Чтение онлайн

Я вижу, как что-то движется, но не понимаю, что именно.

— Я пойду проверю.

— Я с тобой, — с вызовом говорит она мне.

По-прежнему держа в руке фонарик, я достаю из сейфа пистолет.

Дождь хлещет вовсю, поливая нас обоих.

— Держись за мной.

Вокруг воет ветер, поднимая вверх листья и всякий сор и разбрасывая их повсюду. Волны бьются о берег с такой силой, что кажется, будто вибрирует земля. Мы огибаем дом по направлению к деревьям, где заметили движение.

— Кто здесь? — кричу я. — У меня оружие, я буду стрелять.

Никто не отвечает.

— Жди здесь, — приказываю я Моне, затем направляю пистолет на деревья и подбираюсь ближе. В крови зашкаливает адреналин. Именно здесь было найдено тело Клары.

Во мне вскипает гнев.

— Если это чья-то тупая шутка, я напичкаю тебя свинцом, — предупреждаю я.

Дождь усиливается, искажая видимость. От внезапного крика Моны у меня в жилах стынет кровь. Развернувшись, я целюсь в ту сторону, где оставил девушку, и стреляю в схватившую ее фигуру.

Бах.

КОЛТ

— Блядь! — кричу я от пронзившей плечо боли и выпускаю Мону из объятий.

— О боже! — в ужасе восклицает она.

Вокруг хлещет дождь, ноги скользят по грязи.

— О, черт! Колт? — кричит Кэш, вытирая с глаз воду.

— Ты, блядь, меня подстрелил, — выдавливаю я.

— Я думал, ты напал на Мону.

— Какого черта вы оба здесь делаете? — спрашиваю я.

Я как раз возвращался домой, когда увидел, как они выходят на улицу.

— Электричество отключилось. Нам показалось, что здесь кто-то есть, — качает головой Кэш. — Черт, нам нужно отвезти тебя в больницу.

Он подходит ближе и вздрагивает, увидев у меня кровь.

— Это всего лишь царапина. К счастью, стрелок из тебя хреновый, — рявкаю я.

— У тебя идет кровь — Мона нервно прикусывает губу.

— Может, мы зайдем в дом и перестанем играть в героев? — ворчу я, срываясь с места.

Электричество отключено, и это еще больше портит мне и без того дерьмовое настроение.

— Где ты был? — спрашивает Кэш, запирая пистолет в сейф.

Он наливает в стакан виски и протягивает его мне. Мона помогает мне снять пиджак и рубашку.

В том месте, где прошла пуля, на плече красуется рана.

— Ты мог бы попасть Мону, черт возьми, — киплю от злости я.

— Я целился в тебя. Я бы в нее не попал. И я хотел ранить тебя, а не убить.

— Тебе лишь бы кого-нибудь замочить, — усмехаюсь я.

— Где ты был? — повторяет он.

Мона убегает за чистой водой и бинтами.

— Я ездил к отцу, — бормочу я, залпом допивая виски.

— Зачем?

— Затем, что мне нужны гребаные ответы для Моны, для тебя, для нас. — Я вскидываю руки, но тут же морщусь от жжения в ране.

— Ну и что, ты получил эти ответы? Он никогда не признается в том, что убил ее.

— Я не думаю, что он и впрямь ее убил.

Я протягиваю ему бокал и кивком головы прошу снова его наполнить. Закатив глаза, он наливает еще.

— Ты слишком много пьешь.

— Весьма забавно слышать это от тебя, придурок. И давай не будем забывать, что ты, черт возьми, меня подстрелил.

— Почему ты думаешь, что это не он ее убил?

Во мне вспыхивают огонь и ярость. Я чертовски устал от этого дерьма.

— Потому что он считает, что это сделал я, — реву я, швыряя свой бокал в другой конец комнаты.

Он разлетается на миллион осколков, и как раз в этот момент в комнату возвращается Мона. Она растерянно переводит взгляд с меня на Кэша.

— Давай. Покончим с этим, — огрызаюсь я.

— Ты в порядке? — спрашивает она, ставя на стол миску. Кэш подносит к ране фонарик, чтобы Мона могла ее промыть.

— Я в порядке, — произношу я.

Выхватив из ее рук повязку, я приклеиваю её к своей коже, а затем встаю и поднимаюсь наверх. Мне нужно полотенце и немного поспать.

Я лежу в постели, небо надо мной раскалывает гром, отгоняя сон. Дверь приоткрывается, в комнату входит хрупкая фигурка и направляясь к моей кровати.

— Что ты делаешь? — со стоном произношу я, понимая, что у меня не хватит сил отказать ей, если она попросит меня поцеловать ее, трахнуть или поклоняться ей.

— Можно мне поспать с тобой? Я не хочу оставаться одна.

Я открываю рот, чтобы спросить ее, почему бы ей не обратиться к Кэшу — он более безопасный вариант, — но я эгоист и не хочу отказываться от желаемого.

— Я могу уйти, — дрожащим голосом произносит Мона и хмурится.

Я поворачиваюсь, откидывая одеяло.

— Я уже говорил тебе, что ты никуда от меня не уйдешь, — улыбаюсь я, и это первая настоящая улыбка за последние дни.

Мона прижимается ко мне всем телом, успокаивая мои тревожные мысли.

— Что тебя беспокоит? — шепчет она, скользя пальцами по татуировке на моей груди и осторожно обводя след от пули.

— Я хочу найти для тебя ответы, чтобы ты оставалась здесь не только по таким чертовски жестоким и мрачным причинам. Я хочу, чтобы тебе захотелось быть здесь, чтобы тебе понравилось то, что ты здесь нашла.

— Мне нравится, — выдыхает она, прижимаясь еще сильнее, каждый дюйм ее тела касается меня.