Шрифт:
Сергей Артюшенко
Поединок
Тона были грязными, контуры гор намечены грубо, задние планы напутаны! В общем, ничего не выходило, и я бросил работу.
Устало смотрел я на живописную каменистую долину, которая не получалась на бумаге.
Большая хищная птица плавно кружила в вышине и вдруг, сложив крылья, начала падать вниз.
Перед самой землёй она распластала крылья.
Но что это? Птица бросается на голые камни? Подпрыгивает, вновь опускается, что-то клюёт, бьёт крыльями!
Я схватил бинокль. Но, кроме серых камней, дрожащих в струях горячего воздуха, и беснующейся птицы, ничего не увидел.
Может, она больна, обезумела от жары?
Неожиданно хищник тяжело взмыл над землёй, и я ясно увидел в его лапах извивающееся тело змеи.
Плавно и уверенно птица набирала высоту, растворяясь в перламутровой дымке неба. И вдруг... резко начала снижаться. Снова бой на горячих камнях, и снова она медленно взлетает.
Теперь полёт хищника не так лёгок. Нет той упругой силы и широты взмахов в могучих крыльях, той свободной уверенности полёта. Он летит над самой землёй, то и дело снижаясь.
Наконец, после очередной схватки, птица начинает подниматься вверх.
Вот она поравнялась со мной, вот достигла отрогов нижней складки гор; всё выше и выше. А в стальных когтях - змея, потерявшая опору, а значит, и силу.
И вдруг произошло что-то непонятное: птица замерла на месте и... начала падать! Вначале медленно, затем стремительно, как подстреленная, беспорядочно хлопая крыльями.
Мгновение - и она на острых камнях.
Я неподвижно сидел, словно в оцепенении. Затем бросился вниз и преодолел расстояние в полкилометра за считанные секунды.
Задыхаясь, подбежал к неподвижно лежащим бойцам.
Красавец орёл и огромная гюрза...
Прихоть свободной дикой жизни свела их в смертельном поединке, чтобы потом сбросить с неба на камни.
С грустью и восторгом смотрел я на этих бесстрашных бойцов, победивших друг друга и оставшихся непобеждёнными.
Чтобы их тела не послужили добычей для шакалов, я похоронил бойцов под камнями их родных гор.
Вернувшись, я переписал наново свой этюд.