Чтение онлайн

– Генерала Карбышева репетирует!

Промокнув, как следует, Денис надел на голову каску и смело пошел в огонь, а Молокан, двинувшись за ним следом, так отрегулировал распыление, чтобы создать над ним и перед ним водно-капельную завесу от огня. Вода коснулась и пожарных в теплоизолирующих костюмах, но от них она отскакивала, как от раскалённой сковородки. Подойдя к ствольщику, Денис крикнул:

– Отдай ствол! Выходите отсюда, я сам справлюсь. — После чего, взяв тугой рукав со стволом, как баба коромысло, истошно заорал — Дать воду на полную мощность!

Полная мощность означала уже не восемь, а десять атмосфер и человека при таком давлении рукав литер «А» просто отрывал от земли и мотал, как щенок тапок. Если он не был в руках опытного пожарного такого богатырского телосложения, как у Дениса. Тугая, прошивающая всё насквозь, струя воды ударила в полыхающие стеллажи и принялась отшвыривать их от Дениса, расчищая ему путь вперёд, к очагу того бело-голубого пламени, которое поддерживало максимальную температуру пожара. Справа, слева и над головой у него всё горело, но крыша ещё держалась, хотя и сильно прогнулась, и падать ему на голову, похоже, не собиралась. Отбросив в стороны ещё несколько стеллажей, Денис даже зажмурился, увидев клокочущую полусферу огня. Он и представить себе не мог, что же за дрянь там горела и всё никак не могла выгореть, а от ней моментально всё высыхало и вспыхивало снова с чуть ли не удвоенной силой.

Словно рыцарь в бурых латах со сверкающим шлемом на голове, украшенном гребнем, он направил своё водяное копьё в самый центр бело-голубой, истекающей непереносимым жаром полусферы диаметром метров в пять. Тотчас ему в уши ударил оглушительный, душераздирающий треск. Денис тушил пожары не первый день и с ним случалось всякое. Однажды он на полном ходу, с разбегу, врезался в водопроводную трубу диаметром в три четверти дюйма и согнул её под углом в сорок пять градусов. Мужики специально её потом отрезали труборезом и она долго висела в кубрике, пока её не забрал в комнату инструктажа Дед Фомин. Доводилось ему тушить и громадный трансформатор под напряжением, а однажды они со Славкой потушили возгорание в механическом цеху без помощи пожарного автомобиля, примчавшись туда с головкой пожарного гидранта и тремя рукавами, и, всё тик-ток, подавили пожар в зародыше, но ничего подобного, с чем столкнулся сейчас, он ещё не видел.

Странное дело, но эта дрянь, похоже, мгновенно разлагала воду на кислород и водород, а потому гаснуть не желала, но Денис, не смотря ни на что, не собирался сдаваться. Молокан стоял позади него чуть ли не в десяти шагах и держал перед ним вводно-капельную завесу с точностью кремлёвских курантов. Володя Азаров, тоже из стариков, прикрывал точно таким же дождём Ваника, а позади них истошно матерился Кристаллинский, допытываясь у военпреда, какую хрень тот приволок на склад, уж, не термит ли? Тот клялся и божился, что это не термит, хотя горит очень похоже и имеет температуру горения за полторы тысячи градусов. Ну, это Денис, стоявший шагах в тридцати от очага горения, сообразил гораздо раньше него.

Положение спас Славка. Пока руководитель тушения пожара был в рядах зрителей, он подогнал городскую АЦ-40 к нужному месту, собрал все жесткие водозаборные рукава, проложил мощную линию подачи воды, пробил киркой небольшую дыру в стене, а потом врезал по ней с лафетного ствола, как из пушки. В два таких ствола Денис и он быстро зачернили бело-голубое, ослепительно яркое пятно и свет на складе померк. Всё остальное уже было делом техники и хотя основная работа была сделана, валандаться им пришлось до двух часов дня. Наконец пожар был потушен полностью и начальство занялось составлением актов, а Денис отправился в душевую, чтобы смыть с себя грязь и копоть, которой он пропитался до самых пяток.

Славка мыться почему-то не стал, а потому, когда они забрались в старенький «Газ-69», воняло от него просто неимоверно. Почти у всех бойцов первого караула имелся свой личный автотранспорт, но Славка в это число не входил. Жена была против. Поэтому Денис всегда заезжал за ним перед работой и после работы, а иногда возил Славку, Людмилу и их дочь не только за город, но и на рынок. Это была хорошая, дружная семья, вот только очень уж Людмила ревновала его друга. Подъезжая к многоэтажке, в которой они жили, Славкина жена работала в строительном тресте и они недавно получили квартиру, едва взглянув на друга, Денис понял, что тому сегодня понадобится его помощь и вышел вслед за ним из машины. Он не ошибся. Людмила была сегодня дома и стоило только Славке открыть дверь, как им обоим ударил в уши громкий, негодующий крик:

– Ты где шлялся, паразит? По бабам бегал? Ты что, забыл, что мы сегодня едем к твоей матери?

Теперь Денису стало ясно, почему Славка не стал смывать с себя копоть. Чтобы прекратить дебош, он рявкнул в ответ:

– Людмила, засохни! Мы только что с пожара. Лучше понюхай, чем твой муж воняет после работы. Я-то хоть выкупался, у меня же в моей халупе нет не то что ванной комнаты, а даже душа, а ему можно и дома помыться. И вообще, мы сегодня всю ночь с одного пожара на другой мотались. Ладно я поехал.

Людмила, стройная миниатюрная женщина одних лет с Денисом, тут же вылетела из комнаты и воскликнула:

– Куда это ты поехал? А ну, быстро топай на кухню! А ты чеши в ванну. Господи, ну и вонизма! У вас там что, сортир сгорел на вашем чёртовом заводе? Мариночка, не подходи к папе, он весь чёрный от копоти. Лучше поцелуй дядю Диню.

Делать было нечего и Денису пришлось остаться на обед в семье Шевелёвых. Пятилетняя Маринка мигом забралась на него тотчас, как только он сбросил бушлат и действительно звонко расцеловала. Её совершенно не пугали шрамы Дениса. В принципе ему было всё равно, когда выезжать от них, часом раньше или часом позже. В любом случае он доберётся до места только к ночи и ему придётся заночевать в Майском, так что лучше отложить поездку на вторник, а сегодня ночью съездить на охоту и завалить кабана, чтобы забить мясом холодильник. Он разделся и прошел на кухню. В галифе, подбитом ватином, с его широким, почти по грудь, поясом, ему было тепло и уютно. Маринка залезла к нему на колени и он принялся рассказывать девочке, какой её папка умный и догадливый, и если бы не он, то они тушили бы пожар до самой ночи. Славик, выйдя из ванной вместе с женой, которая решила устроить ему головомойку, первым делом, сев за стол, спросил комода:

– Дэн, так что это за фигня горела, как электросварка?

– Славутич, ты не поверишь! — Воскликнул Денис — Тот серый порошок, из которого прессуют под диким давлением и температуре в четыреста градусов, карболит.

– Так он же не горит! — Удивился Славик.

Денис улыбнулся и сказал:

– До сегодняшнего дня я тоже так считал, но специально сходил на то место, разрыл весь хлам и докопался до мешков с карболитом, которые были там сложены. Его там, наверное, тонн десять лежало, а сгорела всего треть, максимум. Так что ты молоток, вовремя дырку проколупал и в два ствола мы ему не дали разгореться в полную силу. Знаешь, если бы у меня физиономия не была обгорелая, то я точно заработал бы себе ожог.

Людмила тотчас достала из холодильника какую-то мазь и намазала ею лицо Дениса. Нежно касаясь его лица пальцами, она с улыбкой сказала:

– Если бы не Славка, Динечка, я бы за тебя вышла замуж.

Денис вернулся домой в половине шестого вечера, когда уже стемнело. Дом, который он купил на окраине города, был по сути дела небольшим, низким турлучным сараем с двумя комнатками и тамбуром. Мечтая о том, что когда-нибудь, желательно как можно скорее, он снесёт его и построит на участке в двенадцать соток, из-за чего и была куплена эта лачуга, добротный, большой дом, Денис не стал делать своему приобретению капремонта. Из-за него он и без того влез в долги на целых три года. Он просто пристроил к дому кухню-веранду из всякого деревянного хлама, купленного на заводе, перекрыл заново рубероидом крышу и сложил новую печку, благо улица была газифицирована. Получилось дёшево, но сердито. Плохо было только одно, в свой собственный дом ему приходилось входить согнувшись и он в нём чуть ли не упирался макушкой в потолок.