельрики предали наше общее дело и не могут…
— Они заплатили полную цену и сейчас, когда подавлены от своих потерь и глупейшего поведения лидеров, мы можем заключить выгодный империи мир и прекратить данную бессмысленную бойню! Наследники уже мчатся во дворец для переговоров. Скоро прибудут и Избиратели, которые в честь данного конфликта все последние дни возвращались в столицу. Думаю, мы можем провести полноценное заседание: как по поводу примирения с Кельрикой, так и Избрания императора и организации походов, против всех ересей и мятежников, которые плодятся с невиданной скоростью!
Главный имперский министр тяжело вздохнул и лишь развёл руками — его поставили уже перед свершившимся фактом и если отомстить своим обидчикам он как втихую мог, то изменить прекращение боевых действий и заключения мира, так невыгодного ему сейчас, видимо уже нет: кельрикские вожаки останутся живы и остальные наследники так и не пострадают в будущих схватках. Сам министр не сможет отличиться ловкой контратакой и освобождением столичного города от захватчиков, и прочая и прочая… Отличный план стравить наследников и в катавасии боя лишиться нескольких из них летел к демону тьмы под хвост.
Дезидерий пробормотал устало: «Через полчаса, в кабинете для «малого имперского совета»-пускай туда же введут и Избирателей, но не сразу, а когда мы всё решим на переговорах с наследниками и противником!»
Магинарий Имерий поклонился и вышел прочь. Дезидерий тут же обернулся к Тарасию: «Вот так! И всё идёт прахом, после стольких наших усилий!»
— Что господин прикажет? — громким шёпотом заговорщика поинтересовался секретарь.
— Придумай чего требовать от Корсо и Кельрики. Может сыграем на их вечной гордости и они откажутся от примирения, хотя в это я уже не верю… И готовь документы на поход против Руфуса — сейчас, если примирение с кельриками всё же состоится, именно подобная затея станет завтра для всех самой важной!
Дезидерия позвали зайти в тронный зал, куда теперь приглашали важные посольства и он отправился на встречу с Великим инквизитором Корсо, надеясь поговорить с ним наедине, перед «кабинетным» советом. Из за поспешности приезда Корсо и действий Магинария Имерия, приходилось принимать Великого инквизитора при свидетелях, прежде чем уедениться с ним для окончательного решения вопросов.
С самого начала, как только главный имперский министр вошёл в залу, тут же заметил что ситуация для него внове осложнилась: инквизитор стоял окружённый первыми министрами иных наследников, которые с ним о чём то тихо переговаривались, пока сами наследники сидели за столом в сторонке и презрительно покручивали усы или гладили бороды, как Борелл.