Чтение онлайн

Кромер кивнул головой. Он уже обо всем догадался.

– И деньги для расходов на такие цели существуют, – продолжал спокойным голосом Юфру. – Они были украдены у народа императором Хайле Селассие и вывезены из страны. Вам это известно лучше, чем кому бы то ни было. Я уверен, что вы с полным пониманием отнесетесь к тому, что в настоящее время императорское состояние является законной собственностью правительства и что народ Эфиопии, истинный источник этого богатства, будет вами рассматриваться в качестве полноправного наследника бывшего императора. Он должен получить вознаграждение за свой труд.

– И этим богатством будет распоряжаться ваше правительство? – вставил сэр Чарльз.

– Вы правы, – оставляя без внимания иронию, заключенную в словах банкира, спокойно ответил Юфру. – Ведь оно является представителем народа.

Кромер был в своей стихии. Он знал, что его позиция тверда как скала. Поэтому он мог позволить себе некоторое великодушие.

– Мистер Юфру, – начал он после небольшой паузы, – с моральной точки зрения ваши аргументы безупречны. Мне понятны мотивы и помыслы вашего правительства исправить ошибки истории.

Они оба хорошо представляли, во что вылились эти помыслы – сотни трупов «врагов революции», смердящих на улицах Аддис-Абебы.

– Конечно, в каком-то смысле мы, естественно, хотели бы помочь вам. Но если вы затрагиваете личное состояние императора, здесь я должен заметить, мы ничего не сможем сделать. Инструкции, которые накладывают на нас определенные обязательства, совершенно ясны...

– Я знаю эти инструкции, – холодно прервал Кромера эфиоп. – Мой отец сопровождал императора в поездке в Великобританию в 1924 году. Это объясняет отчасти причину, почему именно я нахожусь здесь. Вам должны быть даны инструкции, подписанные рукой и удостоверенные печатью императора. Они должны быть напечатаны на специальной бумаге с водяными знаками, изготовленной по заказу вашего банка, и также заверенной императорской печатью.

Кромер молча, медленным кивком головы, дал знать, что он согласен со словами Юфру.

– Вы совершенно правы, – проговорил сэр Чарльз. – И эти условия до сих пор остаются в силе. Должен сказать вам, мистер Юфру, что последний раз наш банк получил подтверждающие такую процедуру документы в июле 1974 года. Ни я, ни мои коллеги с тех пор не получали никаких новых указаний. Мы не можем предпринять какие-либо действия в одностороннем порядке. И поскольку всему миру известно, что император мертв, представляете, что эти вклады должны быть заморожены и, я боюсь, навечно.

Банкир поднял вверх обе руки, выражая этим жестом одновременно и свое бессилие что-либо изменить, и сочувствие посланцу Эфиопии.

Наступила долгая пауза. Несомненно, у Юфру было еще что-то заготовлено, и Кромер выжидал, полностью уверенный в обоснованности своей позиции.

– Сэр Чарльз, – начал Юфру более осторожно, – нам предстоит много кропотливой работы, чтобы привести в порядок всю переписку бывшего императора. Все его деловые связи на протяжении пятидесяти лет, вы понимаете... Вполне вероятно, что император среди других бумаг оставил документы с новыми распоряжениями в отношении своих вкладов; возможно, что они были составлены уже после революции. Вы же знаете, он прожил еще год после этих событий. Поэтому вполне допустимо, что могут появиться новые документы, касающиеся его состояния, которое находится в зарубежных банках. Я полагаю, что, если должным образом будет установлена подлинность этих бумаг, не возникнет никаких вопросов ни со стороны вашего банка, ни со стороны банков, ассоциированных с вами. Каково ваше мнение?

"Хитрая маленькая бестия. Определенно, у него припрятаны какие-то козыри, которые он не хочет пока открывать, вот и говорит иносказательно и витиевато, – думал Кромер. – Тоже мне. Вполне вероятно... можно себе представить... Если, если, если. Да нет же, нет за этими словами никаких «если». Должно быть что-то твердое, реально-конкретное и осязаемое. Но что?

Чтобы выиграть время, он проговорил:

– Мне нужно будет проверить собственные файлы с документами: соглашения, договоренности, инструкции. Безусловно, были бумаги, которые касались процедуры в отношении просроченных распоряжений, но сейчас я не смогу воспроизвести их точно, они выскочили из моей памяти. Но так или иначе инструкции во всех случаях касались новых вкладов, либо перевода денег и покупки драгоценных металлов и акций. Каким образом и в каком виде вы бы предпочли передачу вам такой информации?

– Прежде всего мы хотели бы, чтобы все точно соответствовало подписанным двумя сторонами документам: императором и вашим банком. Нам нужно всего лишь знать вашу реакцию на тот случай, если бы такие бумаги были нами найдены и, конечно, если мы посчитаем необходимым дать им дальнейший ход.

– Как мне представляется, мистер Юфру, такая ситуация, о которой вы говорили, абсолютно исключается. Вы не сможете представить новый документ. Прежде всего потому, что император умер восемь месяцев назад.

– Конечно, конечно, сэр Чарльз, мы сейчас говорим в чисто гипотетическом плане. Мы просто хотим быть готовы к различным обстоятельствам и вариантам этого дела.

Он поднялся и легким движением руки смахнул пушинку со своего пиджака.

– Теперь я должен покинуть вас, – проговорил Юфру с улыбкой. – Мне необходимо проанализировать ситуацию. Разрешите поблагодарить вас, сэр Чарльз, за прекрасный кофе и за полезные советы. До следующей встречи.

Несколько озадаченный, Кромер проводил Юфру до двери. Он пребывал в состоянии какой-то тревоги, мрачного предчувствия. «Должно быть, они что-то затевают, – думал он о боссах Юфру. – Что же он должен им сообщить? Этим людям, которым вряд ли свойственно человеколюбие, скорее даже наоборот. Поэтому вряд ли их устроит ответ, содержащий утверждение, со ссылкой на инструкцию, что документы, подлинность которых признана банком, но которые просрочены по дате их подписи, не могут быть приняты для исполнения. Ведь это будет означать, что Юфру и его хозяева никогда не получат этих денег».

Он напряженно думал обо всем этом, пока неожиданная идея не пришла ему в голову. От нее стало немного не по себе. Черт возьми! Уже начиная с сегодняшнего вечера, у его собеседника может появиться определенный интерес, и при этом значительный, как раз в получении именно этой информации.

– Никаких приемов, мисс Ятс, – резко проговорил он в микрофон внутреннего переговорного устройства. – И принесите мне файлы переписки со Львом... Да, все файлы. Принесите лучше весь ящик.

В этот вечер сэр Чарльз засиделся допоздна. Стопка файлов, содержащих финансовую переписку со Львом, иными словами, с императором Хайле Селассие, лежала перед ним на рабочем столе, а рядом стоял и сам ящик из стенного выдвижного шкафа. Кромер снова прокрутил в голове детали визита к нему Юфру. Их сегодняшний разговор, без всякого сомнения, заставлял предполагать, что за словами эфиопа кроется что-то конкретное, какая-то определенная цель. Наиболее логичным было предположить, что его хозяева вынашивают планы любым способом изъять из всех банков императорские богатства. Это не может быть сделано только наполовину или частями. Если они получат такую возможность, скажем, с помощью поддельных документов, тогда все огромное состояние окажется под угрозой. И еще какой!