Поэмы
Шрифт:
Того, что ушло, не вернуть.
Незримо над Морем, над миром земным
Прямой поднимается путь.
Луна закатилась, померк небосвод,
Серебряный блеск догорел.
И кажется - Гавань на Запад плывет,
Плывет над туманом морей.
М. АВДОНИНА
СЛЕДОПЫТЫ
В ночи глухо шепчутся ели,
Роса холодна, словно лед.
Из топей, из черных ущелий
Бесформенный страх восстает.
На улицы мирных селений,
Неся с собой холод и жуть,
Ползут безымянные тени.
Но мы преграждаем им путь.
Охрана поселков беспечных
Судьбою назначена нам.
И мили дорог бесконечных
Наш дом, что открыт всем ветрам.
То снегом швыряется вьюга,
То ветер горячий пылит...
Мы редко встречаем друг друга,
Бродя по дорогам земли.
Ведь нас в Средиземье немного.
При встрече оброним: "Привет!"
И вновь разведет нас дорога,
Ветра заровняют наш след.
Посмотрит на нас, как на нищих,
Привратник у крепких ворот,
Презрительно хмыкнет трактирщик:
"Бродяги... Беспутный народ!"
Усмешку мы горькую прячем.
Не знает никто на земле,
Что живы в народе бродячем
Потомки былых Королей.
И если пророчествам древним
Реальностью стать суждено,
На знамени Белое Древо
Взметнется над битвою вновь.
И заново будет откован
Меч, сломанный в давние дни,
И Войско Нарушивших Слово
Восстанет из серой тени.
Поднимется ратная сила,
От грохота вздрогнет земля.
И вспыхнет Звезда Элендила
Опять на челе Короля.
В. ГЛУЩЕНКО
НОЧНАЯ ПЕСНЬ
Начну ночную песнь
И отзовется лес
И подыграет эльф на флейте
И будем мы молчать, как дети
И будем мы молчать, как дети
Под треск извечного костра
Под шепот сосен вековечных
Охватит вдруг нас всех тоска
Нас, до сих пор таких беспечных
И учимся мы вновь
И снова льется кровь
И блеск меча, как знамя чести
И совести, и кровной мести
И совести, и кровной мести
А после боя у костра
Вновь смех ответом нервной дрожи
И флейты голос до утра
О тех, кто с нами не похожи
Мы были, как они
В нелегкие те дни
И если не было победы
Ну что ж, не только наши беды
Ну что ж, не только наши беды
Нам не уплыть за ними вдаль
Нам не услышать их напевов
Но снова встретимся когда ль
Мы станем эльфами - на время
Л. ДЕНИСЮК
Два воинства сошлись в пыли.
Как звук трубы высок!
Еще вчера здесь ковыли
Клонились на восток,
И ветер пел про города
За милями морей,
Поила светлая вода
Внимательных зверей.
Отныне пустошь ляжет тут
В железе и крови.
Ее зловещей назовут,
Но, как ни назови,
Бледны легенды древних дней,
Слова, слова одни...
Немало песен есть о ней,
Да все плохи они.
И все же вижу я во сне,
Рожденный в поздний век,
Как с той равнины машет мне
Призывно человек.
Должно быть, он - один из тех,
И помощь там нужна.
И меч ищу я в темноте,
Очнувшись ото сна.
Как сердце бешено стучит,
Как горек вкус во рту!
Рука, нащупавшая щит,
Хватает пустоту...
И, чем беспечней дни мои,
Чем легче стрелок бег,
Тем чаще снятся мне бои
И этот человек.
Л. ДЕНИСЮК
О конник невесомый!
С заката на восток
Над гладью моря сонной
Твой, верно, путь далек.
Куда спешишь, о воин,
Над гребнем грозных туч,
Как юный тополь, строен,
И светел, словно луч?
На битву, брат, на сечу,
Где сдвинутся полки,
И ринутся навстречу
Противнику клинки,
Туда, где взвоют трубы
Вдали от серых вод,
И пересохнут губы,
И солон будет пот...
О ратник изможденный!
С востока на закат
Ты с головой склоненной
Уже летишь назад...
С какою вестью едешь
В заоблачный чертог?
То бодрствуешь, то бредишь
И бледный лик твой строг...
С победой, брат, великой,
Что нелегко далась:
В борьбе с ордою дикой
Сражен отважный князь.
По подвигу и плата...
Но не держи меня:
С востока до заката
Мне гнать и гнать коня!..
Е. ИВОНИНА
Над Великой рекой неприступна, как прежде, твердыня.
Минас-Тирит стоит. Даже в мыслях не скажем "пока"!
Сколько пало друзей! Но не место отчаянью ныне,
Когда держится Гондор на верных сердцах и руках.
Чайки с криком кружат над раздольем речного простора.
Серебром, как кольчуга, искрясь, отливает вода.
И со страстью заклятья срывается с губ Денетора:
"Пусть паду я в бою - лишь бы Гондор не пал никогда!"
Мы с тобою, о вождь! Мы присяги своей не нарушим.