Шрифт:
Поединок
Часть 1
Откуда они приходят, я никогда не задумывалась — нечисть она, как говорится, и в Африке нечисть. Не важно, откуда они прибывают на Землю. Важно, что турниры между нами и ними проходят по всем правилам высшего Закона Космоса. Мы выигрываем поединки чаще, но и без потерь не обходится. Увы. Но все по справедливости. Побеждает пришелец — остается на Земле, среди людей; побеждает вампир-боец — пришелец погибает: его кровь вся без остатка достается победителю. Следует отметить, что я отнюдь не являюсь вампиром, но Судьба распорядилась так, что мне и еще нескольким людям, в том числе и моему сыну пришлось примкнуть к древней расе, которая с древних времен бьется с демонами и монстрами с других планет и миров, оберегая ничег не подозревающих об опасности людей. Несмотря на первоначально благородную цель поединков, бойцов Земли уже давно перестало волновать что-либо кроме самой битвы. Никого уже не интересует откуда прибыл «гость», почему он хочет поселиться на Земле, стало гораздо важнее — каковы они в битве. Одну из моих знакомых бойцов вообще больше волнует то, какого пола ее противник. Она просто обожает инопланетян и демонов мужского пола (правда не у всех прибывших есть этот самый пол): от битвы с ними она испытывает такое же удовольствие, как от секса, подозреваю, что даже большее, потому что с земными мужчинами, несмотря на то, что является, как и я, человеком, ее никто не замечал. Вот и сейчас на предварительной встрече с противниками, где по идее должны обсуждаться условия предстоящей битвы, Эльза вместо этого прилипла к своему, выпавшему по жребию, монстру с лысой головой, украшенной своеобразным витым рогом.
— А скажи, здоровяк, ты женщина или мужчина? — зачем было спрашивать, не понимаю, невооруженным глазом же видно!
— Муж-ж-чина, — буркнул гигант и тут же подскочил на своем кресле, так как получил смачный засос в лоб.
— М-м, люблю биться с мужчинами! — защебетала хрупкая с виду девушка. Эльза просто таяла от предчувствия. Она уселась так близко к своей будущей жертве, что ее огненно-рыжие локоны бесцеремонно упали к самому лицу на редкость скромного, смущенного инопланетного демона. Бедняга уже и не знал куда деваться от такого пристального внимания к своей персоне. Вокруг уже послышались сдавленные смешки тех, кто оказался невольным свидетелем этой забавной сцены. Только я не думаю, что будет так же весело, когда бедный уродец встретиться с этой фурией на Ринге. Держу пари, не пройдет и полчаса как однорогую тушу выволокут по кускам. Эльза не пьет кровь поверженных, поэтому с телами своих соперников не церемонится. Причина ее жестокости мне очень хорошо известна, но игру в кошки — мышки я не одобряю.
Сидя в просторном зале, который официально называется «Залом переговоров», а между нами попросту — Гостиной, я напряженно прислушиваюсь к разговору за соседним столиком. Как я ни стараюсь взять себя в руки, мой бокал с гранатовым вином все же дрожит. Мне бы следовало скорее его опустошить, пока густая, похожая на темную кровь, жидкость не выплеснулась на белоснежную скатерть. Но сегодня ничего не лезет в пересохшее горло — ни вино, ни пища: волнение слишком велико. Так происходит каждый раз, когда мой сын, а это именно он один из тех, кто сидит за соседним столиком, ведет переговоры со своим очередным противником. На этот раз его собеседником оказался огромный, два с половиной метра, инопланетянин в массивных латах, сверкающих, как рыбья чешуя. Несмотря на то, что я не могу разглядеть его как следует, все же уверена, что такие, как он еще не бились на Ринге. Даже поведение его нетипично. В том как он держится чувствуются не только сила и уверенность, но и удивительное спокойствие. Речь инопланетянина оказалась идеально правильной, что среди пришельцев является еще большей редкостью, чем скромность. Голос рокочущий, но тембр достаточно приятный. Шум, смех, музыка не мешают подслушивать волнующую меня беседу. Я всегда волнуюсь за Рауля, ведь еще несколько лет назад сама участвовала в подобных поединках, и понимаю, что исход битвы во многом зависит от того, кто будет твоим противником. Последний определяется Оракулом. Считается, что этот древний артефакт связан с самим Абсолютом. Мой сын уже давно участвует в поединках. Рауль зарекомендовал себя как одного из искусных и сильных бойцов. Но он часто входит в раж. Лишь счастливое проведение позволяло ему выходить из битв с наименьшими потерями в виде ссадин и синяков. Да и они быстро исчезают, так как Рауль, подобно вампирам вытягивает всю кровь и энергию у своего поверженного противника. Меня пугает и огорчает его неистовость и кровожадность, но приходится с этим мириться. Борьба с темными существами длится слишком долго, так что некоторые из бойцов невольно впитывают часть их сущности. К счастью, мне удалось избежать таких перемен. Мне удавалось побеждать более гуманными методами, не ощущая в жестокости радости и удовлетворения. У меня был выбор, и я предпочла покинуть ринг, как мне казалось, навсегда…
Наблюдая краем глаза за двумя противниками, я заметила излишнюю горячность одного и внутреннюю силу другого.
— Может перенесем битву на пятницу? — густой голос инопланетного демона совершенно лишен агрессии и напора.
— Зачем? — раздражение в голосе моего сына говорит о нетерпении выйти на ринг.
— Я думаю, что для нас обоих это было бы оптимальным: я восстановлю силы после длительного перелета, а ты восстановишься после вчерашнего боя, — терпеливо, словно маленькому ребенку, объяснил гигант.
Синие глаза Рауля начали темнеть до почти черного цвета, я поняла, что он начинает злиться.
— Мне достаточно для восстановления нескольких часов, уже сегодня я чувствую себя в полной силе. Ты, демон, тем более не выглядишь слабаком, так что или бой состоится завтра, или вали обратно в свою галактику, если такой нежный…
Я поразилась с каким будийским спокойствием инопланетянин воспринял хамский выпад слишком горячего юнца. Чувствовалось, что Раулю не терпелось сразить своего врага, совершенно не задумываясь, что цена поражения — смерть. Да, на ринге должен остаться только один. Только однажды, я слышала, был случай, когда силы оказались равны и бойцы остались живы оба, пришельцу было позволено остаться на Земле и в нашем мире включительно. Что с этими бойцами сталось потом — история умалчивает как и свидетели — светлые войны-вампиры. Вот уже несколько столетий я — Кларисса Ивова, живу среди них.
Когда-то у меня была другая — человеческая жизнь. Работала медсестрой в военном госпитале. Мой маленький сынишка рос без отца — муж давно покинул меня, оставив без средств к существованию с новорожденным ребенком на руках. Что с Родионом случилось, я до сих пор не знаю, он просто исчез. Один мой знакомый «доброжелатель» однажды рассказал, что видел моего мужа в соседнем городе с другой женщиной. Я не поверила ему-Родион не мог так поступить ни со мной, ни со своим ребенком. Не такой он человек. Но мои поиски так и не принесли результатов — он просто канул в никуда. Прошло несколько лет, прежде чем я прекратила поиски, но это не значит, что я смирилась и потеряла надежду вновь встретиться со своим любимым. Каждый раз перед тем как заснуть передо мной возникал его образ: сильный, надежный, желанный. До сих пор никто не мог занять его место рядом со мной.
Я засыпала и просыпалась с мыслями о Родионе, умоляла все Высшие силы, чтобы муж оказался живым и здоровым. Даже когда по всему миру разгорелась и охватила все новые и новые страны война, надежда, что он жив не покидала меня.
Чтобы выжить самой и прокормить сына, мне пришлось поступить на службу в лазарет одной из действующих армий. Одиночество закалило меня, заставило быть сильной. Со временем училась выживать, осваивала оружие, совершенствовать боевые искусства, которым когда-то учил Родион.
Однажды мне поручили для наблюдения особого пациента. Я должна была не только проводить прописанные доктором процедуры, но и усиленно охранять этого пациента. Когда увидела «больного» первый раз, мое дыхание невольно замерло на несколько секунд. Зрелище оказалось не для слабонервных. На больничной кровати лежало нечто, лишь отдаленно похожее на человека. Таковым оно, несомненно, не являлось. Серая, сморщенная кожа обтягивала скелет. На лишенной волос голове сверкали в полутьме ярко-красные огоньки глаз. Широкие ноздри крючковатого носа часто и нервно втягивали спертый горячий воздух. Изо рта, чьи губы были такими тонкими, что он больше напоминал кровавую рану, высовывались длинные, почти до подбородка, ослепительно-белые тонкие клыки. Я никогда раньше не видела вампира. Более того, считала, что они существуют лишь в буйной фантазии беллетристов, которые эксплуатируют этот зловещий (а для некоторых и вовсе романтический) образ для собственной выгоды. Честно говоря, я никогда не была поклонницей подобной белиберды типа «Сумерки» и «Дневники вампира», так как всегда считала, что не может такое существо как вампир, чья пища состоит из человеческой крови, вдруг воспылать высокими чувствами к своей пище. Тем более любить возможно только душой, каковой, по тем же легендам, вампиры не обладают. У меня почему-то возникал образ-аналогия: человек влюбился в колбасу или в ее живые воплощения — корову, свинью или барана. Нелицеприятная картина получается. Наверное я лишена романтизма, оттого и такие ассоциации.
Но оказалось, что ни я, ни авторы вампирских бестселлеров и предположить не могли, что вампиры действительно существуют. Только им отведена совершенно неожиданная роль в нашем мире. Вампира звали Завулон. Я когда узнала его имя подумала, что встречала похожее имя в романе Лукьяненко. «Дозоры» по-настоящему меня тронули еще в юности. Но если бы существа действительно делились как в этой книге — Завулон оказался бы светлым. В госпитале ему отводилась роль пленника, над которым проводились ужасные по своей жестокости эксперименты. Его морили голодом, испытывали различные препараты, подвергали пыткам с помощью специальных приспособлений, на которые даже смотреть без содрогания было невозможно. Но это удивительное существо переносило все издевательства над собой с завидной стойкостью и смирением. Мне его поручили на тот период, когда пленнику дали время немного восстановиться, чтобы потом продолжить над ним свои изощренные манипуляции.
Ухаживая за обессиленным пытками вампиром, я невольно прониклась к нему сочувствием, перестала видеть в нем безобразного монстра, но увидела необыкновенно мудрое, сильное волей существо. От Завулона я узнала, что кланвампиров, к которому он принадлежит, возник еще на заре человечества в месте, где сейчас находятся ледники Антарктиды. Тогда они ничем не отличались от людей, разве только безграничной властью и более высоким уровнем развития. Но были смертны, а значит уязвимы. Это не устраивало властвующую верхушку. Их ученые нашли способ измениться: стали более сильными, ловкими, быстрыми и практически бессмертными. Но ученые не предусмотрели, что появится побочный эффект. Чтобы поддерживать свои способности, властителям молодого мира приходилось питаться человеческой кровью. Конечно же ученые пытались устранить этот малоприятный фактор. Но на это нужно было время. А пока могущественные семьи властителей уничтожали простых людей целыми поселениями. Неудивительно, что вскоре начались бунты. Большая часть вампиров погибли от рук бунтовщиков, остальные укрылись в бункере, а против повстанцев применили такое мощное оружие, что уничтожили их почти всех. Но и сами вчерашние господа оказались в ледяной ловушке. Несколько тысяч лет они находились в спячке в ледяном плену Антарктиды. Когда же часть ледяного панциря растаяла, вход в бункер оказался на поверхности. Тепло разбудило вампиров и им удалось выбраться из своего убежища, которое когда-то обернулось для них темницей. Покинув Антарктиду вампиры отправились в Африку, где обнаружили потомков людей взбунтовавшихся против их власти. Они одичали и утратили знания о далеких событиях и технологиях. Потому первоначально вампиры смогли жить среди них, направляя по пути развития, желая тем самым искупить хотя бы часть своей вины. Ученые продолжали свои исследования и все-таки смогли исправить свое изобретение, но вампирам оно уже помочь могло только частично. Теперь они имели возможность выбирать: питаться не только кровью людей, но и других существ, даже демонического происхождения. В дальнейшем его клан создал собственный «Кодекс вампиров», приняв наследие более древних цивилизаций, миссия которых состояла в защите человечества от агрессии существ, прибывающих с других галактик или параллельных миров.